Страница 107 из 130
— Я никогда не относился к твоей матери нормально, но сейчас… Мне трудно понять, как она может не осознавать то, что твои акции это элементарно ваша безопасность. Хоть какая-то. Но, хорошо. Она доверяет твоему отчиму и не считает, что он позже может выбросить вас на улицу, но акции это твоя собственность. Твоя вещь. Она не может их отнять, чтобы подарить другому человеку.
— Может. Пока мне не исполнится двадцать пять, за них отвечает она. А это еще несколько лет, — я горько сглотнула и опустила взгляд. — Уверена, Девид сделает все, чтобы она довела это до конца. Иначе… Отец оставил мне значительную долю акций. Если я перекуплю еще немного, буду владеть большей долей, чем у Девида. Впоследствии, это может стать для него проблемой. Вернее, оно именно ею и станет.
— Что, если мы с тобой женимся?
Не поняв этого вопроса, я подняла на Лерана взгляд.
— О чем ты?
— По закону, если ты выходишь замуж, такая собственность, как акции и вообще все, что тебе завещают, уходят с тобой в новую семью. Я напишу договор, по которому не буду иметь на акции никаких притязаний. До двадцати пяти лет ты все равно не сможешь ими пользоваться, но твоя мать хотя бы не будет иметь права кому-либо их передать.
— Ты шутишь? Мы не можем жениться.
— Формально, мы до сих пор даже помолвку не разорвали.
— Но… Боже, зачем ты это говоришь? Из-за этой жути мы больше не можем быть парой, — я подняла ладонь, скрытую перчаткой.
Некоторое время Леран молчал, затем, подпер голову кулаком и произнес:
— Я больше не знаю, что мы можем, а чего — нет. Я знаю лишь то, что до сих пор хочу, чтобы ты была моей, но в данном случае это не имеет значения. В том, что происходит между нами, мы разберемся позже. Сейчас же… Воспринимай это, как деловое предложение. Корпорация нашей семьи взаимодействует с вашей компанией. Меня не греет мысль, что мы будем работать с Девидом и его полоумным сыном, который даже диалог поддержать не может. Ты же, в случае нашей свадьбы, получишь акции.
Я некоторое время смотрела на Лерана не веря в то, что услышала.
— И все равно я не понимаю, зачем тебе это. Из-за истинности я считай, что дефектная. Неизвестно, как вообще она повлияет на меня. А свадьба… Чуть что мы не сможем развестись.
— Честно? Я не уверен, что точно этого хочу. С тех пор, как я узнал, что на тебе метка и то, что ты мне изменила, я думал лишь об одном — о том, чтобы найти себе другую омегу. Отвлечься. Перестать думать о тебе. Оказалось, что это труднее, чем я предполагал. А жениться на тебе — это все равно, что с головой вновь уйти в тебя. Даже, если мы нашу свадьбу будем воспринимать, лишь, как деловую сделку. Ты будешь носить мою фамилию, на твоем пальце будет мое кольцо, мы будем жить в одном доме и еще чаще видеться. Нужно ли мне то, от чего и так больно? Не знаю, но, выслушав тебя, я решил предложить тебе это.
Мне тоже было больно. Особенно сейчас, когда я слышала, что Лерану не дался так просто наш разрыв.
— Я не могу воспользоваться этим, — произнесла тихо. — Это будет тебе во вред и… такое решение может тебе дорого стоить. Опять-таки, мы, возможно, не сможем развестись.
— Нет. Как раз это мы сможем сделать всегда.
— О чем ты?
— Про твою метку. Если ты ее покажешь, в любом суде тебе тут же дадут развод.
— Но… Я не хочу ее показывать. И не хочу, чтобы про нее вообще кто-либо знал.
Некоторое время Леран молчал, но его взгляд был тяжелым. Мне даже казалось, что в нем имелось что-то болезненное.
— Давай смотреть правде в глаза. Скорее всего, как бы мне этого не хотелось, ты будешь с этим ублюдком. Чтобы тебе не говорил врач. Какую бы надежду ты не почувствовала, но истинность начнет вас сжирать. Лишь вопрос времени, когда вы к этому придете.