Страница 101 из 1222
Глава шестьдесят седьмая
В последний раз Никки виделась с матерью в ресторане «Оливковая роща» в Олимпии, в 2002 году, после смерти Мака. Никки сомневалась, стоит ли им встречаться, но решила, что ничего не теряет. Может, все как-то наладится? Сэми продолжала сообщать сестре, что с Тори все в порядке.
«Она говорит, что мама по-прежнему странная, но с ней обращается хорошо. Не так, как с нами».
Шелли принарядилась для такого случая и выглядела очень хорошо. Но Никки сразу же стало ясно, что все это – только камуфляж.
Ее мать осталась точно такой же, какой была.
«Она нагрубила официантке, – рассказывала Никки. – Обозвала ее и отправила свое блюдо на кухню. Помню, я думала: Мне все это не нужно. Я не хочу в этом участвовать. Встретиться с ней было огромной ошибкой».
Никки ничего не рассказала Шелли о своей жизни. И ушла из ресторана, даже не доев десерт. «После этого мы с ней больше не виделись».
Тори Нотек старалась держаться мужественно. Ни слова не говорила сестрам о том, что творится у них дома. Не потому, что не хотела, чтобы мать привлекли к ответу, а потому, что боялась будить спящего тигра.
С учетом того, что ей приходилось видеть, Тори представляла, что мать может сделать с ней. И считала, что сама отчасти виновата.
Вот что она писала в дневнике, обращаясь к матери:
«Я знаю, что иногда может показаться, будто я тебя не понимаю или не хочу понимать, но это не так. Совсем не так. Я всегда могу тебя понять и всегда хочу. Мне ужасно жаль, что я так разочаровываю вас с папой. Я знаю, это моя вина».
Хотя Тори и не знала, как выразить это в словах, в глубине души ей было ясно, что ее матери доставляет удовольствие наблюдать за чужими страданиями. Как назвать человека, который наслаждается, причиняя другому боль? Должно быть какое-то слово… Но Тори его не знала. Кто улыбается, когда другой кричит? Приходит в восторг, когда кого-то жжет или режет?
Почему ее мама такая?
В паре случаев Тори слышала, как мать приказывала Рону забираться под большой обеденный стол в гостиной, прилегавшей к ее спальне. Однажды она решила посмотреть, что там происходит.
Хотя бы раз.
– Ты будешь сидеть здесь, – приказала Рону Шелли, – пока я не услышу твой плач.
Рон под столом сжался в комок.
– Прости меня, Шелли, дорогуша! – просил он.
– Ничего не выйдет, ты, бесполезный сморчок!
Рон начал издавать хнычущие звуки.
От этого Шелли разозлилась еще сильнее.
– Ты чертов притворщик! – заорала она. – Я знаю, что ты прикидываешься!
Тори попросила мать отпустить Рона.
– Нет, – равнодушно отрезала та. – Он наказан. Оставь его. Рон плохо себя вел. Я не собираюсь вдаваться в детали. Просто оставь его.
Немного погодя Тори увидела, что Рона отпустили. Но ненадолго. Вскоре он опять сидел под столом и плакал.
Она была уверена, что слезы его искренние.