Генерал драконов. Его одержимость

Глава 30

Скард кивает, словно другого ответа и не ждал, и широким шагом направляется к выходу из крепости. Я едва поспеваю за ним, путаясь в подоле нового платья, которое все-таки оказалось длиннее, чем я привыкла. Приходится подхватывать юбку рукой, чтобы не споткнуться на лестнице.

Во внутреннем дворе уже царит организованный хаос. Солдаты-драконы сбегаются со всех сторон, на ходу вставляя артефактные камни в доспехи.

Лица у всех сосредоточенные, но без тени паники. Чувствуется, что для них это не впервой.

- Генерал! - К Скарду подбегает молодой дракон с коротким светлым ежиком волос и отдает честь. - Темные твари снова появились у западной стены.

- Сколько?

- Их двое, но… - солдат мнется.

- Но? - давит вопросительным тоном Скард.

- Камни трещат, - он опускает голову, словно это говорит о их поражении.

Мы переглядываемся со Скардом. Не знаю, как, он, но я прекрасно помню, в каком случае трещали камни в очагах жителей Дикорозии.

Он приподнимает бровь, словно молча спрашивает, готова ли я. И я киваю, не чувствуя уверенность. Зная только одно - там я смогу узнать о природе черного пламени чуть больше.

Ворота распахиваются, и мы выходим на открытое пространство в сотне шагов от стены. И чем ближе мы подходим к ней, тем отчетливее я слышу знакомый треск камней.

Этот звук въелся в мою память за последние дни так глубоко, что я узнаю его из тысячи. Он идет от стены, сложенной из гигантских камней, которая должна стоять много веков.

Подойдя близко к стене, я замираю и прислушиваюсь. Треск камней то нарастает, то стихает, пульсирует, словно живой организм. И вместе с ним во мне отзывается что-то. То самое черное пламя, что спит под ребрами, начинает шевелиться, потягиваться, словно пес, учуявший дичь.

- Что это? - шепчу я, хотя уже знаю ответ.

- Камни трещат, - Скард даже не смотрит на меня, его взгляд прикован к стене. - Как в очагах Дикорозии. Только там треск означал смерть домочадцев, а здесь он выводит встроенные в стену защитные артефакты из строя. Если так продолжится, стена не выдержит и треснет. Тогда твари Пустоши хлынут в города.

Скард вдруг останавливается, смотрит на меня оценивающе.

- Хочу показать тебе монстров. Безопаснее для тебя будет по воздуху, - говорит он, и в следующий миг пространство вокруг него словно идет рябью.

А через мгновение передо мной стоит дракон. Черный, огромный, с бездонными глазами, словно горящими темно-багровым в сумерках. Он опускает крыло, приглашая меня снова взобраться на него.

Я сглатываю.

В прошлый раз полет закончился быстро, но воспоминания о головокружительной высоте и отсутствии контроля все еще свежи. Однако, спорить некогда, ведь треск становится громче.

Я забираюсь на крыло, цепляюсь за гребень на шее, и дракон взмывает в воздух так резко, что мир кувыркается. Ветер хлещет по лицу, вышибает слезы, но я зажмуриваюсь лишь на миг, а потом заставляю себя смотреть.

Стена приближается слишком быстро. Мы проносимся над внутренним двором, над крышами казарм, над тренировочными плацами — и вот уже под нами западный участок.

Я вижу их сразу. Две тени у подножия стены, такие черные, что кажутся дырами в реальности. Они не похожи ни на шныров, ни на других тварей, о которых мне рассказывали Чейз и Каспер. Скорее сгустки тьмы, принявшие форму, близкую к человеческой, но искаженную, с конечностями разной длины и головами, повернутыми под немыслимыми углами.

Я вижу, что они словно сотканы из пламени, такие же подвижные, как его природа и суть. И такие же опасные.

Стена снаружи объята темными языками огня, из-за которого и трещат камни.

Скард не пикирует туда сразу. Только когда следом за ним из-за стены показываются другие драконы, он делает круг, оценивая ситуацию. И я чувствую, как под моими пальцами вибрирует его шея - он готовится к атаке.

- Что ты хочешь, чтобы я сделала? - кричу я, перекрывая ветер.

Дракон ожидаемо не отвечает — он и не может в этом обличье. Но в следующий миг он резко идет вниз, и мне приходится вцепиться что есть сил, чтобы не слететь.

Земля приближается слишком быстро. В последний момент крылья распахиваются, тормозя падение, и мы приземляемся в шагах пятидесяти от тварей.

Скард сбрасывает меня со спины движением, которое трудно назвать нежным, и тут же трансформируется обратно в человека. Удивительно, но я приземляюсь точно на ноги, то ли по случайности, то ли благодаря его тщательному расчету.

- Стой здесь, - бросает Скард и, не оборачиваясь, идет к тварям.

Я смотрю, как он приближается к ним, и внутри меня черное пламя начинает буквально выть. Оно хочет вырваться. Оно тянется к этим существам, словно к родственным душам.

Или к добыче.

- Скард! - кричу я, сама не зная, зачем.

Он не оборачивается, а драконы пикируют вниз, окружая двух монстров.

Твари замечают Скарда - обе поворачивают свои жуткие головы, и я вижу, что у них нет лиц. Вместо них чернеют провалы с пламенем цвета бездны.

Скард взмахивает рукой, и воздух вокруг него уплотняется, закручивается в смертоносные могучие воронки. И эти вихри срываются с места, врезаются в тварей, разрывают их на части, но те тут же собираются обратно, из сотней языков черного пламени в одно.

Скард не скупится на крепкие слова в ответ и пробует снова и снова разорвать из вихрями. Но твари рассыпаются и восстанавливаются, каждый раз чуть ближе к нему.

Камни стены трещат все громче, все отчаяннее.

Я не выдерживаю. Ноги сами несут меня вперед, и когда Скард оборачивается, чтобы рявкнуть, чтобы приказать убраться, я уже рядом. В трех шагах от ближайшей твари.

Черное пламя внутри взрывается.

Я не вдыхаю его на этот раз. Оно само вырывается наружу - из груди, из рук, из глаз. Черными языками, такими же, как те, что я поглощала в очагах, устремляются к монстрам.

И те вдруг замирают. Впервые за все время они перестают двигаться, перестают шипеть. Просто стоят, пока черное пламя, вышедшее из меня, обволакивает их, проникает внутрь, смешивается с их тьмой.

А потом они начинают кричать.

Такой звук я не слышала никогда. Он пронизывает насквозь, выворачивает душу, заставляет кровь стынуть в жилах. Твари корчатся, тают, рассыпаются прахом. И вместе с ними тает что-то во мне.

Силы покидают меня так резко, словно кто-то перерезал нить, на которой я держусь. Колени подкашиваются, и я оседаю на песок, глядя, как последние клочья тьмы исчезают в воздухе.

Я отмечаю краем сознания, что камни в стене больше не трещат.