Страница 38 из 164
В гостиную вошёл барон Каменский и заметив моё волнение и неловкое телодвижение, удивлённо поднял одну бровь.
— Впрочем, я вас понимаю, Михаил Фёдорович, — сказал барон и грустно усмехнулся. — Вы уж извините за эту неувязочку сегодня за ужином.
— Неувязочка? — искренне удивился я. — Мне предложили отравленный десерт!
— Согласен, неувязочка более чем серьёзная, — сказал со вздохом Каменский, озираясь в поисках второго стула. — Горничную что ли наказывали?
Барон с усмешкой взял стул, стоявший у двери, поставил возле стола напротив меня и сел, бросив взгляд на книги.
— Интересные экземпляры у вас, — сказал мужчина, осторожно перевернув пару страниц. — Магия воздуха — это хорошо. Не огонь, конечно, но тоже довольно мощно. Так вот, я вернусь к теме сегодняшнего ужина. Тут, видите ли, в чём дело, не все в этом замке рады вашему приезду, к сожалению. Но те, кто не рад, сами не понимают, что они творят. И, что самое главное, объяснений не слышат.
— Дмитрий и Константин? — спросил я.
Барон просто молча кивнул, продолжая смотреть мне в глаза.
— С виновниками будут производить разъяснительную беседу дополнительно, но не уверен, что это сразу поможет, — развёл руками Каменский. — Так что вы уж будьте поаккуратнее на всякий случай. В ближайшие дни столоваться будете в своих покоях и… — барон снял с пальца перстень и протянул его мне, — наденьте вот это. Камень меняет свой цвет если пища или питьё отравлены, надо просто приложить.
— Вы отдаёте мне своё кольцо? — удивился я и покосился на барона.
— Вы вполне разумный человек и наверняка понимаете, что глубокой симпатией я к вам проникнуться просто не успел, — с едва заметной улыбкой продолжил мужчина. — Но я крайне заинтересован, чтобы у вас всё было хорошо, поверьте, а это зачастую важнее, чем просто симпатии.
— Понимаю, — кивнул я. — Софья Фёдоровна сегодня выбила из рук слуги тот злосчастный десерт, это точно не симпатия, так?
— Совершенно верно, — ответил барон, улыбаясь чуть шире. — Княжна понимает, что ваше присутствие в замке жизненно необходимо и утрата может оказаться невосполнимой.
— Так какую же я роль выполняю во всём этом цирке? — не выдержал я. — Вы уж поясните мне пожалуйста!
— К сожалению, мне пока не велено раскрывать перед вами все карты, — невинно пожал плечами Каменский. — Вы уж простите. Приказ — есть приказ. Одно точно могу сказать: вы нужны князю и всей его семье, даже тем двум заговорщикам, просто они этого пока не понимают, выискивая подвох.
— И какова же причина того, что вы не можете меня посвятить в эту тайну? — спросил я, так как тема не давала мне покоя. — Раз уж тут стоит вопрос жизни и смерти, то хотелось бы знать, за что меня хотят убить, просто ревность?
— Не-е-ет, ревность тут абсолютно не причём, хотя скорее всего и имеет место, — снова начал юлить барон. — Хорошо, я скажу вам причину. Дело в том, что мы вас слишком мало знаем, хотелось бы познакомиться поближе, узнать, что за человек, можно ли положиться. Тогда вам всё объяснят. Возможно, я объясню. А теперь наденьте перстень на палец и проверьте на воде в графине.
Мне уже и самому стало интересно, как это работает. Я надел перстень с голубым камнем, налил немного воды в стакан и макнул туда перстень. Камень так и остался нежно-голубым, цвет не поменял.
— Значит сюда не добрались, — удовлетворённо кивнул Каменский. — Это хорошо. С этого момента проверяйте всё, что вы собираетесь съесть, так будет надёжнее. Очень надеюсь, что проверки окажутся напрасными.
— Я-то как надеюсь, — усмехнулся я.
— М-да, — медленно протянул мужчина. — Ладно, перейдём к следующему вопросу. С завтрашнего дня с вами будет заниматься наставник по развитию Дара, а также наставник по фехтованию, что тоже является неотъемлемой частью образования аристократа. Так что завтра вам предстоит интересный и насыщенный день. Сразу предупреждаю, наставники суровые, во время занятий не обращают внимания на титул, их так учили, так что не обижайтесь, если что.
— Предупреждён значит вооружён, — ответил я с улыбкой. — Спасибо.
— Да пока особо не за что, — ухмыльнулся барон, медленно встал со стула и направился к выходу.
Я с ужасом заметил, что заготовленная мной нитка повисла на спине его камзола.
— Борис Николаевич! — окликнул я его, а потом подумал, что я ему скажу? У вас нитка на спине?
— Да? — спросил Каменский, обернувшись.
— Всё равно, спасибо за заботу, — сказал я, изображая невинную улыбку.
Мужчина удивлённо посмотрел на меня, едва заметно кивнул и вышел. Пошёл выгуливать по замку мою нитку. Может всё же лучше было её снять? Начнутся ненужные вопросы. Но, если он сейчас идёт к себе, что вполне возможно, то просто снимет и выкинет, это лучший вариант. Надо было снять. Тогда мог бы раскрыть свою затею…
Теперь что есть, надо сделать новую и подготовиться к бессонной ночи. Представляю, в какой я буду форме на занятиях по магии и фехтованию — варёным дождевым червяком.
Оставшись наконец в комнате один, я подготовил свою систему сигнализации и решил позаниматься теми навыками магии воздуха, что мне уже доступны. Самое эффективное — создание небольшого вихря. Он и фаербол сможет отбить или размазать, и противника ввести в замешательство, взметнув перед ним перья из подушки, например.
Я снял камзол, жабо и начал экспериментировать. Моего скромного запаса маны хватило ненадолго. Через десять минут я, покачиваясь от слабости, начал собирать по комнате расшвырянные вихрем предметы: скатерть, жабо, платок, закрученная в узел ковровая дорожка (моя особая гордость).
Солнце уверенно опускалось за горизонт, Солнцеград погружался в сумерки, в комнате резко стемнело. Я не стал зажигать свечи, а установил приготовленную сигнализацию и залез под одеяло. Двери в спальню я оставил открытыми, чтобы слышать падение стула.
* * *
Я всё-таки смог заснуть, но спал очень беспокойно. Постоянно мерещились какие-то тени, шорохи, приглушенные голоса. Снилась прошлая жизнь, память о ней сохранилась и теперь преподносила извращённые сюрпризы, синтезируя причудливые кошмары, в том числе и на базе прочитанного фэнтези и хоррора. Я проснулся в поту, когда из унитаза начал вылезать Ктулху, стремительно заполняя собой весь объём трёхкомнатной квартиры.