Страница 28 из 94
Глава 14
Полина
Ненавижу разборки. Всю дорогу я не находила себе места и от сильного напряжения искусала щеку чуть ли не до дырки. Сердце не на месте. Мечется от переживаний и никак не может остановиться.
Вымогательство в школе. Как такое возможно в современном мире? Я думала, этого пережитка девяностых больше нет, но, к сожалению, мой сын столкнулся с подобным. Так еще и подрался.
Бедный мой мальчик!
Как назло, Вовка телефон дома забыл, и я не могу расспросить его, как он. Сильно ли досталось. Ладно, сейчас все узнаю.
Филипп, Филипп, как без тебя справиться с этой ситуацией?
Мы остановились возле школы. Открыв дверь, я на секунду зажмурилась и глубоко вдохнула промозглый осенний воздух, чтобы настроиться на серьезный разговор с родителями вымогателя.
– Спасибо, я побежала.
Выпорхнув из машины, я умудрилась шлепнуть по грязной луже, прячущейся под опавшими листьями. Этого еще не хватало. Надеюсь, брызги не запятнают образ заботливой матери. Быстрым шагом направилась в школу, но неожиданно Фабио нагнал и поравнялся со мной, что добавило недоумения в калейдоскоп эмоций.
– А ты куда? – я остановилась. – Мне там адвокаты не нужны.
– Извини, милая, но в этой ситуации, рядом с тобой должен быть мужчина. Думаю, в моем присутствии разговор пойдет в ином русле, – открыв мне дверь, он галантно пропустил в здание, и сам зашел следом.
Ладно. Нет времени спорить, устраивать сцены и выпроваживать Фабио. Тем более, рядом с ним я чувствую поддержку.
– Здравствуйте, меня вызвали к директору, – я обратилась охраннице.
– Какой класс? – угрюмо произнесла блюстительница порядка.
– Третий «Б».
– А вы? – она и ухом не повела и кивнула на Фабио.
– Я с ней… Семейный адвокат, – нарочито надменно произнес он и поправил галстук.
Женщина безразлично пожала плечами, записала данные наших паспортов и показала, куда идти.
Дверь в кабинет оказалась открыта. На стульчике, опустив голову, сидел мой сыночек, а директриса что-то ему выговаривала.
– Вова, – забыв о вежливости, я кинулась к сыну, замечая, что под его глазом уже начал проявляться синяк. – Как ты?
– Мам, да, нормально все, – он отвел взгляд и отвернулся, стесняясь прилюдных материнских объятий.
– Как это произошло? – я посмотрела на директрису, а потом на пацана, сидящего по другую сторону кабинета.
– Здравствуйте, – следом за нами в кабинет вошла незнакомая пара взрослых, как полагаю, отец и мать этого парня и подошли к нему. Сразу чувствуется – неприятные личности. Не успели они заговорить, а уже все с ними ясно – от одной их походки и манеры держаться исходит слишком много высокомерия. Неудивительно, что их сын такой… разбойник!
Уверена, сейчас попрут выгораживать свое чадо и все свалят на моего мальчика. Ну, почему Филипп не взял трубку? Мне сейчас так сильно нужна его поддержка, и Вовке тоже. Так он будет уверен, что папа и мама его защитят.
– У мальчиков произошло некоторое недопонимание. Такое бывает, – пропела ангельским голосом директриса. – Я уже провела беседу…
– Как интересно. Когда это вымогательство стало недопониманием? – вмешался Фабио. Он нахмурился и подошел вплотную к её столу.
– Никакого вымогательства не было, – директриса удивленно захлопала глазами. – Игорь Комаров просто неудачно пошутил.
– Наш Игоряша не преступник! – взвилась мамаша оболтуса.
– И мальчики уже помирились, – поддакнула директриса. – Это же дети. Ссорятся, мирятся.
Как все просто у них. А то, что мой ребенок пострадал, это ничего?
Я открыла рот, чтобы не дать возможности все это замять, но меня опередил Фабио.
– Комаров у тебя деньги отобрал? – спросил он, подойдя к Вовке.
– Нет, – сын надулся.
– Вот видите! – проговорила мамаша Игоря, но Фабио даже не удостоил вниманием возгласы и увещевания.
– Не успел, – едва слышно добавил Вовка.
– Как дело было? Рассказывай, не бойся, – мускулы на руках напряглись, едва не разорвав рукава пиджака.
– Комаров сказал отдать все деньги, и если я не принесу ему еще пятьдесят тысяч, он и его друзья будут каждый день за просрочку избивать меня и накидывать проценты.
– Это пранк, мы просто его реакцию записывали, – из раздутых щек, недовольным притихшим голосом выдавил Игорь и закатил глаза.
Малолетний засранец.
– Вот видите, наш мальчик просто пошутил, чего шум поднимать? Дергаете занятых людей по пустякам, – папаша выпятил грудь как бойцовый петух в сторону директора.
– А в глаз ты ему дал тоже по шутке? – спросила я у Игоря. – Почему вы, – я ткнула пальцем в родителей Комарова. – Называете избиение моего ребенка пустяком? – далее перевела взгляд на директрису. – Покрывайте преступников, выгораживайте. Только… Я это так не оставлю. Пожалуюсь на вас в министерство образования.
От переполняющего возмущения я обратилась ко всем. Какое безобразие творится, и никто не хочет за это отвечать.
– Полина, – Фабио провел по моей руке своей, успокаивая. – Мы сейчас пойдем снимем побои и напишем заявление в полицию. Добьемся проверки школы и условий воспитания молодого человека. С этими людьми по-другому нельзя.
Минутная тишина показала, что Фабио своими словами напугал и директрису, и Комаровых.
А какой выход, если люди не испытывают чувство вины.
Но тут послышался удар, и мальчик застонал.
– Проси прощение, остолоп, – склонивших над Игорем, выругался отец с истеричными интонациями в голосе. – Вечно от тебя одни проблемы.
Держась за голову, мальчик хлюпнул носом, зажмурился и мелко затрясся. Но вместо сожаления о содеянном злая гримаса на мгновение отразилась на его еще детском лице. Он стрельнул в Вовку глазами и оскалился.
Мы с Фабио переглянулись.
– Сказал, проси прощение! – отец дернул сына, чтобы тот поторопился.
– Прости, я больше так не буду, – пробурчал он.
– Довольны? Все пошли, – Комаровы начали выходить, но Фабио не собирался так просто отпускать их.
– Стоп, – жестко произнес, неуловимым движением отстранил крикуна-отца и навис над Игорем. – Посмотри хорошенько и запомни лицо, – указал на Вовку. – Если еще раз ты или твои дружки подойдете к этому мальчику, и обидите его. Мы сразу напишем заявление в полицию, а дальше случится много интересных вещей. Маму с папой ты увидишь только после совершеннолетия. Понял меня? – мальчик испуганно кивнул, и я положила ладонь на плечо Фабио, чтобы он сбавил обороты. – А вы… Займитесь воспитанием сына иначе…