Страница 40 из 84
Глава 27
Слухи рождаются там, где люди слишком внимательно смотрят друг на друга.
В понедельник я поняла, что что-то изменилось.
Еще до начала рабочего дня.
Когда вошла в приемную, разговоры в коридоре неожиданно стихли.
Не полностью.
На секунду.
Но этого хватило.
Потом все снова заговорили.
Слишком громко.
Слишком оживленно.
Я сделала вид, что ничего не заметила.
Наверное, показалось.
Но ощущение осталось.
Через час в приемную заглянула Ирина.
С кружкой кофе.
Она всегда приходила без повода.
— Доброе утро.
— Доброе.
Она внимательно посмотрела на меня.
— Как настроение?
— Рабочее.
— Это хорошо.
Она не уходила.
Стояла возле стола.
Будто собиралась что-то сказать.
И наконец решилась.
— Алиса...
Не обижайся только.
Я сразу насторожилась.
— На что?
— Люди начали говорить.
Я медленно опустила ручку.
— О чем?
Ирина виновато пожала плечами.
— О тебе.
— И?
Она шумно выдохнула.
— И об Андрее Сергеевиче.
Я молчала.
Не потому, что удивилась.
Скорее потому, что давно этого ждала.
— Что именно говорят?
Ирина закатила глаза.
— Да все подряд.
Кто-то видел, как вы вместе приехали после командировки.
Кто-то заметил, что он стал чаще выходить из кабинета.
Кто-то уверен, что ты единственная, кому он улыбается.
Она усмехнулась.
— А вчера бухгалтерия обсуждала, что полковник впервые за много лет ушел домой раньше восьми.
И знаешь, кого в этом обвинили?
Я устало потерла переносицу.
— Меня.
— Конечно.
Она села напротив.
— Людям скучно.
Вот и придумывают.
Мне стало неприятно.
Не за себя.
За него.
Он слишком долго строил свою репутацию.
И теперь несколько случайных взглядов могли превратиться в бесконечные разговоры.
В этот момент дверь кабинета открылась.
Воронцов вышел в приемную.
Окинул нас спокойным взглядом.
— Доброе утро.
— Доброе, Андрей Сергеевич.
Ирина сразу поднялась.
— Я уже ухожу.
Она исчезла почти мгновенно.
Полковник посмотрел ей вслед.
Потом перевел взгляд на меня.
— Что-то произошло?
Я поколебалась.
Стоило ли говорить?
Наверное, да.
— По управлению ходят слухи.
Он даже не изменился в лице.
— Какие?
— О нас.
Несколько секунд он молчал.
Потом совершенно спокойно спросил:
— Вам это мешает?
Я честно ответила:
— Да.
Он кивнул.
— Мне тоже.
Я удивилась.
— Вы знали?
— Вчера Максим предупредил.
Конечно.
Максим.
Наверняка заметил раньше всех.
— И что теперь?
Воронцов задумался.
Совсем ненадолго.
— Ничего.
— Совсем?
— Да.
Он спокойно сложил руки за спиной.
— Если начать оправдываться...
Люди решат, что слухи правдивы.
Если злиться...
Будут обсуждать еще больше.
Он посмотрел мне в глаза.
— Поэтому мы будем работать.
Как раньше.
Я улыбнулась.
— А получится?
Он ответил не сразу.
— Не знаю.
Честный ответ.
Именно такой, какого я ожидала.
К обеду стало понятно, что Ирина ничего не преувеличила.
В столовой разговоры затихали, когда мы проходили мимо.
Кто-то слишком долго смотрел.
Кто-то, наоборот, старательно отворачивался.
Максим сел рядом со мной.
Поставил поднос.
Тихо сказал:
— Не обращай внимания.
— Легко сказать.
— Через неделю найдут новую тему.
Я усмехнулась.
— Оптимист.
— Реалист.
Он понизил голос.
— Только Андрей Сергеевич переживает сильнее, чем показывает.
Я удивленно посмотрела на него.
— Почему ты так решил?
Максим задумчиво покрутил вилку.
— Потому что сегодня утром он впервые отменил совещание.
Чтобы лично проверить документы, которые обычно доверял заместителю.
— И что это значит?
— Когда он нервничает...
Начинает контролировать вообще все.
Я невольно улыбнулась.
Похоже.
Очень похоже на Воронцова.
Вечером мы задержались почти до девяти.
Последние сотрудники давно ушли.
Я закрывала приемную.
Полковник вышел из кабинета.
В руках ключи от машины.
Несколько секунд мы молча стояли друг напротив друга.
Потом он тихо сказал:
— Простите.
Я удивленно подняла голову.
— За что?
— За эти разговоры.
Я покачала головой.
— Вы здесь ни при чем.
— При чем.
Он впервые за долгое время выглядел действительно уставшим.
— Руководитель отвечает не только за работу отдела.
Но и за людей.
Я сделала шаг ближе.
Совсем небольшой.
— Тогда послушайте меня как одного из ваших людей.
Он внимательно посмотрел на меня.
— Мне не стыдно работать рядом с вами.
И не стыдно, что нас обсуждают.
Стыдно было бы, если бы все это оказалось неправдой из-за страха.
Он замер.
Будто не ожидал услышать именно это.
— Алиса...
— Не отвечайте.
Я улыбнулась.
— Просто знайте.
Несколько секунд он молчал.
Потом очень тихо произнес:
— Вы даже не представляете...
Как сейчас мне хочется нарушить сразу несколько служебных инструкций.
Сердце болезненно сжалось.
Я прекрасно поняла, о чем он говорит.
Но он не сделал ни шага.
И я тоже.
Потому что за дверями кабинета оставалась работа.
Форма.
Погоны.
И десятки людей, которые завтра снова будут смотреть слишком внимательно.
А значит, нам обоим предстояло выдержать еще одно испытание.
Не чувствами.
Терпением.