Страница 79 из 121
Глава 43. Неожиданная свобода...
Я тряслась в карете, до сих пор не веря, что уезжаю. Вот так просто. Так невероятно просто
я ухожу из прежней жизни.
Точнее — меня отпускают. Безо всяких условий, без контроля,
без ненависти. Будто я была птицей, которую всё это время держали в клетке и, наконец,
выпустили на волю.
Но ответов на вопросы так и не дали. Впрочем, я не уверена, что эти ответы мне вообще
нужны.
На мою просьбу отпустить меня сперва Игорь Степанович ответил болезненной просьбой:
— А может быть, вы дадите мне шанс?
Я не дала. Всё внутри меня бурлило, я кричала в своем сердце:
никаких шансов
.
Время для шансов закончилось навсегда. Уровень стресса был таким высоким, что я не хотела ни
о чём слушать.
Нет, я не устраивала ему скандалов. Я просто спокойно произнесла:
— Отпустите меня. Это моя единственная просьба.
И он кивнул. Согласился. Я смотрела на Игоря Степановича и не узнавала — от прежнего
жестокого, надменного человека не осталось и следа. Но я больше не хотела его видеть. Как и
этот дворец. Я не хотела видеть никого и ничего.
Уже на следующий день Игорь Степанович, который вернулся ночевать в лекарскую палату,
принёс документы на моё имя. Точнее, на имя Виктории. В них говорилось, что в моё владение
переходит небольшой загородный дом на окраине столицы. С тремя слугами, маленьким садом и
небольшим наделом земли. Содержание этого дома по-прежнему оставалось за семьёй Игоря
Степановича. Но хозяйкой теперь считалась я.
Правда, о разводе Игорь Степанович упомянул так:
— Я не готов с вами развестись. Не сейчас. Развод — дело муторное и непростое. Я
предоставлю вам уголок и… покой. На первое время этого хватит. О разводе поговорим позже,
если вы не против.
Я не была против. Потому что вырваться из этой западни хотела прямо сейчас.
И вот я собрала вещи, села в предоставленную мужем карету и уехала. Даже к Марианне не
зашла. Не хотела её тревожить. Мне казалось, что если она узнает, что я уезжаю, то сильно
огорчится. А я боялась, что её состояние станет хуже.
А теперь думала: действительно ли это происходит со мной? Действительно ли на середине
собственной истории я наконец-то убегаю прочь, чтобы оставить всё позади?
Загородный домик оказался совсем небольшим по сравнению с прежним поместьем, но очень
уютным. Полуразрушенные ступеньки на входе были кое-как замазаны раствором. В окна
заглядывали комнатные цветы, а очаровательные короткие шторки из яркого сукна создавали
впечатление чего-то беспечного и простого. Небольшой сад был в идеальном состоянии.
Навстречу мне из дома вышло трое стариков: двое мужчин и одна женщина. Они чинно
поклонились и представились. Алевтина Фёдоровна оказалась кухаркой, Семён Павлович —
садовником. А третий мужчина был то ли лакеем, то ли чем-то вроде управляющего. Звали его
Максим Петрович.
Игорь Степанович уже успел написать им обо мне, и они были готовы встретить новую хозяйку.
Внутри дом оказался по-домашнему уютным. Невысокие потолки, скрипучие деревянные полы,
простая, но добротная мебель. На стенах — вышитые панно, на столике — глиняная ваза с
полевыми цветами. Всё это не поражало роскошью, но дышало теплом и заботой. Дом мне очень
понравился.
Сначала я чувствовала себя неловко, будто вторглась в чужую жизнь. Но чем дольше находилась
здесь, тем сильнее понимала — этот дом словно ждал меня.
Моя спальня оказалась особенно приятной. Светлая, с большим окном и лёгкими занавесками,
через которые лился мягкий утренний свет. В углу стояла широкая кровать с высоким
изголовьем, покрытая пуховым одеялом и вязаным пледом. На тумбочке — свеча и старая книга.
Атмосфера была настолько спокойной и уютной, что я впервые за долгое время почувствовала:
может
быть, здесь я смогу начать всё заново
.
***
Дни потекли спокойной чередой. Я долгое время не могла поверить, что меня не ждут
испытания, что, вставая утром, мне не придётся бежать на какие-то занятия, терпеть унижения,
что мне не нужно ждать подставы.
Хотя, честно говоря, я даже ждала этого от слуг. Настолько привыкла. Но ко мне относились
крайне уважительно.
Кухарка по утрам приносила завтрак на подносе, как настоящей госпоже. Я не занималась
никакими домашними делами — слуги делали всё за меня.
Нашлась в домике небольшая библиотека. Я с удовольствием углубилась в чтение: брала поэзию,
научные труды, исторические книги. Я могла прогуливаться по саду в любое время суток. Начала
вникать в бухгалтерские книги, рассматривала, что было высажено на огороде и какой по осени
собрали урожай…
Чувствовала невероятную свободу и покой. То, чего мне всё это время не хватало.
Единственное, что смущало, — мысль, что в любой момент всё это может быть отнято. Кем? Да
тем же Игорем Степановичем, который резко передумает, наслушается ещё каких-нибудь глупостей
и решит, что я виновата в чём-то новом. Поэтому хотелось полной свободы, независимости.
Придёт ли эта независимость, когда у меня будет развод? Не знаю. Нужно быть реалисткой: у
меня нет средств для жизни в этом мире. Сейчас я живу только благодаря чужому содержанию,
только потому, что я всё ещё чья-то жена.
В конце концов решила провести это время с пользой. Я буду учиться. Разузнаю об этом мире
всё, что можно, и буду готова к тому, чтобы выжить в нём самостоятельно. Это стало моей
целью.
Уже через неделю я вместе со старым лакеем Максимом Петровичем начала выезжать в город. Мы
закупали продукты, рассматривали магазины и лавки. Я присматривалась к окружающим и
оценивала образ жизни других людей.
Нашла огромную столичную библиотеку, куда меня без проблем допустили. Здесь я буду теперь
очень часто, наверное, каждые пару дней — ведь я должна узнать как можно больше обо всём,
чтобы найти способ себя содержать.
По ночам мне иногда снились кошмары. В них меня снова преследовал Горбунов, говоря, что
Игорь Степанович погиб на дуэли, и теперь никто меня не защитит. С ним рядом стояла Арина -
ухмылялась. Подтягивался Егор, который почему-то уже не желал быть моим другом. Ведь я его
разочаровала…
Я просыпалась в холодном поту.