Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 293 из 735

Глава 581

И слияние, и отстранение

«Здесь только „Черная смерть“… Неужели остальные корабли, испугавшись разоблачения и не успевая улизнуть, бросили якорь за пределами акватории архипелага Ротсид? Что ж, это мне на руку…» — Клейн отвел взгляд и нарочито, с показной нервозностью прикусил губу, демонстрируя внутреннее смятение.

Мисор, бросив беглый взгляд на профиль Элен, запалил факел. Несколько раз взмахнув им в воздухе, он отстучал условный сигнал флагману.

Вскоре к ним причалила шлюпка. Забрав пирата и переодетого в рыжеволосую Элен Клейна, она резво заскользила обратно к «Черной смерти».

Едва шлюпку подняли на борт, юноша ступил на палубу очередного пиратского адмирала. Ведомый Мисором, он проследовал прямиком в жилые каюты.

В коридоре их уже поджидала светловолосая служанка. Окатив Элен ледяным, полным презрения взглядом, она указала на боковую дверь и бросила:

— Заходи.

«Вот это приемчик, прямо классическая встреча двух заклятых соперниц… А эта „Вице-адмирал Болезнь“, погляжу, чертовски хороша: что мужчин, что женщин с ума сводит…» — Клейн мгновенно подобрался. Бряцая наручниками и нацепив на лицо маску мрачной обреченности, он шагнул в комнату вслед за горничной.

Он наивно полагал, что его тут же бросят пред очи Трейси, даровав идеальный шанс для дуэли один на один. Сыщик уже внутренне напружинился, готовый к броску, однако комната, устланная плотным ковром, оказалась донельзя тесной: кроме платяного шкафа, дивана и ростового зеркала здесь не было ровным счетом ничего.

«Неужто Трейси решила намеренно промариновать меня в одиночестве, демонстрируя свой гнев?» — Клейн лихорадочно перебирал в памяти сюжеты зачитанных до дыр любовных романов и сопливых сериалов, силясь разгадать скрытые мотивы «Девы Болезней».

Блондинка-служанка бросила пренебрежительный взгляд на мужской костюм Элен, который без должного макияжа напрочь лишал девушку андрогинного шарма. В два шага преодолев расстояние до шкафа и распахнув дверцы, она указала на пеструю вереницу платьев:

— Капитан на дух не переносит твой нынешний вид. Переоденься.

«Твою мать…» — от души, грязно выругался про себя Клейн.

А он-то, дурак, надеялся, что сможет предстать пред очи «Вице-адмирала Болезнь» Трейси прямо в этом мужском наряде, счастливо избежав самого постыдного этапа маскарада. Увы, отвертеться от этой унизительной процедуры так и не вышло.

Заметив, что пленница застыла соляным столбом, горничная яростно зыркнула на нее:

— У тебя два пути: либо переодеваешься сама, либо я тебя раздену!

Клейн, безупречно копируя привычки рыжеволосой Элен, с легким свистом втянул воздух:

— Сними наручники.

Развернувшись вполоборота, он дернул подбородком в сторону двери:

— А затем пошла вон.

— Строишь из себя недотрогу, дрянь… — сквозь зубы процедила блондинка. Схватив ключи, переданные ей Мисором, она нехотя отперла кандалы.

Дождавшись, пока служанка выйдет и плотно затворит за собой створку, Клейн подошел к платяному шкафу и замер, простояв в абсолютном оцепенении добрых двадцать секунд.

Внезапно он зажмурился и протянул правую руку.

Одному богу известно, сколько минуло времени, прежде чем юноша наконец предстал перед ростовым зеркалом. Оттуда на него взирала Элен — с распущенными по плечам огненными прядями, мерцающими изумрудными глазами и облаченная в роскошное золотисто-алое платье. Шелковая лента на поясе, стянутая в форме изящного цветка, туго подчеркивала осиную талию.

Нежные, плавные черты лица девушки слегка порозовели. Плотно сжатые губы и мрачная, свинцовая тяжесть во взгляде — этот образ до мельчайших деталей совпадал с той самой фотографией.

Лицезрея себя в столь диковинном амплуа, Клейн испытал двоякие чувства. С одной стороны, душу всё еще царапал легкий стыд, хотя за время переодевания он успел свыкнуться с ситуацией, благо вокруг не было ни единой живой души. С другой — он мало-помалу начал нащупывать совершенно новые, доселе неизведанные грани восприятия.

И дело было вовсе не в том, что у него внезапно прорезалась тяга к переодеваниям. Просто в этом мучительном процессе ломки собственных моральных барьеров его самосознание словно отделилось от тела. Казалось, душа воспарила под потолок, с ледяным, отстраненным спокойствием наблюдая, как некая «Элен» натягивает на себя женское платье и вертится перед зеркалом. Этот маскарад воспринимался лишь как сухой, прагматичный инструмент для выполнения миссии, напрочь лишенный какого-либо позора или странности.

Это ощущение показалось Клейну до боли знакомым. Он лихорадочно копался в памяти, пытаясь сопоставить факты и намертво зафиксировать это ускользающее состояние.

Вскоре источник был найден: всё это чертовски напоминало те самые ролевые видеоигры, где ты выбираешь женского персонажа, скрупулезно настраиваешь ей лицо и часами подбираешь наряды, лишь бы красивая картинка радовала глаз.

В этом не было ни капли извращения или стыда. С одной стороны, ты — всемогущий игрок по ту сторону экрана, взирающий на всё с абсолютной, божественной отстраненностью. С другой — ты искренне отыгрываешь роль, погружаясь в сюжет. Эти две грани безупречно сливались воедино, не вызывая ни малейшего диссонанса. Ведь никому в здравом уме не придет в голову заработать психологическую травму или кризис самоидентификации из-за пикселей на мониторе.

«Вот оно…» — полуприкрытые глаза Клейна резко распахнулись. Он кристально ясно осознал: это и есть то самое, идеальное состояние «Безликого»!

Ты волен примерить любую маску, но всегда остаешься лишь самим собой.

С одной стороны — тотальное погружение в образ и виртуозная актерская игра. С другой — абсолютная, ледяная отстраненность и контроль, позволяющие сквозь призму чужих личин нащупать свою истинную суть и обрести подлинного себя!

«И слияние, и отстранение… Вот как на практике работает главная заповедь „Безликого“». Клейн мгновенно обрел внутренний покой. Остаточный, зудящий стыд теперь гармонично соседствовал с новообретенным просветлением.

Смотря на мир сквозь призму этой отстраненности, с азартом увлеченного геймера, он придирчиво оглядел свое отражение в зеркале, выискивая малейшие изъяны.