Страница 52 из 89
Прочь сомнения!
Очередной попыткой поставить точку в поисках Атлантиды, отождествив легендарный остров с минойским Критом, попробовал сделать греческий сейсмолог профессор А. Г. Галанопулос. Он написал несколько работ, в которых доказывал, что государство атлантов располагалось на островах Крит и Санторин. Чтобы согласовать свою гипотезу с текстом Платона, ученый прибег к приему, который уже неоднократно использовался до него: он «передвигал» Геракловы столпы, указывая на то, что в некоторых античных источниках это название носят не скалы Гибралтарского пролива, а два самых южных мыса полуострова Пелопоннес[373].
Возможные варианты расположения Геракловых столпов, «внешнего моря», Атлантиды и «противолежащего материка»[374]
Геракловы столпы в древности и их местонахождение по различным источникам.
Схематически изображены те горные массивы, которые в разные периоды греки называли Атласом:
1 — Гибралтар; 2 — у Канарских островов; 3 — между Корсикой и Сардинией; 4 — около Мессинского пролива; 5 — остатки храма Мелькарта в заливе Габес; 6 — у Пелопоннеса; 7 — в дельте Нила; 8 — в Керченском проливе
Воспроизведено по: Кукал З. Атлантида в свете современных знаний // Великие загадки земли. М.: Прогресс, 1988. С. 198
В 1969 г. совместно с писателем и археологом Эдвардом Бэконом Галанопулос изложил свои взгляды в небольшой монографии «Аталантида. За легендой — истина»[375]. Опираясь прежде всего на результаты сейсмологических исследований[376], дополняя их данными письменной традиции и свидетельствами археологии, авторы книги пришли к вполне ожидаемому и уже давно переставшему быть оригинальным заключению, что Атлантида — это Крит, а катаклизм, погубивший Атлантиду, — это не что иное, как извержение вулкана на острове Санторин. «Разве у кого-нибудь может возникнуть сомнение, что эти две беспрецедентные катастрофы, которые произошли в одно и то же время в одном и том же месте и при одинаковых обстоятельствах, не что иное, как одна и та же катастрофа? И если это так, то можно ли сомневаться, что Древняя метрополия и Царский город были не чем иным, как Стронгиле-Санторином и минойским Критом?»[377]
Впрочем, этот вывод не покажется таким бесспорным, если проследить поэтапно весь путь, проделанный Галанопулосом и Бэконом в процессе его обоснования. Некоторые положения, высказанные ими, представляются весьма слабо обоснованными, другие напрямую противоречат известным науке фактам. Однако, соединяя их друг с другом и постоянно апеллируя к Платону, авторы уверенно ведут своего читателя к нужной им цели — разгадке тайны Атлантиды.
В лучших традициях атлантологии Галанопулос и Бэкон неоднократно подчеркивают, что стремятся в точности следовать тем указаниям, которые они находят в платоновском тексте: «Наша книга по большей части основана на предположениях, однако окончательный вывод будет верен лишь в том случае, если они ни в чем не будут противоречить первоисточникам»[378]. Подлинность сказания об Атлантиде не вызывает у исследователей ни малейшего сомнения: «Совершенно очевидно, что история Атлантиды в ее первоначальном виде, в каком она дошла до нас, вовсе не была придумана Платоном, а является подлинным рассказом Солона, привезенным из Египта»[379].
Но так ли это очевидно, как заявляют исследователи? Ведь Платон ничего не говорит от своего имени, повествование идет от лица Крития — вымышленного (как и все остальные участники диалогов) персонажа, лишь «исполняющего роль» реального Крития и находящегося в ситуации, придуманной греческим философом. Почему же в таком случае не может быть придуманной и сама история об Атлантиде — придуманной от первой до последней строчки?
Анализируя платоновский текст, Галанопулос и Бэкон обращают внимание на противоречия в тексте Платона, касающиеся описания размеров Атлантиды. Так, философ утверждает, что холм, на котором был построен акрополь, располагался в центре острова и был удален от моря лишь на 50 стадиев (ок. 9 км). Но вместе с тем равнина, на которой располагалась столица Атлантиды, имела в длину три тысячи стадиев (ок. 550 км), а в ширину две тысячи стадиев (ок. 370 км). Она входила в состав владений царя; если под управлением девяти архонтов были аналогичные территории, то, следовательно, общая площадь Атлантиды должна была занимать 30 000 X 20 000 кв. стадиев. «Длина Средиземного моря равняется примерно 2100 милям, а остров длиной 3400 миль явно не мог бы поместиться внутри Средиземноморского бассейна», — логично рассуждают авторы. Солон, который хорошо знал размеры Средиземного моря, будто бы указал жрецам на эту «неувязку», но те не растерялись и, зная о необъятных просторах Атлантического океана (только что открытого), передвинули Атлантиду туда. Возможно, именно из-за этого воображаемого перемещения океан и получил свое нынешнее название[380].
В результате, встав на путь достаточно рискованных догадок, Галанопулос и Бэкон приходят к заключению, что в действительности речь в платоновском рассказе идет не об одном, а о двух островах: древняя метрополия (холм с акрополем) представляла собой небольшой круглый остров, а неподалеку от него находился более крупный прямоугольный по форме остров, на котором располагался сам город. Оба острова находились в Средиземном море и нетрудно догадаться, что ими могли быть только Санторин и Крит. Что же касается невероятных размеров большого острова, то, как полагают исследователи, они стали следствием ошибки самого Солона: «Решение загадки оказалось таким же простым, как и ошибка, создавшая ее. История Атлантиды в изложении Платона совершенно правильна со всех точек зрения, за исключением даты погружения в море Древней метрополии, которое произошло за 900, а не за 9000 лет до Солона, и размеров равнины Царского города, которые равнялись 300 × 200 стадий, а не 3000 × 2000, как сказано у Платона. Напрашивается вывод, что ошибочный фактор десятикратного увеличения вкрался при переписке египетских источников»[381].