Страница 164 из 735
От этого зрелища Даница едва не хватил удар. До смерти перепугавшись, пират больше не смел пялиться по сторонам, нутром чуя: незримая, пугающая чертовщина и смертельная угроза уже давно взяли их в кольцо.
Продираясь сквозь лабиринт переулков, напарники покинули эти мрачные трущобы и загрузились в наемный экипаж.
Возницей оказался типичный местный абориген лет сорока, чья лучезарная, добродушная улыбка мгновенно располагала к себе.
Увы, за всю дорогу этот весельчак не проронил ни единого слова. В карете повисла такая глухая, звенящая тишина, что у Даница сердце заходилось в бешеном, барабанном ритме.
Клейн, плотно сжав губы, тоже хранил гробовое молчание.
Экипаж быстро добрался до портового района. Желая сменить маскировку без лишних свидетелей, Даниц велел кучеру притормозить на приличном удалении от улицы Кислого Лимона.
Едва спрыгнув на подножку, Клейн, даже не подумав расплатиться и не задержавшись ни на секунду, широким шагом устремился прочь. Даниц лишь ошарашенно хлопал глазами, глядя в удаляющуюся спину.
Швырнув извозчику пару сулей, корсар в панике бросился вдогонку за Германом Воробьем.
Пробежав несколько ярдов, он бессознательно обернулся через плечо и остолбенел: тот самый добродушный кучер, чье лицо теперь исказилось от исступленного, фанатичного экстаза, рухнул на колени. Распластавшись по земле и заливаясь слезами, он истово, с благоговением целовал брусчатку — ровно в тех местах, где мгновением ранее ступали ботинки Клейна.