Страница 66 из 130
— Неужели? Я черт раздери тебя своей женой давно представлял. Думал о том, как ты понесешь от меня. Как мы с тобой… Блядь. А ты бросаешь меня и… ты мне лгала. Только я не понимаю, какого хрена ты вчера вечером дала мне трогать себя, если у тебя появился гребанный истинный?
Я чувствовала его ярость, но понимала, что заслуживаю чего-то куда более худшего. Я даже представить не могла, что делала бы на месте Лерана.
— Я боялась тебе рассказать… Да и не хотела. Понимаю, насколько это ужасно звучит, но, наверное, я паршивый человек. Я… Я не рада этой истинности. Никакое это, дьявол, не счастье. Мне хотелось ее снять. Чтобы она осталась просто как страшный сон. И… я люблю тебя… Я думала, что мы с тобой сможем остаться вместе.
Глаза начало жечь. Я почувствовала, как по щеке скользнула слеза.
— В каком это смысле ты не рада истинности?
Я еле сдержала грустную, печальную улыбку. Нам еще в школе рассказывали о том, какое это счастье встретить истинную пару. То, что после этого возникает ощущение целостности. То, что лучше этого ничего нет.
Как оказалось все это ложь.
— Как видишь, я не визжу от счастья из-за наличия у меня истинной пары, — я кончиками пальцев вытерла слезу, но за ней тут же появилась следующая. — И уж точно я к этому альфе никакой любви не почувствовала. Наоборот. Это как… Словно меня клеймом привязали к тому, к кому я совершенно не хотела. Ты… Ты сказал, о том, что видел меня своей будущей женой и то, что я тебя бросаю. Я тоже видела тебя своим будущим мужем. И я… люблю тебя, — последние слова я произнесла немного тише. — Поверь, я бросаю тебя не потому, что хочу. Я вынуждена это сделать.
Леран пальцами зарылся в волосы и сильно растрепал их, а я только сейчас поняла, что он был без футболки. Только в пижамных штанах. И ступни босые. Леран даже обуться не успел.
— Какая-то странная истинность, — произнес он, но даже на толику спокойным не казался. Я все еще чувствовала тяжесть. Давление. Раздирающие эмоции. — Блядская истинность.
— Сильно злишься? — тихо спросила.
— Еще как. Ты моя омега.
От этих слов сердце сильно заныло. Заболело.
Звучало так, будто Леран злился именно на сам факт истинности.
— Я имею ввиду… на меня ты сильно злишься?
— Да, Лия. Сильно. Как ты могла не рассказать мне?
Я втянула голову в плечи и нервно ногтями провела по метке. Хотела что-то сказать, но Леран спросил:
— Кто?
— Что?
— Кто твой гребанный истинный?