Страница 25 из 89
Атлантида в России
А. С. Норов
Литография А. Э. Мюнстера
В XIX столетии в России ученые не подвергали сомнению подлинность фактов, изложенных в «Тимее» и «Критии». Так, адъюнкт-профессор Петербургского университета Александр Иванович Брут (1799/1800 — не ранее 1853) в своем главном труде «Землеописание известного древним света»[206] высказывает мысль, что Атлантида простиралась от Азорских и Канарских островов до островов Зеленого Мыса (Кабо-Верде). Но первым, кто поднял и попытался разрешить проблему Атлантиды, был государственный деятель, путешественник и писатель Авраам Сергеевич Норов (1795–1869). Норов также был совершенно уверен в историчности рассказа Платона. «Мы не думаем, — пишет он, — относить истории об Атлантиде к области мифологии». Как и некоторые его зарубежные предшественники, Норов видел ключ к тайне Атлантиды в Библии: «Где же скорее можно найти решение загадки, как не в Библии, которая есть первая и древнейшая из существующих книг?» Поэтому неудивительно, что во многих местах платоновского рассказа ученый замечает «проблески Библейской первобытной истории». Тем не менее, Норов далек от того, чтобы помещать Атлантиду в Палестине. Согласно его гипотезе, Атлантида располагалась в Средиземное море, называвшемся в ту отдаленную эпоху Атлантическим; остатком Атлантиды ученый считает остров Кипр, который когда-то соединялся с Палестиной и Малой Азией; Геракловы столпы, которые «были главною причиною всех недоразумений по этому предмету», — это скалы Босфора Фракийского, находящиеся при входе в Понт Евксинский. «Атлантида, по нашему предположению, — заключает Норов, — занимала все пространство Средиземнаго моря от острова Кипра до Сицилии, возле которой на севере было Тирренское море и Тиррения. Это пространство совершенно соответствует тому, которое Платон определяет для Атлантиды, а именно: 3000 стадиев в длину и 2000 ширину». Таким образом, Атлантида в понимании Норова состояла из большого полуострова и группы островов, которые располагались вплоть до Босфора Фракийского; самым северным владением атлантов был остров Лесбос[207].
Гипотезу А. С. Норова поддержал и развил доктор минералогии и геогнозии, приват-доцент Санкт-Петербургского университета Александр Николаевич Карножицкий (1867–1906). В 1897 г. в ежемесячном научно-философском и литературном журнале «Научное обозрение» он опубликовал статью под названием «Атлантида», в которой попытался дать объяснение платоновскому рассказу, опираясь на новейшие археологические и геологические открытия своего времени. Для Карножицкого не возникает вопроса относительно существования Атлантиды: он уверен, что это остров, «некогда несомненно существовавший и впоследствии несомненно исчезнувший». Ученый исключает всякую возможность, что Атлантида могла находиться в пределах Атлантического или Ледовитого океанов и полностью признает правоту вывода Норова: Атлантида Платона находилась в восточной части Средиземного моря. Но в отличие от своего предшественника, принимавшего за Геракловы столпы скалы Босфора, Карножицкий считал, что «Столпами» было западное устье Нила, а сам остров располагался на более ограниченном пространстве, чем представлял Норов: «Атлантида, — пишет Карножицкий, — лежала между Малой Азией, Сирией, Ливией и Элладой в пределах открытого моря средиземноморского бассейна и притом вблизи главного западного устья Нила (Столбы Геркулеса)»[208].
В. Я. Брюсов
Ок. 1906 г.
Всплеск интереса к Атлантиде в России, как и на Западе, наблюдается в начале ХХ в., свидетельством чего становятся многочисленные научные и научно-популярные публикации[209]. Среди них следует отметить эссе «Учители учителей», автором которого был поэт, прозаик, драматург и историк по образованию Валерий Яковлевич Брюсов (1873–1924). В 1916–1917 гг. он выступил с циклом лекций об Атлантиде в Тифлисе, Баку и Народном университете им. А. Шанявского в Москве, а затем по просьбе М. А. Горького обработал и опубликовал их в журнале «Летопись».
По мнению Брюсова, Платон ничего не выдумал в описании Атлантиды, но в точности изложил все те сведения, которые Солон услышал от египетского жреца и сохранил в виде каких-то черновых записей либо в виде неоконченной поэмы. «Самая неясность, — поясняет Брюсов, — с какой Платон описывает разные плоды и злаки (произраставшие на Атлантиде. — А. Б.), доказывает, что он говорит с чужих слов о вещах, ему самому неизвестных; иначе в своем богатом словаре философ без труда нашел бы точные определения для всех видов растений»[210].
Опираясь на знания по истории древних цивилизаций Египта, Крита и Греции, Брюсов полагает, что без «допущения» Атлантиды невозможно объяснить схожие черты в совершенно различных культурах (прежде всего египетской и эгейской): «Атлантида необходима истории, и потому должна быть открыта![211]»
Единственный аспект проблемы, вызывающий у Брюсова неприятие, — это платоновская хронология: «Если бы у науки была твердая хронологическая база, если бы нам была известна хотя бы только та эпоха, к которой должно приурочивать «гибель Атлантиды», — мы уже могли бы придать имеющимся у нас фактам систематичность и многое, о чем теперь говорим лишь гада-тельно, обосновать с полною точностью. Напротив, одним из наибольших затруднений для того, чтобы принять влияние Атлантиды как исторический факт, остается невыясненность того времени, когда они могли иметь место. […] Атлантида отодвинута в доисторическое прошлое. Между ранней древностью и древностью атлантов зияет пропасть в несколько тысячелетий, которую необходимо заполнить, чтобы установить связь между двумя мирами»[212].