Страница 72 из 102
Милый подопытный … кролик
«Какой необычайно насыщенный день», — подумала Аля, устало смотря в окно и ковыряясь в жарком, что принесли ей на ужин.
За неспешным разглядыванием того, как зажигаются волшебные огни в рабочем центре города, она раскладывала "по полочкам" события сегодняшнего дня, реакцию на ее появление среди людей. По всему выходило…
По всему выходило что-то нелицеприятное.
За грустными размышлениями девушка даже не заметила, как ей в комнату вошел Зейл (ученик доктора Мензе). Он слегка прокашлялся для виду, чтобы Эля обратила на него внимание. Девушка развернулась от окна и уставилась на очередного (как ей показалось) визитера.
— Приятного аппетита, — проговорил молодой мужчина.
— Спасибо, — все так же устало ответила Аля, — Хотите? Мне одной много, — дежурно вежливо предложила девушка вошедшему целителю, кивнув головой в сторону тележки с едой, что сиротливо стояла возле стены.
— Спасибо, я не голоден, — так же дежурно ответил Зейл, — Вы еще не принимали успокоительный отвар?
— Нет, мне сказали, его после еды нужно. Вот, ем…
— Да, да, после еды, — подтвердил парень.
Он все еще стоял в дверях. Задумчиво смотрел на Алену. Но вдруг, будто бы решился, и пересек комнату, схватил стул, поставил его возле кровати. Парень сел на стул и лихо задрал ногу на ногу. (Словно бы желая показать своей позой, что это он король положения, а не робкий парнишка, которому страшно решиться…)
— Я принес вам зеркало. Но дам его только после того, как вы выпьете отвар… — проговорил Зейл, буравя Алену взглядом, включив "режим" отслеживания девичьих реакций.
Алена даже замерла с вилкой в руках от такого предложения. Секунда, две. Кусочек мяса, наколотый на вилку, зашевелился и полетел в рот. Девушка взяла в руки тарелку, что лежала на подоконнике, и положила ее обратно на тележку.
Явно волнуясь, Алена взяла в руки небольшой графин, отдернула его крышку и трясущимися руками перелила содержимое в кружку. Решительно поднесла кружку к лицу и снова замерла. Она принюхалась к жидкости и осторожно отпила глоточек. Внимательно посмотрела на молодого врача-целителя.
— Все пейте… И пока не подействует, мы с вами поговорим, — строго проговорил Зейл.
Алена немного морщась, стала пить горьковатый напиток. Вскоре она осушила кружку полностью.
— Хорошо, — отметил парень, который туту же продолжил, — Вы слышали про открытие архимага Кроули?
Алена отрицательно покачала головой.
— Архимаг, профессор Кроули доказал наличие маг шарма у людей — проговорил Зейл, как его вдруг перебила Алена.
— А… Да! Что-то слышала… Мне Серж читал… Просто я не запомнила имени человека, сделавшего открытие.
— Ну тогда вы знаете, что у некоторых людей есть так называемый магический шарм.
Алена кивнула.
— А знаете ли вы, что и у вас есть подобный шарм? — наконец-то спросил то, что так хотел узнать Зейл.
После секундной заминки Алена проговорила:
— Скажем так, я догадывалась об этом. По некоторой реакции людей на меня.
— Да?! Ни и славненько… Я не знаю, какой точно у вас шарм, но его наличие я практически сразу же определил. У вас очень сильный шлейф (шарм)... Так. Думаю, что отвар уже начал действовать. Готовы увидеть себя?
Алена покорно кивнула в ответ. Хотя такой простой жест дался ей через "не могу". Посмотреться в зеркало? Посмотреться в зеркало — отчего стало так страшно.
— Вы прилягте, на всякий случай. Присмотритесь. Потом я сниму тейлы и еще раз взглянете…
Аля послушно легла на кровать. Зейл встал, достал из кармана брюк зеркальце, передал его в руки девушки. Алена осторожно заглянула в зеркальце…
***
Мое сердце бешено грохотало в груди. Казалось, что вот сейчас я взгляну и увижу там… монстра. Ну, неспроста же так на меня смотрели люди.
Собравшись с морально-волевыми, я посмотрела на отражающую поверхность и увидела…
Нет, не монстра. Себя. Да, половина лица была заклеена каким-то широкими тканевыми полосками. Да, их кое-где проступала кровь. Да, если приглядеться, можно было увидеть неровный рельеф рваной раны…
Но это совсем не то, что я ожидала увидеть. То ли отвар начал действовать, то ли что еще. Да, видно было, что мое лицо пострадало. Но не настолько, чтобы смотреть на меня, как на прокаженную, брезгливо отводить взгляд или испуганно шарахаться.
Это страшно, но не настолько, чтобы вызывать такую бурную реакцию у случайно встреченных мною людей…
— А сейчас я ним вам тейлы и расскажу, как будут заживать ваши раны, — проговорил Зейл, вырвав меня из раздумий.
Я немного поежилась, вспомнив, как утром мне меняли тейлы.
— Поверните голову налево, — попросил Зейл.
Я послушно повернула. Зажмурилась, ожидая резкую вспышку боли.
— Расслабьтесь… Все будет хорошо, — снова отвлек меня парень.
Я почувствовала, как что-то легкое, невесомое и теплое слегка коснулось моей щеки. А потом нежное и деликатное, поглаживающее прикосновение и легкое покалывание, холодок.
Доктор нежно и умело снял с меня эти несчастные повязки. Я облегченно выдохнула, едва почувствовав, как мое лицо освободилось от нещадно тянущих кожу полос.
Стало так хорошо, легко.
— Готово, вы снова можете посмотреться в зеркало, — отметил молодой парень.
Я снова заглянула в зеркало. И отшатнулась. Да, вот это зрелище было действительно страшным. Открытые рваные раны. Глубокие раны, которые кое-где уже начали заживать, но не совсем — где-то были красные полосы, а где-то сверкали свежие капельки крови, кое-где была закрыта багровой красной дорожкой нежная какая-то мертвенно-бледная кожа…
Страшно. Вот если бы это видели люди, я понимаю.
— Все хорошо? Дышите… вдох-выдох… Постарайтесь успокоиться. Это все затянется, уйдет. Только вот… шрамы останутся… Некрасивые такие шармы, — проговорил Зейл, попутно создавая иллюзию того, как будет заживать моя кожа на лице.
Эта иллюзия меня немного успокоила, отогнав приближающуюся истерику в дальний угол действия успокоительного отвара.
— Да, останутся, — тихо повторила я за парнем, неожиданно всхлипнув. Даже не заметила, как подобрались ко мне предатели-слезы.
— Но можно их избежать… — как бы ненароком проговорился Зейл.
— Как избежать? — настороженно спросила я.
— Если использовать ваш шарм, перенаправить его энергию внутрь вас, на ваше исцеление, — будто бы все еще сомневаясь проговорил молодой целитель.