Страница 17 из 82
ГЛАВА 6. Восстание наемников
Следующий невероятный поворот конголезского кризиса превзошел самые фантастические сценарии развития событий. Восстание наемников — это звучало скорее как глава из истории Древнего мира или Средневековья. В прошлом наемники не раз бунтовали против своих хозяев и захватывали власть, и сами становились герцогами и королями. Но чтобы это произошло в второй половине ХХ века… Мир тогда замер в изумлении. Бельгийский плантатор, ставший наемником, Жан Шрамм, бросивший вызов президенту Мобуту, мог стать современным герцогом Сфорца и серьезно скорректировать историю постколониальной Африки, если бы дело выгорело.
Для Мобуту полковник Шрамм, который создал в провинции Маниема фактически государство в государстве, был настоящей головной болью. Вместе с другими бельгийскими плантаторами он восстановил в этом регионе дороги и мосты, реорганизовал торговлю и образование, отправил за свой счет в Европу людей для приглашения инженеров и миссионеров, использовал пленных симба на принудительных работах. Его частная армия — Коммандо 10 (бывший батальон «Леопард»), навербованная из племени кансимба (Северная Катанга), была хорошо подготовлена и экипирована. Базой Шрамма была его собственная плантация со своей взлетно-посадочной полосой в Юмби в самом сердце Маниемы. Репутация Шрамма росла с экономическим ростом подконтрольного ему региона, и это раздражало президента.
И других причин для взаимного недоверия у Шрамма и Мобуту предостаточно. Бельгиец после массового убийства катангских жандармов, которые вышли на его территорию, начал готовить регион к обороне на случай атак правительственных войск. Информация об этих приготовлениях дошла и до Мобуту, что подлило масла в огонь его подозрений. В декабре 1966 года на встрече с президентом в Леопольдвиле в ответ на предложение заменить кансимба в Коммандо 10 на правительственных рекрутов Жан Шрамм дерзко заявил, что если армейские части попытаются разоружить его людей, он отдаст приказ открыть огонь. На встрече присутствовал и Боб Денар. По необъяснимой причине Шрамм вернулся все-таки живым домой в Юмби, но для Мобуту было уже все ясно: командир Коммандо 10 должен был исчезнуть.
Шрамм теперь был обязан свалить Мобуту, просто следуя инстинкту самосохранения. Именно это, а не властные амбиции, скорее всего, заставили его действовать. В апреле 1967 года президент Мобуту приказал полковнику Денару и его Коммандо 6 разоружить Коммандо 10. Но Денар предпочел отправиться к Шрамму, чтобы рассказать об этом приказе. Эти два наемника недолюбливали друг друга, хотя уже давно были связаны. Шрамм считал француза законченным авантюристом и прирожденным наемником, а себя — рачительным бизнесменом, надевшим униформу в силу обстоятельств. Но в сложившихся обстоятельствах им стоило объединиться. Денар понимал, что следующий в списке он и Ком-мандо 6, да и идти против своего коллеги-наемника в открытую он не мог, это вызвало бы восстание среди его людей и уничтожило бы его репутацию. Кроме того, французские спецслужбы наверняка участвовали в заговоре по возвращению Чомбе к власти, а Денар всегда согласовывал свои действия с ними. Бельгийское правительство было заинтересовано в блокировке все возрастающего влияния США в регионе, которое символизировал Мобуту. Шрамм же на последнем этапе подготовки восстания напрямую работал с бельгийским правительством, и его прикрывал министр иностранных дел Пьер Хармель.
Однако время шло, но ничего не происходило, и у Шрамма начали сдавать нервы. В мае 1967 года бельгийский плантатор Морис Квинтан прибыл к Шрамму, чтобы предложить ему присоединиться к революции в пользу Чомбе. Шрамм отказался, подозревая в Квин-тане провокатора, действовавшего в интересах конголезского диктатора. Но скорее всего действия Квинтана были просто слишком неуклюжими. Он пригрозил сообщить Мобуту, что Шрамм согласился. Шрам и секунды не раздумывая, застрелил собеседника.
«Я не мог рисковать и вызвать репрессии против меня и моих людей. Это был мой долг остановить Квинтана от воплощения его плана в жизнь. Я застрелил его и приказал Родригезу (наемник-бармен, осужденный вместе со Шраммом) добить его и выбросить его тело в Лову», — заявил Шрамм уже в бельгийском суде.
Буквально сразу после убийства Квинтана к Шрамму прилетел Джерри Пюрен, в его самолете были два ближайших советника Чомбе. Пюрен был против участия полковника Денара в перевороте, но в целом поддерживал свержение Мобуту. Однако Шрамм предупредил коллегу, что без Денара на эту авантюру не пойдет. Пюрен был вынужден согласиться.
Президент Мобуту тем временем продолжал закручивать гайки. Сначала ужаснул весь мир публичной казнью в Леопольдвиле четырех «заговорщиков» — известных политиков, включая бывшего премьер-министра Эвариста Кимбу. Затем он напугал всех белых наемников, приговорив трех из них к 12 годам каторжных работ, обвинив их в ограблении банка в Гоме. Наконец, обвинил всех бельгийских плантаторов в организации взрыва стратегического моста через реку Лубуди, что на время перерезало главный маршрут вывоза меди и ввергло в хаос экономику страны
22 июня Денар снова прибыл в Юмби. Момент для восстания был подходящий. Два наемника договорились о координации действий, но не выбрали «День Д». А на следующий день в Юмби на своем самолете снова прилетел Пюрен, который привез оружие, боеприпасы и небольшое подкрепление — 9 южноафриканских наемников. Согласно разработанному Шраммом и Денаром плану, Коммандо 10 должно было взять штурмом Стэнливиль, где к нему присоединятся рассредоточенные по округе подразделения Ком-мандо 6. Далее к восставшим наемникам присоединяются несколько тысяч оставшихся в живых катангских жандармов. Далее следует захват стратегически важных городов Кинду и Букаву. Затем Денар и его люди остаются для защиты Стэнливиля, а Шрамм с Коммандо 10 стремительным броском на юг захватывает авиабазу Камина и Элизабетвиль. Из Испании прилетает Моиз Чомбе, провинции Катанга и Касаи восстают. После этого «революционеры» делают паузу и требуют отставки Мобуту.