Иномирье просыпается

Глава 20 Святилище древних предков

В подземном тоннеле пахло сыростью. Шерсть впитала едкий запах. Ох и трудно будет вылизать шубки! Но школяры уверенно двигались вперёд, освещая путь парящими в воздухе наколдованными самостоятельно огоньками-фонариками.

Говард привёл их в зал Аквамарина и указал на потайной ход, едва заметную щель между камней.

— Я покажу вам, что такое заклинание призыва, – сказал он и растворился в подземной тьме.

И тут же послышался чарующий торжественный голос. Голос тех далёких ясных дней, когда Говард ещё не смешивал с грязью школяров по малейшему поводу.

Все они, невзирая на страх, бросились вслед за ним.

Шамониос приближался с каждым днём. Стремительно. Через три недели юные коты и кошки должны будут пройти новое испытание.

Никто не чувствовал себя готовым. Никто не решался сказать об этом вслух.

Только четверо друзей без утайки делились сомнениями. Изо дня в день до самого позднего часа Брайна, Сирения, Лексиос и Ковен сидели в библиотеке, дыша пылью старинных фолиантов. Библиотекарша только им позволяла сидеть допоздна, ведь была подкуплена семчужинками Брайны. А та всё продолжала их печь, заручившись расположением Бонифаса. Компания усердно тренировалась в каллиграфии, училась создавать и направлять магическую энергию.

И вот они молча продвигались по подземному тоннелю, с нетерпением желая узнать, что же их ждёт. Ковен сосредоточил внимание на огоньке, чтобы тот не улетучился. Его творения вредничали, старались выйти из повиновения. «Всё потому, что у меня протезы», – объяснял он сам себе. По мере того как он всё глубже сосредоточивался на магической энергии, чешуйки всё ощутимее давали о себе знать.

Никто не мог сказать, сколько времени странствовали коты по холодным утробам замка. Минуты копились в тесном пространстве, цеплялись за шершавые стены, повисали на них, как лоскутки.

— Где мы находимся? – решилась наконец спросить Элисса.

От её голоса тишина разбилась на мелкие осколки. У юной любительницы знаний шерсть встала дыбом.

— В разрушенном святилище древних предков, – объяснил Говард. – Таких немало осталось на континенте.

Тоннель привёл их в каменный грот, такой же просторный, как пещера Аквамарина.

— Кто мне скажет, кто такие древние предки?

— Фелиды, жившие здесь до нас, – не задумываясь, хором ответили школяры.

— Вы знаете это с детства, но, по сути, не знаете ничего. Кем они были? Что из себя представляли?

Молчание.

— Наши предки не владели магией так, как ею владеем мы, – объяснил глава ордена Благого Знания. – Они подчинялись жестокому владычеству первозданного хаоса.

— Они жили здесь? – отважился спросить Ланн.

Он задал вопрос едва слышно, боясь, что Говард гневно обрушится на него. Такое иной раз случалось. Невежество было непростительным грехом в глазах бесшёрстного сфинкса.

— Нет. Но они проложили эти тоннели, потому что именно здесь встретились разнонаправленные энергетические потоки хаоса. Они нащупывали узлы, места силы, что помогли бы им выйти из повиновения и обуздать его. Учились в святилище магии, подчиняли хаос. Вы обратили внимание на то, как вели себя ваши огоньки по мере того, как мы всё глубже погружались в подземелье?

Все заметили, что они разгорелись ярче. А у кого-то поменяли цвет.

— Замок построен здесь не случайно. Место силы стало со временем местом памяти, – прибавил Говард, кивком указав на стены.

Школяры направили огоньки к стенам и различили на них странные, неумелые рисунки. Некоторые были настолько стёрты и испорчены, что невозможно понять, что там изображено.

Ковен обратил внимание на уродливое курносое существо с большими ушами и хвостом. Присмотрелся и понял, что таких существ вокруг много. Целая армия смотрела на Ковена с каменных стен.

Ему почему-то стало не по себе.

— А это кто?

— Враги.

Говард не любил невежд, но и просвещать их не стремился.

— Рукокрылые, не так ли?

Как обычно, Дареза знала больше других. И ответила быстрее Элиссы, которая тоже приоткрыла рот.

Наставник повернул к лесной кошке неподвижную мордочку-маску. Едва заметное подёргивание усов говорило, что он доволен ответом.

— Да, это они, – сказал он, словно что-то припоминая. – Великие коты севера в давние времена одержали над ними победу. Рад убедиться, что молодое поколение помнит о древних битвах.

Лесная кошка была на седьмом небе от счастья. Из всех наставников она испытывала уважение только к Говарду и гордилась его похвалой.

— Вся моя семья помнит этих уродцев-паразитов.

Остальные школяры знали о рукокрылых не больше Ковена.

— Никогда не встречала таких страшилищ, – призналась Элисса.

И удостоилась презрительного взгляда Дарезы.

— И до сегодняшнего дня о них не слышала, – продолжала она, не обратив внимания на лесную кошку.

— Ничего удивительного, – кивнул магистр. – Наши враги, рукокрылые и амфибии, давным-давно изгнаны с континента.

— Изгнаны? Разве их не уничтожили?

— И да, и нет. Многие из них погибли во время войн, так же как погибло немало кошек. Но некоторые после сражения, которое я только что упомянул, отправились туда, откуда пришли, в Иномирье.

— После битвы котов-магов Алазара и Девонии на берегах Невелига, – внезапно вспомнил Ковен.

Перед глазами возник витраж, который показал им Убар. Среди нападавших на замок Каслкотц чудовищ было много никсов. А ещё ему припомнился гигантский портал, скрытый водами потопа.

— Именно, – подтвердил Говард, но в голосе уже не было тепла, с Дарезой он говорил иначе. – В давние времена никсы заключили союз с летучими мышами против нас.

Ковен слушал и никак не мог понять, отчего ему становилось всё хуже и хуже.

— Ты, наверное, видел витраж у нас в замке, – прибавил Говард.

«Магистр уверен, что я не мог узнать об этом ни от родителей, ни в начальной школе»,– догадался Ковен.

Обиднее всего было то, что наставник оказался прав.

— А что такое Иномирье? – спросил Лексиос.

Глава ордена указал на фреску на потолке. Она изображала гигантскую спираль, вихрь.

— Из названия ясно, что в то измерение можно попасть лишь с помощью магии и колдовства. Иномирье – гигантское море, царство соли и воды.

Кое-кто из школяров вздрогнул.