Неверный. Я беременна

Глава 14

Четвёртое свидание заканчивается так же удачно, как первое и все предыдущие. Наш день в парке завершился колесом обозрения. Без поцелуев – только восторг от высоты. Даже после того, как он отвёз меня обратно в больницу и договорился с главной, на прощание не набросился на меня с поцелуем, как в тот раз в машине.

Он, наоборот, стал более сдержанным. Будто боялся меня спугнуть.

На второе свидание он вытащил меня на каток. Каталась я ужасно, постоянно хваталась за него, а он только со стойкостью принимал мой позор и не отпускал моей руки.

На третье свидание мы выбрались на природу, ночевали в палатке, и это была самая лучшая ночь в моей жизни, хоть наутро я и проснулась искусанная комарами. Но ночь и звёздное небо, которым я любовалась перед сном, запомнятся мне надолго. И не только звёздное небо, но и тот поцелуй в темноте, на пледе, под стрекотание сверчков.

Наш первый поцелуй в этих странных серьёзных отношениях.

Сегодня у нас всё было спокойнее: кино, кафе, цветы. И, увы, это время уже заканчивается.

Стою на пороге своей квартиры, держа в руках цветы, которые на этот раз он не забыл в машине. Но лучше бы он забыл их купить. У меня уже не хватает ваз, в которые их можно поставить. Да и на живые цветы жалко смотреть, когда они вянут.

– Встретимся завтра? – спрашиваю влюблённо, прислонившись головой к косяку.

Именно так. Влюблённо.

Мне хватило всего нескольких встреч и четырёх свиданий, чтобы понять: передо мной – мой человек. И хоть иногда он скрытен, потому что у него такая работа, он всё равно мне жутко нравится.

– Постараюсь, – улыбается он, нависая надо мной. – В любом случае я напишу, чтобы ты не скучала.

За эту неделю он перестал говорить односложно и словно стал разговорчивее, что не может не радовать.

– Буду ждать, – шепчу, отводя взгляд.

Сердце безудержно стучит в груди. От страха, что оно вот-вот выпрыгнет, я чуть не начинаю задыхаться. И всё из-за этого момента предвкушения, ожидания.

Я жду, когда он возьмёт меня за подбородок, наклонится и одарит долгим поцелуем, после которого я буду выжимать трусики в ванной.

И наконец-то это сбывается.

Его горячие пальцы на подбородке. Его губы на моих губах. Его язык в моём рту. Его ладонь на моём лице и шее, большой палец поглаживает скулу. Ноги подкашиваются, внизу живота всё стремительно завязывается в узел. И я чувствую его возбуждение, которое он каждый раз пытается скрыть, когда мы прощаемся.

И меня радует, что он не давит на меня. Не торопится уложить в кровать, ожидая, когда я сама решусь. А я уже готова, но никак не могу набраться смелости.

Я хочу этого только с ним. Но в груди постоянно что-то скребёт – как чувство предостережения или неуверенности.

Что, если после того, как мы переспим, он пропадёт?

Что, если я нужна ему только как трофей?

Это совсем на него не похоже, но страх сильнее логики.

Он отрывается от меня, оставляя мои истерзанные губы.

– Надо идти, – хрипит он, всё ещё держа меня за лицо. – А то прощаться становится всё тяжелее.

Киваю и выдыхаю ему прямо в губы.

– Очень, – соглашаюсь с ним.

Но Святослав не торопится. Заглядывает мне в глаза, и тут же становится жарко, будто воздух в этих сантиметрах так и искрит. Облизываю губы непроизвольно.

И он тут же снова впивается в них. Выхватывает букет, отбрасывая его куда-то в сторону под мой недовольный стон. Но их судьба мне сейчас не важна.

Святослав обхватывает меня за талию, делает шаг вперёд, и мы оба оказываемся в моей квартире. Дверь за его спиной хлопает, туфли сами слетают с моих ног.

Отрываюсь от него уже возле дивана и неловко шепчу:

– Дай хотя бы в душ схожу…

– Плевать, – бросает, подхватывая меня под бёдра и унося в спальню.

Откуда он знает, что находится за той закрытой дверью, для меня не загадка. Уверена, в первую нашу встречу, пока я переодевалась в ванной, он уже всё изучил.

И сейчас мы уверенно оказываемся в моей спальне.

Меня беспощадно кидают на кровать.

Свят снимает свою футболку, кидает на пол. Нависает надо мной, медленно стягивая моё платье, словно распаковывает самый настоящий подарок. Со всем удовольствием.

И я уже не могу думать. Дофамин ударяет в мозг. Эндорфины решают всё за меня. От его взгляда, от его запаха, от его присутствия рядом.

– Я не могу остановиться.

– Я тоже…

И всё. После этих слов в нём будто что-то окончательно ломается.

Он наваливается на меня, снова целует – уже не сдерживаясь, не играя, не притворяясь спокойным. И я отвечаю так же. Мы действительно дорвались друг до друга: до этих прикосновений, до этого безумного тепла.

Слишком много было взглядов, случайных касаний, недосказанности.

– Ты меня с ума сведёшь, – хрипло говорит он мне в губы.

– И ты… меня… тоже…

Одежда в порыве страсти куда-то пропадает.

На фоне шуршит фольга, и я улыбаюсь, благодаря его за то, что он вспомнил о презервативах.

Потому что моё тело уже горит. Засосы жгут, как и его ладони на моих бёдрах, которые он раздвигает в стороны, решительно вклиниваясь между них.

Рывок – и я сгораю в адском пламени, которое сжигает нас обоих этой ночью…