Ещё не люди

Узнав меня с близкого расстояния, Рубец остановился. Шерсть всё ещё стояла на плечах, рот оставался открыт после крика, одна рука держала оружие. Взгляд несколько раз метнулся от моего лица к копью. Потом свободная кисть сделала короткое движение, которым наша группа обычно останавливала знакомого рядом.

Я попытался ответить, но пальцы правой руки уже держали рану, а левая плохо слушалась. Рубец сделал шаг ко мне и тут же отскочил, когда сбоку налетел один из прежних родственников. Драка снова закрыла его телами.

Ноги перестали надёжно держать вес, и я опустился на колено, прижимая ладонь к ране. Кровь шла между пальцами быстрее, чем могла остановить любая трава, смола или давление, доступные в этом мире. Попытка вдохнуть глубже отозвалась резкой болью в боку. По опыту множества ранений мне не требовалось название повреждённого органа, чтобы понять направление дальнейших событий.

Неподалёку Рубец снова появился между дерущимися. На этот раз копьё держалось перед ним правильно. Он сделал короткий выпад в чужого самца, заставил того отступить и сохранил оружие в руках, не переходя к привычному удару сверху.

Взгляд снова и снова возвращался не к Рубцу целиком, а к положению его рук на древке и направлению острия.

Столько лет этот упрямый идиот размахивал хорошим копьём как дубиной. Я переставлял ему руки, показывал движение на кустах, останавливал после неудачных попыток, снова показывал. Потом была кошка, первый почти правильный выпад, новые ошибки, ещё несколько сезонов.

Теперь движение наконец получилось именно таким, каким я столько лет пытался его сделать, только целью по ошибке оказался я.

Край зрения постепенно темнел, поэтому я лёг на бок, чтобы не удерживать вес руками, и ещё раз увидел Рубца за ногами дерущихся. Даже теперь он не бросил копьё, и эта нелепо важная деталь удержалась в сознании дольше происходящей вокруг драки. Какой он всё-таки молодец. Уже не просто лупит копьём куда придётся, а именно колет. Побольше бы таких смышлёных…

Научное обоснование

Australopithecus anamensis, Ворэнсо-Милле и возраст главы

Australopithecus anamensis — один из древнейших известных представителей рода Australopithecus. Почти полный череп MRD-VP-1/1 найден в районе Ворэнсо-Милле, в Афарской впадине Эфиопии. Возраст содержащих его дельтовых отложений определён в пределах примерно 3,804–3,777 миллиона лет. Череп отнесён к A. anamensis по совокупности диагностических признаков клыка, верхней челюсти и височной области. До открытия MRD вид был известен главным образом по зубам, челюстям и более фрагментарному посткраниальному материалу.

Находки A. anamensis из Канапои в Кении датируются примерно 4,2–4,1 миллиона лет назад. Большеберцовая кость из Канапои и другие элементы посткраниального скелета показывают устойчивую адаптацию к двуногой локомоции. При этом анатомия ранних австралопитеков сохраняла мозаичное сочетание производных признаков наземного двуногого передвижения и более примитивных особенностей, связанных с наследием древесной локомоции.

Australopithecus anamensis и ранний Australopithecus afarensis

Исследование MRD изменило прежнюю простую модель, согласно которой A. anamensis целиком и последовательно преобразовался в A. afarensis без временного перекрытия. Сопоставление MRD с ранним материалом A. afarensis показало, что две морфологически различимые линии перекрывались во времени как минимум примерно на 100 тысяч лет. Это означает, что около 3,8 миллиона лет назад в Восточной Африке могли одновременно существовать представители A. anamensis и раннего A. afarensis.

В Афарской впадине ранний A. afarensis известен по материалу, предшествующему классическим находкам из Хадара. Ворэнсо-Милле также содержит гоминин возрастом 3,8–3,6 миллиона лет с мозаикой признаков, а более молодые горизонты этого района дали надёжно определённые остатки A. afarensis. В совокупности находки Афара показывают, что переход между ранними австралопитеками был не мгновенной заменой одной формы другой.

Ландшафт и растительность

Около 3,8 миллиона лет назад район Ворэнсо-Милле заметно отличался от современной крайне засушливой части Афара. В основании последовательности, связанной с MRD, существовало постоянное озеро, а сам череп происходил из дельтовых отложений. Ботанические остатки, фитолиты, пыльца, биомаркеры и фаунистические данные указывают на мозаичную среду: сухие кустарниковые пространства сочетались с травянистыми участками, водно-болотной растительностью и прибрежными древесными зонами.

Другие участки Ворэнсо-Милле возрастом около 3,8–3,6 миллиона лет также реконструируются как неоднородные местообитания. Вдоль древних рек существовали более густо заросшие зоны, тогда как дальше от русел распространялись более открытые кустарниковые, лесисто-травянистые и травянистые пространства. Такой ландшафт создавал чередование закрытых кормовых участков, открытых переходов, берегов и русел.

Рельеф, реки и влажные низины

Геологическая последовательность района включает дельтовые, озёрные, русловые и пойменные отложения, а также песчаники, алевролиты, глины и туфогенные горизонты. Исследование слоя MRD выявило высокие скорости накопления осадков и признаки выраженного местного рельефа, связанного с активными рифтовыми процессами.

Озёрные берега, дельты, поймы и речные участки закономерно формируют водонасыщенные грунты разной устойчивости: мягкий ил, переувлажнённые почвы, заболоченные низины и нестабильные кромки воды. В плиоценовой мозаике Ворэнсо-Милле такие влажные участки соседствовали с более сухими открытыми пространствами.

Травоядные и другие млекопитающие

Фаунистические комплексы Ворэнсо-Милле включают разнообразных полорогих, свиней, жирафовых, хоботных и приматов. Среди копытных присутствовали пастбищные формы, листоядные и животные смешанного питания, что согласуется с сочетанием открытых и более закрытых местообитаний. Полорогие были одной из заметных групп крупных травоядных этой экосистемы.

Среди приматов Ворэнсо-Милле известны многочисленные мартышковые. В материалах среднего плиоцена представлены ранние Theropithecus и другие обезьяны, занимавшие наземные и древесные экологические ниши. Богатство приматов дополняет картину неоднородного ландшафта с доступом и к древесным, и к наземным ресурсам.

Хищники

Хищные млекопитающие Ворэнсо-Милле были разнообразны. Здесь обнаружены остатки псовых, выдровых куньих, виверровых, мангустовых, гиен, настоящих кошек и махайродонтин — саблезубых кошачьих. Комплекс включает как мелких хищников, так и очень крупных форм.