Страница 58 из 164
Братья замерли, как восковые фигуры. По обеим сторонам от тропинки из газона поднимались струйки дыма, где пламя смогло поджечь траву. Попыток повторить нападение на меня никто не предпринимал.
— Всего доброго, господа, — сказал я невозмутимо. — Приятного вам ожидания отцовского гнева, он с вами шутить не будет. Зря вы взялись за Софью Фёдоровну, этот безумный жест сыграл против вас гораздо больше, чем против меня.
Братья напряжённо молчали, продолжая сверлить меня лютыми взглядами, а я просто развернулся и ушёл, победоносно покинув место короткого боя. Шагов за своей спиной я так и не услышал. Пусть маленькая, но победа, а теперь стоит ожидать ответный удар. Естественно исподтишка, по-другому они не умеют.
София нервно прохаживалась из стороны в сторону недалеко от входа в замок. Увидев меня, девушка невольно улыбнулась и пошла навстречу.
— Как разговор? — поинтересовалась она. Почему-то в её вопросе я уловил больше поиск повода посудачить с подружками, если они у неё здесь есть.
— Примирения не вышло, — коротко ответил я, не углубляясь в подробности. — Извиняться перед сестрой они не намерены. Дети.
— Да уж, — покачала головой гувернантка. — Те ещё детки. Уж дюже колючие. А Софья Фёдоровна не такая, она хорошая. Да и Александр намного лучше, чем эти двое.
— Спасибо за информацию, — ухмыльнулся я. — Но я уже заметил.
Софья на мгновение нахмурилась, решая, как воспринять мой ответ, но потом, увидев часы на стене в коридоре, всплеснула руками.
— Ваше сиятельство, мы же с вами так можем на тренировку у Ивана Захаровича опоздать! — воскликнула девушка, ускорила шаг чуть ли не вдвое и обернулась ко мне. — Идёмте быстрее, можем ещё успеть. Вам же ещё переодеться надо.
* * *
Зелёный тренировочный костюм надет, я поправил воротник рубашки перед зеркалом, и мы с Софией поспешили на встречу с Иваном Захаровичем. Дорогу в эту башню я тоже уже запомнил, но не отказался от общества гувернантки по пути по другим соображениям.
Пока я размашистым шагом шёл в сторону нужной башни, а Софья семенила рядом, борясь со сбившимся дыханием, я продолжал думать о своём. Я так до конца и не понял, в чём суть вражды Кости и Димы со мной.
Так-то ясно, они, возможно, решили, что новый нежданный ими член семьи может отжать у них наследство и сам стать князем. Но почему тогда Софья Фёдоровна ко мне отнеслась благосклонно? Допустим, княжна будет отдана замуж и станет княгиней в другом княжестве, логично.
Но почему тогда Александр, старший сын Фёдора Алексеевича, нормально на меня реагирует, вполне спокойно? Ведь по идее это именно для него я являюсь конкурентом. Теоретически. Тогда именно он и должен строить козни против меня и стараться выжить из замка.
А может… Может так и есть? Может он просто слишком хитёр, чтобы светиться в этом противостоянии? Отец сказал надо, а Саша сказал: «Да, папа»? А потом потихоньку подзуживает младших братьев, придумывая для них страшилки, чтобы усилить их рвение?
Нет, тут тоже не срастается. Когда отец узнает об их проделках, а скорее всего узнает. Да одно только метание салфеток и демонстративный уход из-за стола чего стоят, тут без разбора полётов точно не обойдётся. Тогда Константин, как самый младший скорее всего сдастся и выложит всё как на духу. Когда парню будет грозить какое-нибудь серьёзное наказание, он наверняка сдаст Александра, как инициатора противостояния.
Всё это очень интересно, но пока что совсем непонятно. Эх, не рождён я в эпоху великих интриг и не рос при дворе, там это у всех в крови. В моём мире противостояния и интриги были гораздо проще, предсказуемее.
И какова наша тактика? Наблюдаем и стараемся не лезть на рожон и в гущу событий. Однако, инстинкт самосохранения никто не отменял, с сегодняшнего дня стул и нитка будут на посту каждую ночь. Можно и ещё что-то придумать, какие-нибудь ловушки, пугалки. А может и не надо, просто подналечь на магию и фехтование.
Кстати, о фехтовании, у меня ведь нет никакого личного оружия, даже тренировочного. Если на меня кто-то нападёт с клинком в руках, чего в складывающейся ситуации нельзя исключить, то мне даже отбиваться нечем. Или надеяться только на магию? Пока что в этом направлении я не слишком силён. Надо проработать этот вопрос.
София сдала меня с рук на руки Ивану Захаровичу, тот хищно улыбнулся и жестом дал понять, что занятие начинается с бега, как всегда. Куртку на крючок, расстегнул рубашку чуть ли не до пояса и вперёд.
В прошлой жизни я занимался бегом и знал, как надо делать правильно. Не особо натренированное в этом плане новое тело поддавалось туго, но правильно поставленное дыхание и выбранный средний темп творили чудеса. В этот раз я те же сорок кругов пробежал по манежу, не так сильно запыхавшись.
После силового компонента тренировки, мы приступили к самому фехтованию. Я нацепил на себя плетёные корзинки, выполнявшие роль кирасы и шлема, тренер же к ним снова не прикоснулся, взяв только деревянный меч со стойки.
— Прямой, косой, колющий в шею, колющий в корпус, снизу! — подавал мне одну за одной команды Иван Захарович и я старался максимально быстро это произвести. — Медленно! Где работа корпусом? Где сила удара? Как ты бьёшь? А ноги вообще, чем занимаются?
Непрерывные недовольные окрики на самом деле придавали сил и решимости. Я старался контролировать каждый шаг, вкладываться в каждый удар, отчего уже начали неметь руки, а по внешнему виду моего тренера можно было подумать, что он просто отдыхает. Порой казалось, что ещё немного, и он заснёт от скуки.
На самом деле всё было не так. Лицо наставника было невозмутимым и скучающим, а вот глаза следили за каждым моим движением, каждым шагом, каждым взмахом. Он не пропускал ничего, ни единой ошибки, и всё тут же озвучивал в своих комментариях, словно стучал по лбу молоточком, вбивая знания, словно гвозди.
— Ты только посмотри сам, как ты левую руку держишь! — воскликнул громче обычного наставник. — Ты то словно со щитом сражаешься, то, как балерина на сцене! Каждое движение свободной руки тоже должно быть осмысленным и отработанным, участвовать в нанесении каждого удара! Следи за мной!
Иван Захарович перешёл в атаку, нанося удары меньше, чем вполсилы, судя по лёгкости исполнения, но мне и этого хватало сполна. Я старался не упустить ни одного движения наставника, чтобы не пропустить удар, в том числе и движения свободной левой руки. Теперь я понял, что её не просто надо убрать, чтобы не мешала, она должна принимать непосредственное участие в этом танце смерти.