Страница 43 из 49
Глава 22. Родители на проводе.
Глава 22. Родители на проводе.
Утро началось не с кофе. И не с будильника. Оно началось со звонка, который Костя предпочёл бы никогда не получать.
— Константин, — раздался в трубке знакомый голос с металлическими нотками, — это Воронов.
— Доброе утро, — осторожно отозвался Костя, уже чувствуя, что ничего доброго в этом звонке не будет.
— У меня к вам один вопрос. Ваши родители в курсе, что вы работаете с экспериментальным магическим оборудованием в неподтверждённых условиях?
— Мои родители в курсе, что я работаю. Этого достаточно.
— Хм. Позвоните им, Константин. У них есть ко мне вопросы. И, кажется, к вам тоже.
Воронов отключился. Костя медленно опустил телефон на стол.
— Плохо, — констатировала кофеварка из кухни. — Когда Воронов советует звонить родителям, это как штормовое предупреждение.
— Они не должны были узнать.
— Телефон уже звонит. Судьба.
И правда. Через четыре секунды на экране высветилось: «Мама».
Костя выдохнул, провёл ладонью по лицу и ответил.
— Мам?
— Костенька, здравствуй, — голос у мамы был сладкий, но с теми самыми опасными нотками, которые появлялись у неё перед серьёзным разговором. — Мы с папой решили заехать к тебе.
— Когда?
— Через час. Мы уже в городе.
— Через час?! Мам, у меня…
— У тебя всегда «не прибрано». Ничего, мы переживём. Папа хочет посмотреть на твои «магические штуковины». А я хочу посмотреть, чем ты питаешься.
— Мам, только не сейчас. У меня важный этап проекта. И вообще…
— Костя, ты от нас никогда не скроешься. Особенно когда пахнет пачулями.
У Кости внутри всё оборвалось.
— Откуда ты знаешь про пачули?
— А, так это правда? — мама оживилась. — Значит, у тебя появилась женщина?
— Это не то, что ты думаешь!
— Вот и расскажешь при встрече. Через час. Целую.
Мама повесила трубку. Костя остался стоять с открытым ртом. Кофеварка тихонько хмыкнула.
— Я бы на твоём месте приготовила двойной эспрессо. Тебе понадобится.
— Ты умеешь только комментировать?
— Я умею многое. Но сейчас я морально поддерживаю.
Костя бросился к стене. Три быстрых удара.
— Саш! Саш, просыпайся!
Через полминуты раздался сонный голос:
— Кость? Что случилось? Пожар? Буфер? Михаил?
— Хуже. Родители.
— Чьи?
— Мои. Они приедут через час. Мама что-то знает про пачули. Воронов ей, видимо, проболтался. Или она сама как-то… Она всегда всё знает.
— Что я должна сделать?
— Просто не шуми. И не пахни. Хотя нет, уже поздно. Буфер может отреагировать. Если они услышат женский голос, я объясню, что это умный дом.
— А он умный?
— После сегодняшнего — точно станет.
Саша вздохнула.
— Ладно, Кость. Я буду мышкой. Но если твоя мама попросит познакомиться — не смогу отказать.
— Она не попросит. Она потребует.
— Тогда я надену что-нибудь приличное. На случай, если стена опять станет прозрачной.
— Саш, она не станет. Я сегодня всё стабилизирую.
— Как в прошлый раз?
— В прошлый раз был эмоциональный резонанс.
— А сегодня твоя мама будет рядом. Это тоже резонанс. Так что я надену хотя бы не футболку с восьмёркой.
— Восьмёрка — твой символ. Маме понравится.
— Ты сейчас пытаешься меня успокоить?
— Я пытаюсь отвлечь себя от паники.
— Получается?
— Пока нет.
Родители приехали ровно через час. Мама — элегантная женщина с безупречной укладкой, папа — высокий, седовласый, с цепким взглядом техномага старой школы. Они вошли в квартиру Кости, как в музей: мама сразу стала осматривать полки, папа — приборы.
— Ну, здравствуй, сын, — мама обняла Костю, но взгляд её уже блуждал по комнате. — А почему у тебя на тумбе записка?
— Это… рабочая документация.
— «Саша, верни йогурт», — прочитала мама вслух. — Это и есть твоя рабочая документация?
— Это сложно объяснить.
— А ты попробуй.
Папа тем временем снял очки и внимательно изучал кристалл-стабилизатор.
— Костя, а это у тебя резонатор с эмоциональным контуром?
— Да. Для проекта «Умный дом».
— И он работает?
— Почти. Точность — девяносто четыре процента.
— А почему пахнет пачули?
— Это ароматизатор. Для стабилизации эмоционального фона.
Папа хмыкнул, но ничего не сказал. Мама скрестила руки на груди.
— Костя, не води нас за нос. У тебя в квартире кто-то есть. Или был. Я чую. Ты же знаешь, у меня нюх, как у заклинательницы.
— Мам, у меня никого нет. В прямом смысле. Просто… в смежной реальности есть соседка. По аренде.
Повисла пауза. Родители переглянулись.
— Это как? — спросила мама.
— Агентство «У Домового» сдаёт квартиру в двух реальностях одновременно. Между ними буфер. Он дал сбой. Теперь мы… общаемся. Через стену. И тумбу.
Папа снова надел очки.
— Ты хочешь сказать, что у тебя межпространственное соседство? С девушкой?
— Да. Её зовут Саша. Она блогер. И начинающая актриса.
Мама медленно опустилась в кресло.
— Боже мой. А она хорошенькая?
— Мама!
— Что? Это важный вопрос!
— Я её видел всего пару раз. Через стену. Почти.
Папа усмехнулся.
— А как вы общаетесь, если между вами буфер?
— Записки. Через тумбу. Иногда звук проходит. Иногда свет.
— И давно это у вас?
— Несколько месяцев.
— И ты молчал?!
— Я думал, вы не поймёте.
— Костя, — мама подошла и взяла его за руку, — мы с папой познакомились на конференции по артефакторике. В перерыве он уронил мне на ногу стабилизатор. Это так же странно, как твоя история. Не переживай.
— А как вы познакомились с Сашей? — спросил папа.
— Из-за пачули. И из-за буфера. Она зажгла аромалампу, а я оказался в её коридоре.
— Романтично, — оценила мама.
— Опасно, — добавил папа, но уголки его губ дрогнули.
— А чем она занимается? — не унималась мама.
— Она блогер. Ведёт канал в «Мире и ты». Рассказывает о жизни, магии, соседях. Ну, то есть обо мне. Не называя имени. Почти.
— То есть ты — её контент?
— Вроде того.
— И тебя это не смущает?
— Немного. Но ей это важно. А мне важно, чтобы ей было хорошо.
Папа кашлянул.
— Сын, а ты ей в любви признавался?
— Пап!
— Что? Взрослый мальчик. Должен понимать, что от стен рано или поздно надо переходить к действиям.