Страница 81 из 94
Вот поэтому мне нужна железобетонная страховка – ее согласие на замужество. Оно сможет залечить кровоточащие ранки, нанесенные случайно брошенными фразами, и сделать меня самым счастливым. Оно подтвердит ее слова о любви ко мне, о желании прожить всю жизнь бок обок…
Согревшись, я залез под одеяло и коснувшись своим телом, горячей кожи Полины, шепнул:
– Ты спишь?
Полина не ответила.
Твердый член уперся в горячую впадинку между булочек попки, и рука опустилась к кромке трусиков. Надеюсь, Полина не рассердится на меня из-за нежного пробуждения. Я перенервничал и теперь хочу снять внутреннее напряжение, насладившись любимым телом.
– Фабио, – произнесла тихо, сонно, когда я нажал на клитор и принялся выписывать на нем круги.
– Как твоя голова? Не болит? – поинтересовался, надеясь на то, что все прошло.
– Нет, я перед сном выпила таблетку и хотела нормально поспать.
– Извини, что разбудил. Но я очень соскучился.
Полина развернулась ко мне и закинула на мои бедра ногу. Полегче. Я и так перевозбужден. Схватив за попку, я дернул Полину на себя и поглубже вдохнул прелестный аромат ее кожи.
– Все разошлись или ты сбежал? – спросила она.
– Разошлись.
– Как твой отец?
– Я не заметил за ним ничего плохого, – повел плечами. – Выглядит здоровым, но он никогда и вида не подаст, что что-то беспокоит. Он и меня этому всегда учил. Фабио, выше нос, – передразнил отца, вспоминая, как он наставлял меня, чтобы я рос мужчиной. – Что ты плачешь как девчонка?
Полина засмеялась.
– Мне показалось, что он очень добрый.
– Конечно, добрый. А мама? – спросил я, смотря в глаза Полины.
– Тоже.
– У вас с ней все нормально?
– Да, – коротко бросила она. – Еще и друзья твои понравились. Дружелюбные и веселые.
– А я говорил тебе. Жаль только, что Санек с Соней застряли в Корее из-за нелетной погоды. Я бы хотел, чтобы ты с ними познакомилась. Ну, ничего, я предлагаю в зимние праздники завалиться в большой дом и провести там пару веселых денечков. Горки, бабы.
– Что? – Полина, наконец, перестала быть сонной и оживилась.
– Спокойно, снежные бабы и какао. Можно Деда-Мороза заказать. Детям понравится, и мы повеселимся. Ребята за любой кипишь. Раньше, когда все были свободными, мы постоянно куда-нибудь выезжали на отдых. Все вместе. Сейчас у всех дети, и поэтому труднее это сделать, но мою идею, думаю, поддержат, – Полина начала ласково водить по моим волосам.
– Амелия хотела отправить детей из кружков на сборы. Поэтому не знаю, получится ли у Смоловых поехать.
– Я с ними поговорю, – промурлыкал ей в шею, желая закончить разговор и перейти к более интересным делам. Она спокойна, в хорошем настроении, значит, я зря парился. У нас все замечательно. – Как твоя голова? Не болит, говоришь, – стянув лямку с плеча, начал покрывать поцелуями губы, подбородок, ключицу.
– Нет, – она зажмурилась как кошка. Того и гляди замурчит в ответ.
– Тогда иди сюда, – я навис сверху и, стиснув ладонью грудь, поцеловал Полину. – Не представляю как смогу без тебя. Я совсем не планировал никуда уезжать, но надо побыть с отцом. Мне придется улететь в Италию.
– Я понимаю, Фабио. Ты нужен ему, – сказала расстроенно и грустно улыбнулась.
– Очень хочу, чтобы ты поехала со мной, – я посмотрел в ее глаза и провел по щеке. – Может, получится?
– Не могу, – ответила, кусая нижнюю губу и ответ предсказуем, но я все равно хотел услышать другое. – Я нужна здесь. Моим детям.
– Знаю. Сначала родители заботятся о детях, потом дети о родителях.
Полина закивала, сжимая губы, и прикрыла веки. Её ресницы задрожали. Любимая обняла меня и я ощутил, как быстро бьется ее сердце.
Каждая клеточка наполнилась сожалением. Еще никуда не уехал, а уже сильно соскучился. Без нее я потеряю часть себя.
– Но у нас с тобой еще есть немного времени побыть вместе, – тихо произнесла она. – Давай больше не будем ни о чем говорить. Я хочу тебя. Хочу, чтобы ты оказался во мне…
Этой ночью Полина была податливой как никогда. Позволила мне делать с ней все, о чем я фантазировал, безгранично доверяя мне. Наша близость была наполнена такими фейерверками, что можно ослепнуть. Прикосновения, поцелуи… Они были другими. С полной отдачей. Всепоглощающей. Ненасытной. Неудержимой… И я не знаю почему, но когда Полина уснула, моя тревога, ненадолго испарившаяся из сознания, возросла в сто крат.
Я искупался в подогретом бассейне, простоял незнамо сколько под душем, но так и не смог избавиться от плохого предчувствия…