Страница 150 из 163
Принц закрыл глаза.
— Сдается мне, туда я уже не доберусь. Вивиана, отвези меня обратно в Кантий. Если ты похоронишь меня на том берегу, где я одержал победу, я стану его бессменным стражем, и саксы никогда больше там не поселятся, какие бы еще бриттские портовые города они ни облюбовали. Пообещаешь исполнить мою просьбу, родная?
— Ты не умрешь, тебе нельзя умирать! – исступленно воскликнула она, стискивая его руку. Пальцы его пылали жаром и так исхудали, что все косточки прощупывались.
— Ты – Богиня.. но ты не жестока, ты не позволишь мне и дольше мучиться такой болью..
Вивиана неотрывно глядела на него, вспоминая тот, первый обряд. Богиня даровала ему победу, а теперь, как Она и обещала, Она приняла его жертву. А Вивиана, как жрица Богини, стала орудием, посредством которого обещание было дано. Она-то надеялась помочь Вортимеру и себе самой ускользнуть из-под власти той магии, что была ее уделом по праву рождения. А все, чего она добилась – это привела его к смерти в пустынном краю, где в холмах рыщут призраки древних воинов.
— Я предала тебя.. – прошептала она. – Но я не хотела.. – Она взяла раненого за запястье: пульс был лихорадочным, учащенным.
Вортимер открыл глаза: в них плескалась боль.
— Неужто все было зря? Столько смертей – и все напрасно? Не отпускай меня, Вивиана, или я снова сойду с ума. Дай мне по крайней мере умереть в здравом рассудке!
Вивиана вдруг поняла, что он взывает к ней как к жрице и, если она подведет его сейчас, это и впрямь будет предательством. Она видела, как трепещет в нем жизнь – словно угасающее пламя. И хотя ей отчаянно хотелось броситься ему на грудь и разрыдаться, она кивнула и заставила себя вспоминать давние уроки: когда-то она от души надеялась, что умения эти никогда ей не пригодятся.
Вивиана завладела его руками и удерживала его взгляд до тех пор, пока дыхание раненого не выровнялось, под стать ее собственному.
— Успокойся.. – нашептывала она. – Все будет хорошо. С каждым выдохом старайся отпустить от себя боль.. – Жизненная сила в нем пришла в равновесие – но она была на исходе, она почти иссякла. Они посидели так молча; но вот глаза его расширились.
— Боль ушла.. моя королева.. – Вортимер не сводил с ее взгляда, но Вивиане казалось, что видит он не ее. – Да охранят тебя боги.. до тех пор.. пока мы не встретимся.. снова.
Губы ее непроизвольно задвигались в размеренном речитативе: так пели некогда в далекой Атлантиде над смертным ложем короля. «По крайней мере, на сей раз я здесь, рядом, чтобы облегчить тебе уход!» – сказала себе Вивиана, сама удивляясь: из какой жизни пришла эта мысль? Пальцы его судорожно сжались на ее запястьях – а в следующий миг Вортимер с глубоким вздохом выпустил ее руки и самую жизнь – как тот, кто сражался до конца и теперь во тьме отчаяния прозревает свою победу.