Страница 33 из 49
Глава 17.Подарочный обмен: начало.
Глава 17.Подарочный обмен: начало.
Раннее утро, Саша сидит на полу в окружении множества коробочек, пакетов, открыток, разорванной бумаги... Она проснулась рано, потому что не могла больше спать, когда рядом столько нераспакованных подарков. Бренд, о сотрудничестве с которым девушка мечтала уже много дней, прислал ей новогодний бокс. И он был просто огромный.
Саша, напевая что-то новогоднее себе под нос, раскладывала добычу по категориям. Ароматические свечи с запахом глинтвейна — в одну стопку. Набор эфирных масел — поближе к себе. Два пледа — один с забавными оленями, другой с суровым норвежским узором — она развернула и по очереди приложила к щеке, проверяя мягкость. Рядом легли соль для ванны с лавандой и бамбуковая подставка под кружку.
— Это обязательно нужно заснять, — пробормотала она, включая камеру на телефоне.
Она навела объектив на богатство и затараторила:
— Друзья, смотрите, какая красота! Пришёл новогодний бокс от «Магии уюта», и я сейчас всё это буду тестировать и делиться впечатлениями. Но... — она перевела камеру на плед с оленями, и её голос стал чуть тише, интимнее, — кое-что из этого я, кажется, уже знаю, кому подарить...
Она загадочно улыбнулась и выключила запись. Саша взяла плед с оленями, встряхнула его.
— Косте бы понравился. Или нет? Может, он вообще не любит оленей? — она вытянула плед перед собой и прищурилась. — Инженер-заклинатель и олени. Это либо идеально, либо катастрофа.
Она попыталась представить Костю, с головой закутанного в этот плед, нависшего над своими кристаллами, в то время как с его плеча свисает плюшевая оленья морда с красным носом. Картина была настолько абсурдной, что Саша закатила глаза.
— Надо спросить. Без вариантов.
Она решительно прошла в коридор и положила на тумбу записку.
«Кость, вопрос: как ты относишься к оленям на пледе? Это важно.»
Ответ пришёл через три минуты — колокольчик звякнул, и Саша схватила листок.
«Саш, уточни: олени как биологический вид, как символ или как принт на текстиле? От ответа зависит моя реакция.»
«Как принт на текстиле. Очень мягком.»
«К текстилю отношусь нейтрально. К мягкому текстилю — положительно. К оленям — терпимо. Итог: скорее да, чем нет.»
Саша перечитала последнюю фразу трижды. «Скорее да, чем нет» — от Кости это звучало почти как «разумеется, я мечтал об этом всю жизнь».
«Отлично. Тогда второй вопрос: твой любимый запах?»
На этот раз пауза затянулась. Саша успела заварить себе чай, вернуться к тумбе, постоять и уже начала волноваться — не сбежала ли записка куда-то в буферную воронку. Но наконец колокольчик звякнул.
«Пачули. По очевидным причинам. С недавних пор.»
Саша улыбнулась, прочитав записку.
— Из-за пачули всё началось, — раздался из-за стены приглушённый голос Кости.
И вот Саша и Костя уже вместе смеются каждый со своей стороны стены.
На столе Кости был беспорядок: кристаллы всех оттенков, мотки тончайшей проволоки, рунные пластины, светящиеся камни и пара самодельных артефактов. Костя стоял в задумчивости рядом, слегка наклонившись.
Он вертел в пальцах небольшой кристалл голубоватого оттенка, но тот казался ему слишком холодным. Рядом лежал тёплый янтарный камень — но он был слишком простым.
— Ей нужно что-то, что будет напоминать обо мне, — пробормотал он вслух. — Не магический же концентрат. И не руну стабилизации — это скучно. Что-то... тёплое. И светящееся.
Из кухни донёсся скрипучий голос кофеварки — она, видимо, слышала его монолог.
— Подари ей цветок. Или стихи. Или цветок со стихами. Что ты как не человек?
Костя поднял голову и посмотрел в сторону кухни.
— Я инженер. Я подарю ей артефакт.
— Артефакт — это не подарок, — наставительно произнесла кофеварка. — Артефакт — это инструмент. А девушкам нужно... чувство.
Костя задумался, уставившись в пространство перед собой. Чувство. Как измерить чувство? Как преобразовать его в то, что можно потрогать, включить и поставить на полку? Он перевёл взгляд на кристаллы, и в голове начала складываться схема.
— Чувство... — медленно повторил он. — А что, если артефакт, который реагирует на чувства?
Кофеварка издала звук, подозрительно похожий на фырканье.
— Гениально. Ты подаришь ей детектор эмоций. «Саша, когда ты злишься, он мигает красным. С Новым годом». Очень романтично.
— Я подарю ей светильник, который меняет цвет под настроение, — Костя уже не слушал её сарказма, он схватил карандаш и начал делать наброски прямо поверх старых чертежей. — Это красиво. И функционально.
— Функционально... — проворчала кофеварка. — Ты безнадёжен.
Но Костя этого уже не слышал — он подбирал кристаллы по спектру, проверял их чистоту и прикидывал, как вписать руну синхронизации в сферический корпус.
Саша тем временем собирала свой подарок на кухне. Плед с оленями лежал перед ней, аккуратно сложенный. Рядом стояла коробочка с набором масел — разумеется, с пачули в главной роли. И маленькая плитка молочного шоколада с цельным фундуком.
— Плед — чтобы не мёрз, — перечисляла она вслух, укладывая всё в бумажный пакет с нарисованными от руки снежинками. — Масла — чтобы помнил. Шоколад — потому что он, кажется, его любит. Или нет? Ладно, пусть будет. Инженеры тоже люди.
Она взяла ручку и написала записку, старательно выводя каждую букву.
«Кость, это тебе. Плед — для тепла. Масла — для настроения. Шоколад — для всего остального. С наступающим. Саша.»
Она положила пакет на тумбу, поправила бантик и отошла на шаг. Ждать пришлось недолго — пакет исчез.
Вместе с пакетом исчезла и Сашина заколка в виде маленькой серебряной звёздочки, которая случайно лежала рядом с тумбой. Через минуту заколка вернулась обратно, да ещё и с крошечной запиской, прицепленной к ней.
«Это твоё. Вернул. Спасибо за подарок. Плед мягкий. Олени не кусаются. К.»
Саша рассмеялась, прицепила заколку обратно и громко сказала в стену:
— Я знала, что олени тебе понравятся!
Из-за стены донеслось сдавленное:
— Я этого не говорил.
Саша засмеялась ещё громче.
Костя держит в руках небольшой стеклянный шар на бронзовой подставке. Внутри шара миниатюрная руна, вырезанная из светочувствительного кристалла, — она пульсирует мягким светом.
— Диапазон настроек — полный спектр. Чувствительность — высокая. Защита от помех — есть, — пробормотал он. — Должен работать.
Он взял листок и написал записку.