Страница 80 из 121
— Капитан Мильке и майор фон Реддернауф, господа..
— Да, господин генерал, – отвечал за обоих майор.
— Мне для хозяйства нужно двести кобыл и пятьдесят коней, поможете мне отобрать их из тех лошадей, что у нас есть?
— Боюсь, что столько кобылок у нас не наберется, – теперь говорил капитан Мильке. – Большая часть – это мерины.
— Ну, отберем, сколько сможем. Может, и меринов возьму, для мужика в хозяйстве и мерин будет кстати.
А пока кавалер занимался лошадьми, телегами и всем прочим, что может пригодиться в случае продолжения войны, гонец отправился в Эшбахт, чтобы позвать к господину Ёгана, его помощника Эрнста Кахельбаума и, главное, племянника Бруно. Генерал послал за ними утром, и уже к ночи все они, в том числе и товарищ Бруно Михель Цеберинг, прибыли на место.
Уже при свете звезд он говорил с ними:
— Как пришедшие мужики – обживаются?
— Обживаются, господин, обживаются, – отвечал Ёган. – Намедни уже драка была.
— Драка? – удивлялся Волков. – Чего же не поделили?
— Драку бабы затеяли, а уже потом и мужики втянулись. А дрались из-за домов. Де Йонг дома им ставит, ставит быстро, но все равно домов не хватает, вот и собачатся, кто первый в дом въезжать будет, а кому еще на улице жить.
— Господин архитектор дома строит быстро, – заметил Эрнст Кахельбаум и добавил: – И по цене весьма недорого.
— А чему же там дорогому быть? – засмеялся Ёган. – Весь дом, считай, из глины, мужики сами ее ковыряют, а де Йонг только добавляет чуток теса, чуток бруса да пару стекол маленьких – вот и весь дом, они дольше печь делают, чем сам дом.
— То есть у них все в порядке? Не голодают? – уточнил генерал.
— Нет-нет, – отвечал Эрнст Кахельбаум, – той провизии, что привез нам капитан Рене, пока хватает. Чтобы весной было что есть, огороды разбивают, озимые пахать начали, я им семян дал, только дело медленно идет: ни плугов, ни лошадей нет в достатке. Может, коз им купить? Коза для прокорма весьма полезна.
— Все будет, и коней дадим, и коз купим, – обещал кавалер. – Земли-то на пахоту на всех хватит?
— Пока впритык, – качал головой Эрнст Кахельбаум, – но господин Ёган обещал, что за зиму осушит еще часть земли у речки, тогда земли и под пар оставить хватит.
— Осушу-осушу, – говорил Ёган, – теперь-то рук много, я много теперь земли осушу. И на пары, и на пашню, и на покос с выпасом земля будет, там ее вдоль речки столько, что пахать не перепахать.
— Де Йонг строит дома для мужиков, значит.. А дом на берегу реки, возле амбаров, строит?
Ёган покосился на Эрнста Кахельбаума и, видя, что тот отвечать не собирается, ответил сам:
— Да когда же ему? Он же мужичью дома строит с утра и до ночи.
Волкову это не понравилось. Но винить Ёгана и Эрнста Кахельбаума было бессмысленно: они-то тут при чем? Только сказал недовольно:
— Надобно дом на берегу реки в первую очередь строить. А мужичье подождать может.
Но даже дом для госпожи Ланге волновал его сейчас не так, как другое дело, дело еще более важное. Он повернулся к своему племяннику, который до сих пор не произнес ни слова, только слушал разговоры дяди и управляющих. «Мальчишка совсем, сколько ему – пятнадцать? Пятнадцать, наверное, есть, что ж, пора уже становиться взрослым». И кавалер заговорил с юношей тоном серьезным, даже немного строгим, при этом глядя на него пристально:
— Господин Фолькоф, полагаю для нашего дома выгодным сочетать вас браком.
Бруно покосился на своего приятеля Михеля Цеберинга – мол, ты слышал? Но тот даже посмотреть в его сторону не решился, сидел, чуть выпучив глаза. Генерал ожидал, что молодой человек теперь начнет задавать дурацкие вопросы, говорить какие-нибудь глупости, но Бруно был не таков, повернулся к Волкову и сказал спокойно:
— Думаю, дядя, вы нашли для меня хорошую невесту.
— В этом даже не сомневайтесь, – произнес кавалер, а про себя удивился спокойствию и выдержке племянника, – ваша невеста представляет один из самых известных домов – она из дома Райхердов.
— Райхерды! О, мы слышали о них, – откликнулся дружок племянника Михель Цеберинг с большим уважением. – У них много барж на реке и много складов.
Волков лишь взглянул строго, и тот сразу замолчал.
— Что ж, это действительно знаменитый род, – произнес Бруно.
— Вашей невесте.. – Кавалер сделал паузу. – Она немолода, ей уже двадцать пять, она вдова, и у нее двое детей. Надеюсь, друг мой, вас это не оттолкнет.
Второй раз за этот разговор племянник покосился на своего приятеля, но тот и на этот раз ничего не сказал. После взгляда генерала он почти не решился бы говорить снова. Поэтому Бруно поглядел на дядю.
— А не очень ли она стара? – вымолвил юноша. – А пригожа ли?
«Волнуется он. Что ж, волноваться тут надобно, дело-то серьезное».
— Я ее не видал, – сказал генерал. – Но этот брак – союз домов, дорогой мой племянник, тут, как говорят, с лица воду не пить. Всякая женщина из фамилии Райхерд – желанная невеста.
— Да, я знаю, дядя, знаю, – согласился Бруно, – я во всем хочу походить на вас, вы тоже женились не из приязни, а чтобы сочетаться с домом графов Маленов.
«Будь они трижды прокляты».
А молодой человек продолжал:
— Жена нужна для дела, а уж для приязни я заведу себе в доме сердечного друга, как сделали вы.
— Не нужно держать в доме сердечного друга, – назидательно сказал Волков. – Для того я и строю дом на берегу реки. Две дамы под одной крышей не уживаются.
— Истинно, – вдруг кивнул Ёган, – две волчицы в одном логове нипочем не уживутся.
Все, кто присутствовал при этом разговоре, посмотрели на него, и он замолчал смущенно.
— Я понял, дядя.
— Вот и прекрасно, друг мой, смотрины будут через тринадцать дней в Лейденице. Там вы и увидите свою невесту. А пока езжайте в Мален и купите себе хорошую одежду. Нет.. Поезжайте в Ланн, там живут лучшие портные, что есть по эту сторону гор. Денег я вам дам, коня возьмете из моих конюшен. А еще в помощь я пошлю с вами господ Габелькната и Румениге. Они из Ланна, они там все знают.
— Дядя, а можно мне такой костюм, как у вас? Тот, что синий.
Волков кивнул и сказал:
— Отправляйтесь завтра же. Купите и шапку себе лучшую.
— Дядя, у меня есть дела, может, мне их закончить?
— Главное дело для вас сейчас – это свадьба, – назидательно произнес кавалер, – а дела ваши закончит за вас ваш товарищ. – Волков указал на Михеля Цеберинга.
Тот сразу согласился:
— Езжайте, Бруно, раз так, я тут все дела сам поделаю.