Страница 61 из 1222
Глава тридцать девятая
Пока Никки целыми днями возилась на ферме, не имея возможности зайти в дом, две младшие сестры Нотек ходили в школу и вели обычную детскую жизнь. Тори всегда была довольно спокойной девочкой; она не видела, как их мать издевалась над Кэти, и не подвергалась тем же наказаниям, что Никки и Шейн. Сэми пользовалась в школе огромной популярностью благодаря своему чувству юмора, с помощью которого маскировала от друзей подробности их жизни с матерью. Она не плакала над своими бедами, а смеялась над ними. Друзья знали, что ее мать – настоящий тиран, что она устанавливает в доме разные бессмысленные правила и придумывает наказания, какие другим родителям и не снились. По этой причине они обычно проявляли настойчивость: если друзья приезжали за Сэми, и дверь им никто не открывал, они просто ждали. Друзья Никки вели себя по-другому: узнав, что ее нет дома или она занята, они решали, что она просто передумала. Приятели Сэми были в курсе, что их мать сумасшедшая и что она держит Сэми под замком.
Поэтому они стучали.
И ждали.
Сколько потребуется.
Иногда могли прокатиться в «Макдоналдс» в Реймонде, потом вернуться и еще подождать. Подростки знали, что Шелли надо переупрямить и рассердить, и у них это получалось.
– Иди! Давай, убирайся отсюда! – кричала Шелли, наконец устав от постоянного стука в дверь и силуэтов, мелькающих за окнами, – все это отвлекало ее от просмотра очередного телешоу.
Сэми знала, как вести себя с матерью. Знала, что для Шелли важно, чтобы ее считали безупречной. Поэтому она выходила на террасу и рассказывала друзьям какую-нибудь выдуманную историю.
– Моя мама не знала, что вы тут, – лгала Сэми. – Она только сейчас услышала стук.
А потом последняя, самая большая ложь.
– Она очень сожалеет.
Но Шелли вовсе не сожалела. Уж точно не тогда, когда речь шла о чьих-то чувствах. Девочки не раз видели, как она проливала слезы над мертвыми животными, но никогда – над живыми людьми.
Шелли пересмотрела свое отношение к общению между старшими дочерями. Тори не представляла для нее угрозы. Еще слишком маленькая, она не понимала всего, что происходило вокруг, к тому же ее легко было припугнуть.
А вот две другие… Они быстро росли. Начинали перечить матери. Проводили слишком много времени вместе. Как когда-то в Лаудербек-Хаус, Шелли сказала Никки и Сэми, что запрещает им обсуждать мать у нее за спиной.
Как обычно, она во всем винила Никки.
– Сэми, сестра плохо влияет на тебя.
Плохо влияет? Это звучало просто смехотворно. Никки вкалывала на ферме от зари до темна. Никогда не пила и не принимала наркотики. Пару раз курила сигареты с Шейном, но они совсем ей не понра- вились.
Оглядываясь назад, Сэми с трудом могла вспомнить, когда в последний раз с переезда в Монахон-Лэндинг они с Никки проводили время вместе в одной из своих спален. Мать не одобряла таких посиделок. Они могли общаться друг с другом только за работой. Но такой шанс выпадал им все реже и реже.
А после смерти Кэти и исчезновения Шейна – вообще никогда.
«Никки все время находилась на улице, – вспоминала Сэми. – Работала во дворе. До самой ночи. Пока не станет темно. У меня были друзья, я была занята в школе и помню, что вообще не общалась с сестрой. Она ходила где-то поблизости, но мы не контактировали с ней. Кажется, мать хотела выжить ее из дома».
Никто из друзей Сэми даже не знал, что Никки живет с ними.
Однажды, когда девочки мыли посуду, мать ворвалась на кухню и в буквальном смысле растащила их в разные стороны.
– Никаких разговоров! – кричала она.
– Но мы ни о чем и не говорили, – возразила Сэми.
– Нет! – настаивала мать. – Никаких разговоров, я сказала.
Сэми ушла, оставив сестру домывать тарелки.
«Конечно, мы говорили – в основном всякие гадости про нее, – рассказывала Сэми впоследствии. – Уж точно не обсуждали домашние задания в школе».
Шелли начала уделять внимание своей внешности, что дало детям желанную передышку. За прошедшие пару лет она немного прибавила в весе. Поскольку Дэйв продолжал работать на стройке и отправлять все деньги домой, Шелли решила, что может себя немного побаловать. Она похудела, покрасила волосы и несколько раз ходила в бар. А однажды сообщила девочкам, что завела нового друга.
– Он пилот крупной авиакомпании, – сказала она. – И, предупреждаю сразу, мы с ним просто друзья. Ничего больше. Я пригласила его в гости.
У Сэми были свои планы, а Тори была не против посидеть в своей комнате, пока Шелли принимала нового приятеля.
Но оставалась еще Никки.
– Ты должна держаться подальше от дома, чтобы тебя никто не видел.
Никки пообещала.
Позднее она видела, как к воротам подъехала машина, новый «Гео Сторм». «Вряд ли он преуспевающий пилот, если ездит на такой тачке», – подумала Никки. Он пробыл у них пару часов, а потом уехал.
«Я не знаю, что там произошло, – вспоминала Никки позднее. – Думаю, матери нравилось воображать себе, что у нее роман. А может, между ними и правда что-то было, но это ни к чему не привело».