Страница 12 из 94
Успокойся, Мила. Миллер уверен, что Ника ему не племянница. Так зачем нам в таком случае общаться?
Ещё мне интересно, Александр сообщил моему мужу о своей догадке? Если да, то они, видимо, обо всём договорились. Иначе Олег не посмел бы везти меня к своим родителям.
В день икс муж заезжает за мной один.
Непонимающе смотрю на него. Девочки же собирались приехать!
— Сюрприз дома, — улыбается, целуя меня в щёку.
Медсестра вручает Теплову дочь. Молча наблюдаю, как он устраивает малышку в красивую автолюльку на колёсах.
Пока едем в посёлок, где у родителей мужа дом, вполне мирно разговариваем. Я успокоилась и решила с ним не враждовать. А он, очевидно, делает вид, что рождественского происшествия и не было.
Берет меня за руку, нежно сжимает. Я не возражаю.
А к вечеру, после праздника, который он для нас устроил, начинаю смотреть на нашу ситуацию другими глазами.
Мы ведь можем дружить.
Ну а почему нет? Я дам ему миллион расписок, или что он там ещё потребует, о неразглашении. Будем изображать семью и вместе растить Нику. Но его похождения меня больше не ранят. Любви нет, она испарилась как по волшебству.
К восьми уже так устала, что ноги подкашиваются. Вообще, я не такая слабачка. Эта немощь из-за беременности и нескольких дней лежания в постели. Очухаюсь скоро.
Сижу у камина и с улыбкой наблюдаю, как Олегов отец, довольный, показывает кому-то по видеосвязи внучку.
Я разговариваю с девочками, но постоянно ищу глазами среди гостей ЕГО.
Миллера, будь он неладен!
Это уже смахивает на помешательство.
Конечно, его здесь нет. Телефон, оставленный им, выключенный лежит в спальне. Мужу рассказать о нём не решилась.
Наконец, гости начинают расходиться. Подружки уезжают. Большинство тепловской родни тоже.
Олег провожает меня наверх, в спальню. Обнимаемся даже на прощание.
Мне значительно спокойнее. Я уже не в такой тревоге, как раньше.
Сажусь в специальное кресло-качалку — подарок заботливого мужа. И, плавно раскачиваясь с малышкой на руках, смотрю в ночное небо. Яркий молодой месяц выглядывает из-за тёмных туч и прячется снова.
Задумалась и не услышала, как скрипнула дверь.
— Привет, — раздаётся совсем рядом знакомый шёпот. — Можно?
Боюсь повернуться. Только киваю.
Зачем он здесь?!
По телу пробегает волна дрожи. Это так неожиданно, что я в полной растерянности!
Алекс подходит к креслу и с минуту молча рассматривает Нику.
Сегодня на нём простые тёмные брюки и синий пуловер, рукава закатаны. В густых, тёмных волосах искрятся снежинки. Красивые карие глаза отражают свет уличной гирлянды.
Меня будто окутывает знакомым теплом и чувством надёжности и защищённости.
Покачивания прекратились, и малышка проснулась. В ответ рассматривает своего фальшивого дядю, хлопая сонными глазками.
— Я могу подержать? — вдруг спрашивает Алекс.
Киваю снова.
Он осторожно берет Нику под голову и спинку, укладывает себе на сгиб локтя.
Жду, что она заревёт, но нет. В его руках малышке уютно и безопасно.
Как и мне.