Страница 9 из 17
А потом мы начали вспоминать былые времена и школу. Он рассказывал, как однажды на физре я запустила в него мячом и попала прямо в голову. Я сказала, что это случайно, а он ответил, что я целилась нарочно. Я рассмеялась и призналась, что да, целилась. Потому что он вечно ходил с невероятно важным видом. Рома притворно обиделся, но глаза его смеялись.
Я постепенно расслаблялась. Прошла скованность, прошла мысль о том, как я выгляжу. Мы говорили об учителях, о выпускном, о том, как кто-то разбил окно в кабинете химии. Я вдруг поймала себя на мысли, что получаю удовольствие от нашего разговора. Просто сидеть рядом и говорить с ним о пустяках, о том, что, в общем-то, уже не имеет значения, и при этом чувствовать себя живой.
И тут к нам в смотровую, цокая лапами по линолеуму, вошла Айра, а я только сейчас вспомнила, что забыла закрыть дверь в бокс. Малышка подошла к Роме, понюхала его ботинки, тявкнула тоненько и села рядом, задрав голову. Рома посмотрел на неё, потом на меня.
— На передержке? — спросил он.
Я вздохнула и тихонько пожаловалась:
— Нет. Хозяйка пришла усыплять. Сказала, агрессивная и ещё, что у неё аллергия на эту малышку. Ничего, конечно, у неё нет, просто игрушка надоела, а потом бросила поводок и ушла. Ну, а мне теперь её некуда девать.
Рома нахмурился, и я даже заметила, как плотно он стиснул зубы.
— Как можно бросить собаку? — спросил он негромко, но с такой злостью, что я вздрогнула.
Я опустила взгляд и погладила Айру по голове.
— Никто не берёт, — сказала я так же тихо. — Я уже всех знакомых обзвонила.
Рома посмотрел на щенка, потом на меня, потом снова на щенка. Злость прошла, а в его взгляде появилась решимость.
— Я могу помочь, — произнёс он уверенно. — Могу взять её к себе. Временно, пока хозяин не найдётся.
Я раскрыла рот, но слов, чтобы что-то ответить, просто не нашла.