Неверная жена ректора

Глава 37. Выход только один

Бретар

— Снимите с неё чары! — отчеканил я, обратившись к магам в плащах. — Хочу поговорить с дочерью и убедиться, что это она.

Похитители промолчали, только один согласно кивнул.

— Как скажешь, Бретар. Предупреждаю, твоя дочурка тот ещё подарочек. Мне пришлось применить к ней магию, чтобы она стала послушной, — хмыкнул Тайлер и подошёл к девочке, проведя рукой над её головой. — Глэнис, детка, за тобой папа пришёл.

Девочка недоуменно заморгала, оглядываясь. Сначала страх отразился на её круглом личике, а потом она упрямо поджала губы, смотря с ненавистью на оборотня.

— Какой ещё папа? — процедила она, встав со снега, и сложила руки на груди. — Где мама? Вы обещали меня вернуть домой!

— Я же говорил, с характером девчонка, — без злобы усмехнулся Тайлер.

— Скоро увидишь её, — я шагнул к дочке, убедившись, что это именно моя дочь. — Здравствуй, Глэнис. Меня зовут Бретар. И я твой папа.

Я присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с ребёнком. Её карие глаза изумлённо расширились.

— Самый настоящий? — и она подозрительно прищурилась. — И где ты был раньше?

— Хороший вопрос, — поджал я губы, не зная, что сказать в ответ. — Это долгая история. Обязательно расскажу, когда вернёмся домой. Мама очень переживает за нас. Тебя не обижали?

— Эти плохие дяди меня украли, — кивнула она в сторону магов, упрямо надув губы.

— Никто её пальцем не тронул, — процедил оборотень, сплюнув на снег. — Но пришлось немного усмирить эту боевую девчонку с помощью магии.

— А ты… правда мой папа? — Глэнис внимательно разглядывала моё лицо, словно искала знакомые черты.

— Правда, — кивнул я, сглотнув ком в горле. — Пришёл за тобой, чтобы отвести к маме.

Губы у дочери вдруг задрожали, и она кинулась мне на шею, быстро шепча:

— Я знала, что ты придёшь. Видела тебя во сне, как ты маму обнимал. А ещё… — и понизила голос до еле слышного шёпота, — у мамочки был большой животик, который ты гладил.

Меня прошиб холодный пот. Неужели в роду од Лонскот появилась юная прорицательница?! Пра-прабабушка Вилена говорила, что скоро придёт ей замена и она уйдёт на покой.

— Хватит миловаться, — грубо прервал нас Тайлер, хлопнув меня по плечу фухтелем меча. — Напомнить, зачем мы собрались?

— Забудешь тут, — сжал я челюсти и взглянул на дочь. — Глэнис, будь умницей, постой тихо, скоро увидишь маму. Я пока с плохими дядями разберусь.

— Хорошо, папочка, — кивнула она и еле слышно прошептала: — Не отдавай им меч.

Значит, малышка и про меч что-то видела в своих снах. Я выпрямился и обернулся, смерив презрительным взглядом оборотня.

— Отпустите девочку домой, и я сделаю всё, что вы хотите, — процедил сквозь зубы.

— Сначала пробуди меч, Бретар, — раздался грозный рык у костра. Маги разом откинули капюшоны, открыв свои лица.

Чёрные вены вздулись на висках тёмного мага, бесцветные глаза на бледном лице добавляли жути его внешности — некромант, продавший душу тёмным силам. От него веяло замогильным холодом. Именно он был тогда в таверне — сильный маг. Глэнис вскрикнула от ужаса, увидев его, но закусила губу, чтобы не показывать страх.

Второй оказался не таким жутким. Янтарные глаза с вертикальными зрачками говорили о драконьей расе. Длинные волосы цвета пшеницы заплетены в сложную косу. Сколько ему лет, трудно сказать. Драконы в нашем мире живут дольше всех.

— Сначала представьтесь, — вскинул я подбородок, рассматривая тех, кто затеял эту заварушку.

— Ареас од Рандарен, — ответил первым дракон. — Потомок короля Харгрона. А это мой соратник и друг — Сивиус Осмор, — кивнул он на некроманта.

— И что же, Ареас? У тебя не хватило сил пробудить меч проклятого предка? — я ухмыльнулся, сложив руки на груди. — Зачем тебе меч?

Дракон переменился в лице, черты его стали острее, и кожа приобрела серый оттенок.

— А сил хватит удержать артефакт? Не боишься, что превратишься в безумца, который утратит чувство реальности, как король Харгрон? — продолжил я, пытаясь достучаться до него.

— Не слушай его, Ареас, — процедил некромант, посмотрев на меня исподлобья. — Ты сильный и справишься с мечом. Я помогу тебе, как и обещал. Артефакт примет тебя новым хозяином. И тогда на трон Люмермара взойдёшь ты, как и положено потомку великого короля Харгрона.

А вот и главный инициатор. Некромант продал душу тёмному богу, чьё имя боятся называть вслух, и теперь служит злу, чтобы погрузить мир в хаос.

— Мне неинтересно, что обещали тебе, Сивиус, но немедленно отпусти Глэнис, — я скосил глаза и взглянул на дочку. Она молча стояла, прижав руки к груди.

— Сначала пробуди меч. Ведь как только девчонка окажется дома, откроются десятки порталов и целые отряды королевских башмаков появятся здесь, — в голосе дракона слышались рычащие нотки.

— Я не завершу ритуал, пока моя дочь не будет в безопасности, — настаивал я на своём.

— Дайте ему уже меч, — неожиданно вмешался Тайлер. — Может, зря мы тут рискуем своими жизнями и артефакт не откликнется на его магию. А?

— Дело говоришь, майор, — улыбнулся некромант. — Пора приступить.

— Он уже не майор, — процедил я и повернулся к наглой роже оборотня. — Бренсан, ты лишён звания и всех почестей.

— Плевать, — хмыкнул Тайлер. — Я много лет тайно служу другой стране. В Эраллии я бы никогда не достиг звания командующего армией. Ведь только королевским отпрыскам положено командовать войсками.

— Хватит болтать! — рявкнул некромант, начиная терять самообладание. — Несите уже меч!

Откуда-то вышли два наёмника, неся на руках меч, завёрнутый в красный плащ бывшего хозяина. Именно в этом виде похитители унесли артефакт из схрона. Они положили его на снег и отошли в сторону, словно опасались магического предмета.

— Начинай, Бретар, и твоя дочь может уходить, — подал голос дракон.

Присев на колено, я осторожно развернул плащ, находящийся под магическим стазисом, чтобы время не разрушило ткань. На красном полотне лежал на вид обычный меч. Гарду и навершие не украшали драгоценные камни, как это бывает у дорого оружия, только клинок был увит гравировкой в виде рун, вплетённых в причудливый узор.

— Поторопись, время идёт, — хмыкнул Тайлер.

Сняв перчатки, я незаметно спрятал портальный артефакт под рукавом кафтана. В горле образовался ком, когда я коснулся артефакта. В нём чувствовалась спящая сила. Страшно представить, что будет, когда меч пробудится.