Игра в невидимку

Я собрался возразить, но она умела подавлять возражения не менее эффективно – слова растерялись на полпути, подчиняясь магии рук и пальцев Бернелл. Душ мы все же приняли. Правда, как и ужин, он несколько смешался с сексом.

* * *

На удивление, после такого насыщенного дня и бурного вечера сон шел плохо. Я провертелся почти до рассвета и в конце концов проснулся спустя час беспокойной дремоты. Вивьен в кровати не было, и я вышел в кухню, совмещенную с гостиной, где нашел ее сидящей в скрюченной позе и пишущей что-то в своем дневнике. Бармаглот караулил хозяйку, развалившись на столешнице, – на его кошачьей морде отразилось недовольство тем, что я прервал их идиллию.

— И снова мы два полуночника? – Зевая, я открыл дверцу холодильника.

— Мау!

— Ладно, три, – уступил я. Умирать от кошачьих когтей (а это животное, очевидно, унаследовало их от росомахи или горного льва) я не спешил.

— Молоко только что закончилось, – с виноватым выражением лица оповестила Бернелл.

Рядом с ней стояла подаренная Мином кружка с недопитым какао. Моя кружка. Хуже новости в этот час и не придумаешь, пришлось довольствоваться водой. Бармаглот тем временем резво перебрался на колени хозяйки, с удовольствием принимая поглаживания и всем видом показывая, что мне пора удалиться. Я не собирался слушать какого-то там кота, хоть где-то в глубине души и опасался его (что буду отрицать даже на смертном одре).

Я обошел Вивьен кругом и остановился сзади, огладив ее оголенные плечи, – от меня не укрылось, что она при моем приближении захлопнула дневник и неловко улыбнулась. Мне хватало такта не заглядывать в ее личные записи, пусть порой и казалось, что это единственный способ понять, что творится в этой странной голове.

— У тебя опять кошмары? – Я присел рядом, придвинув к себе остатки какао.

— На этот раз не пожар и не Ребекка, – качнула головой Бернелл. – Мне снился тот убитый мужчина. Что ему холодно, будто он так и лежит там, под дождем.

На секунду, всего на одну секунду, внутри меня что-то дрогнуло, хотя я давно научился подавлять подобные эмоции. Смерть бывает благородной и красивой только в сказках, в реальности она уродлива, неуместна и не оставляет после себя ничего, кроме опустошения.

— Именно поэтому я говорил, что тебе нельзя участвовать в этом расследовании. – Внутри вновь закипало раздражение, и голос стал жестким. – Ты слишком остро реагируешь, а тебе и так хватает стресса. Ты ведь понимаешь, что следствие может затянуться на годы или вообще завершиться ничем?

— Да, я все понимаю, Адриан, и не я одна остро реагирую! – осклабилась Вивьен, гневно сверкнув глазами. В такие моменты мне казалось, что они становятся почти черными. Выдохнув, она продолжила уже чуть спокойнее: – Мне просто кажется, что если мы поймаем этого преступника, распутаем дело, то это поможет мне справиться со своими демонами.

«Какими еще демонами?» – пронеслось в мыслях.

— Не вижу никакой логики, – вслух произнес я.

— Ее тут и нет, чистая женская интуиция, которую ты так старательно отрицаешь, – ухмыльнулась Бернелл, переводя все в шутку.

Моя интуиция тоже не молчала. Она буквально орала сиреной, размахивая всеми мыслимыми флагами: мы совершаем ошибку.

— Я ведь пытаюсь тебе помочь, оградить от.. – начал я.

— Я не та, кого нужно спасать, Ларсен. Разве ты этого еще не понял? – Вивьен коснулась моей скулы, улыбнувшись уголком губ. Тень падала, закрывая часть ее лица, и из той темной половины на меня будто смотрела она же, но иная.

Наш странный разговор прервался телефонным звонком от Новак.

Ким не была из тех, кто беспокоит коллег и друзей во тьме ночной; она даже не была из тех, кто спокойно приходит на работу в первую смену. Удел Демоницы – ночь. Время, когда она обыкновенно кутила вместе с шабашем себе подобных или доводила нашего корейско-китайского друга до сердечного приступа.

— Тебе повезло, что я не сплю, – прогудел я в трубку.

— Слушай, Ларсен. – Ким на том конце провода всхлипнула, и я, быстро сообразив, что что-то не так, перевел телефон в тональный режим. – Ты можешь приехать? Не знаю, стоит ли брать Искорку, просто тут у меня дома что-то странное, а до Мина не дозвонишься. Чертовы его задания..

— Так, Ведьма, что конкретно происходит? – Я мгновенно перешел в состояние полной сосредоточенности. – Ты вызвала полицию?

— Я не уверена, что это не от недосыпа в моей больной голове. – Новый шмыг носом. – Просто какие-то странные звуки, как будто кто-то ходит под дверью, иногда стучит.

По виду Бернелл стало ясно: к Новак я еду не один. Что же, это лучше, чем оставить ее дома в одиночестве, пусть и под суровым присмотром Бармаглота.

— Ким, запрись на все замки, мы скоро будем, – прикрикнула она, на ходу натягивая взятые с дивана джинсы.

— И не вешай трубку, – добавил я.

— Хорошо.

Застегивая ремень, я вдруг ощутил ужасную тоску по миссис Каннингем и розыску пропавших котов.

London Local Chronicle

Ночной таксист найден мертвым в собственном автомобиле в прошлую пятницу

По данным из анонимных источников, мужчина стал очередной жертвой серийного убийцы Невидимки. Такое прозвище ему дали за характерный почерк: маньяк не оставляет следов и забирает глаза своих жертв. Единственное, что на данный момент есть у полиции, – записки от убийцы, содержание которых не разглашается в интересах следствия. Инспекторы обращаются к очевидцам: видел ли кто-то подозрительных лиц в районе Честер-сквер и Элизабет-стрит? Любая информация – по телефону криминальной линии.

Личность последней жертвы Невидимки пока устанавливается.