Страница 19 из 102
За столиком вдруг повисла звенящая тишина. Алена и Грегори оказались под непроницаемым для любопытных глаз и ушей куполом
— Все, радость моя, теперь никто не увидит, что мы с тобой делаем. Можем даже … поцеловаться — мечтательно произнес парнишка, — а можем даже руками есть, если хочешь.
Девушка снова искренне и заразительно улыбнулась. Переложила вилку в привычное положение и положила нанизанный кусочек из «варварски поверженного» блюда себе в рот.
Она хотела было что-то еще добавить, но почувствовала, как ее вкусовые сосочки затанцевали сальсу, ощутив непревзойденный вкус яства.
Девушка промычала что-то невнятное от удовольствия и живо положила себе второй кусочек блюда. Зажмурилась от гастро удовольствия.
Грегори рассмеялся как ребенок.
— Неужели так вкусно? — спросил он ее.
Невероятно, — проговорила девушка с набитым ртом, стараясь сдержать себя, и как можно медленнее жевать, чтобы полноценно ощутить все оттенки вкуса.
Хорошая, вкусная еда, приправленная щепоткой магии (для большего удовольствия), отбелила весь негатив вечера. Пара стала с удовольствием уплетать лучшие блюда ресторана Роуз Джем. Так же как и другие посетители этого ресторана, лишенные «зрелищ», уставились в свои тарелки. Стали прежними чопорными, светскими, заносчивыми и надменными.
— Простите, не соблаговолите ли умерить пыл своей магии? Тяжеловато пробираться к вам сквозь этот купол, — произнес официант, багровея от смущения, словно спелый гранат.
Он боялся «растрясти» хрупкий десерт, что еще нужно было пронести сквозь вполне осязаемую, но прозрачную желеобразную магическую завесу.
Грегори лишь сурово покачал головой. Не то чтобы он решил повредничать. Нет. Официант напомнил ему, что парень много не знал. Да, он колдовал до этого. Но так как магию брал из артефактов, то сила его воздействия была незначительной. Поэтому ему не было нужды изучать, как это отменять собственные заклинания, уменьшать воздействие, дозировать силу…Обычно все само собой рассеивалось. А сейчас? Ослабить магию? Да зачем?! Пусть все ощущают его мощь.
Алена не заметила очередной перепад настроения парня. Она была снесена очередной волной гастро оргазма. И предвкушала еще…
— Будешь? — заискивающе спросила девушка, глядя на порцию десерта в тарелке Грегори.
Она уже слопала свое магически дурманящее мороженое и была под… впечатлением. Хотела еще, и еще…
— Нет, радость моя, угощайся, — проговорил Грегори, слегка улыбнувшись своей прекрасной спутнице, подвинул ей тарелочку с десертом.
Парень не впервые посещал подобные заведения, поэтому легкий дурман от магии, используемой в качестве приправ, не воздействовал на него так яростно, как на впервые пробующую изысканные блюда девушку.
Какое-то нехорошее предчувствие заползло Грегори под кожу вместе с учтивой просьбой официанта. Но парень послал дурные мысли прочь, отметив, как зажмурилась от удовольствия и буквально замурчала Алена. Вечер подходил к концу. Надо было переходить к активной части свидания, к романтической прогулке.
Просто так сидеть и тупо рассматривать публику, что чинно и благородно, демонстративно изысканно, оттопырив мизинчики, ела и беседовала — было скучно. Пара быстро засобиралась уходить.
Грегори галантно предложил свою руку, а после локоток Алене, когда она встала из-за столика. Девушка с удовольствием и доверчиво повисла на руке у парня. Но сделав пару шагов к выходу, Аля почувствовала, что имел в виду официант.
Девушка почувствовала, что влипла. В прямом смысле, во что-то вязкое и мешающее пройти. Будто сотни мармеладок, смешанных с желе, облепили ее. Но она резко вдохнула, с шумом выдохнула и сделала решительный шаг вперед.
Алена опешила. Разрозненное шуршание, журчание и чуднАя мелодия оглушили ее своим будто бы неожиданным появлением. Звуки ресторана, едва она переступила магический купол, открылось ее взору и ушам.
Но, впрочем, этот шум также резко поубавился. Гости ресторации стали замечать девушку и практически сразу же замолкали на полуслове. Буравили восхищенными мужскими и злыми женскими взглядами ее спину, провожая ее до выхода.
Алена чувствовала себя бабочкой, вырвавшейся из колючей оранжереи, и была рада, когда Грегори поспешил вывести ее из этого цветочного ада, пропитанного густыми ароматами роз и удушливым воздухом лицемерия, напыщенности и тщеславия.
Дверь звякнула, словно колокольчик свободы. Девушка выпорхнула на спасительный прохладный воздух, который дружелюбным порывом ветра обнял ее плечи, преследуя распахнутой дверью. Грегори замешкался позади.
Вот, кто-то окликнул его:
— Грегори Уильямс! Ты ли это?! Вот так встреча.
Парень обернулся, дежурно поздоровался со знакомым, хотел было отделаться парой вежливых фраз, как прозвучало:
— Мне нужно с тобой переговорить. Буквально 5 минут. Это важно.
Услышав последние слова, Алена слегка напряглась. Все-таки оставаться одной ей не хотелось. Но она не подала виду.
— Радость моя, я скоро. Подожди меня. Я быстро. И продолжим этот чудесный вечер. Я так скоро вернусь, что ты даже заскучать не успеешь.
— Хорошо, — покорно проговорила девушка.
Недалеко от ресторана был небольшой скверик с уютными лавочками. Обычно там рассаживались гости ресторана, которые дожидались своих наемных экипажей. Ну или те гости, которым необходимо было освежиться на воздухе и сбросить алкогольное наваждение, вздремнуть или привести свои чувства в порядок.
Алена присела на одну из таких лавочек. Грустно вздохнула, поправила свое платье. Она хотела было поглазеть на прибывающе-выбывающую публику ресторации, которые то и дело звякали дверью, оповещая мир о том, что они посетят/посетили это пафосное заведение. Все такие … «красивые», украшенные золотом, брильянтами и собственным самомнением, вышагивали, будто перед ними была звездная красная ковровая дорожка.
Но внезапно до уха девушки долетел оценивающий присвист. Она невольно обернулась на звук.
— Это что за красота такая здесь сидит! Скучает, — проговорил, самоуверенно улыбаясь, какой-то изрядно пьяненький парень.
Этот молодой человек уже пару мгновений как беспардонно разглядывал (и чуть ли не облизывался) девушку.
— Я жду своего молодого человека, — робко (из вежливости) улыбнувшись, проговорила Алена.
Но парень будто не услышал ее слов. Бесцеремонно и неприлично близко к девушке плюхнулся своей пятой точкой на скамейку.