Страница 19 из 164
Я максимально напряг пресловутый «внутренний взор» и увидел, как вереница едва заметно поблёскивающих частичек медленно двинулась по руке в сторону ладони. До пункта «Б» им ещё долго идти, но дело сдвинулось с мёртвой точки.
— Ох, Мишка, — задумчиво выдохнул дед. — Ты точно гораздо дальше шестой ступени пойдёшь, знать бы ещё до какой. А то, гляди, и вправду придворным магом станешь, а не галеры по рекам гонять.
— Ваши б слова… — сказал я, открывая глаза и поднимаясь с пола.
— А что мои слова? — с хитрой улыбкой спросил старик. — Глафира сегодня с соседкой трещала на всю улицу, мол снова князь своих людей на отбор послал, так что жди, скоро твоя жизнь в корне изменится.
— Было бы здорово! — воскликнул я, улыбаясь до ушей от приятной новости, но тут же осёкся, а улыбка с моего лица сползла.
— А как же… — пролепетал я растерянно. — Я к ним уже привыкать начал.
— Так ты же их совсем не бросишь? — спросил дед, улыбаясь, но тоже с лёгкой грустинкой. — Ведь не откажешься?
— Нет, конечно, — помотал я головой. — И родители то, что надо, а сестрёнка так вообще молодец. Я вот что придумал, — сказал я уже более радостно. — Если меня на княжескую службу возьмут, то я их потом туда к себе перевезу. Ну а что? Отец — отличный кузнец, к тому же успешно осваивает новые технологии, он их кузнецов там учить будет. Мать по-любому работу найдёт, у неё любое дело в руках спорится. А сестру может и вообще за княжича замуж отдам.
— Эк ты уже всех распределил, деловой, — захихикал дед. — Не говори оп, пока не перепрыгнешь.
— Так моя покойная бабушка говорила, — усмехнулся я. — Ладно, видно будет. Но не забуду про них, это точно. Сначала надо самому туда попасть.
— Сначала постарайся магию свою как можно лучше развить, — добавил старик наставительно. — Чтобы им наверняка понравиться. А сейчас иди в поле, повтори то, что мы сейчас делали. Прогони силу по каналам в руку, а потом запусти свой вихрь, посмотришь, что получится.
Сказано — сделано. Я попрощался с дедом Филиппом, даже не стал чай пить, и сразу направился за околицу. Солнце уже уверенно клонилось к закату, в поле сельчан не было, последняя корова пришла с пастбища домой. Значит, меня теперь никто не увидит.
Я отошёл в сторону с дороги, уселся на траву, закрыл глаза и снова сосредоточился на тех крохотных искорках. Когда мне наконец удалось собрать их в ладони, повторил фокус с воздушной воронкой, крутанув ладонью в воздухе.
В этот раз вихрь вышел явно больше метра в диаметре. Он приподнялся надо мной, пытаясь втянуть мою рубаху и растрепав волосы. Я сделал шаг назад, не выпуская его из вида и направил покачивающийся передо мной воздушный вихрь рукой вперёд, заставляя сместиться.
Вихрь немного подсобрался, став плотнее и, тихо завывая, двинулся туда, куда я указал. А я, как зачарованный, пошёл следом, с интересом наблюдая за своим детищем. И так я топал за вихрем с полсотни шагов, пока он не растаял, оставив за собой дорожку примятой и завязанной в косы травы.
— Чудеса! — выдохнул я, довольно улыбаясь.
Потом перед глазами всё поплыло, и я распластался на траве, уставившись в зыбкое синее небо.
* * *
Дилижанс с гербами рода Пожарских уже который день катил на юг, останавливаясь в каждом селе. И в каждом селе Борис Николаевич и два его помощника среди местных молодцев проводили экзамен. Однако, потенциала выше шестой ступени найти пока не удалось.
— Гиблое это дело, Борис Николаевич, — сказал Каменскому помощник, что постарше. — Никогда раньше не находили в деревне самородка с потенциалом выше шестого. Да что я вам говорю, вы всё сами знаете.
— Не гунди, Остап Афанасьевич, и без тебя тошно! — отмахнулся от него барон, как от назойливой мухи. — Нет бы чего хорошего сказать, а ты только и знаешь, как давить на больную мозоль. Дай лучше кваса глоток, что нам хозяйка последнего двора поднесла. Небось прохладный ещё.
— Вот, держите, Борис Николаевич, — сказал помощник, доставая из корзины запотевший кувшин. — Холодный ещё.
— Эх-х, ядрёный! — тряхнул головой барон, сделав несколько больших глотков. — Мои такой делать не умеют. Забрать её что ли к себе в усадьбу на обратном пути?
— Не думаю, что её муж, тот крепкий лесоруб, на это согласится, — осторожно вставил своё слово молодой помощник.
— А кто его спрашивать будет? — усмехнулся Каменский. — Забрали и всё.
Помощник хотел ещё что-то возразить, но потом вспомнил, что барон всё-таки маг и против его способностей увесистый топор в мускулистых руках мало что значит. Поэтому возражать дальше не стал.
А дилижанс тем временем въехал в очередную деревню. Все трое обречённо вздохнули, понимая, что сейчас снова потянутся вереницей недалёкие крестьянские сыны, пытаясь показать, чего они стоят. Но барон всё ещё продолжал надеяться, поэтому кроме усталости у него осталось ещё и любопытство.
По привычной уже схеме в доме старосты выделили гостям из Солнцеграда нарядную светлицу, не забыв при этом попотчевать разносолами, к которым гости почти и не притронулись, а поспешили приступить к проверке собравшихся у ворот добрых молодцев.
Красный кристалл иногда начинал светиться. То тускло, то чуть поярче, но совсем не то, что в этот раз надо. То же самое было и с десятым по счёту и с пятнадцатым.
Следующим в светлицу вошёл видный парень, даже и не скажешь с первого взгляда, что деревенский, только по одежде. Барон заметно оживился, начал задавать парню разные вопросы, но тот отвечал довольно односложно, но всё по теме, без глупостей.
— Клади руку вот сюда, — сказал старший помощник, поставив перед парнем индикатор в виде красного кристалла на золотом подсвечнике. — Да держи нормально, не бойся! Он не укусит.
— А я и не боюсь, — тихо сказал парень и взялся за основание индикатора с таким видом, словно давно этого ждал.
Секунды тянулись одна за другой, кристалл молчал, и Каменский уже разочарованно вздохнул, как вдруг, похожий на рубин камень вспыхнул так, что озарил ярким светом всю светлицу. Так индикатор на памяти барона не срабатывал пока ни разу.
— Оно, — пытаясь сдержать улыбку, тихо произнёс старший помощник. — Точно оно.
— Вижу, — произнёс Каменский, любуясь игрой света кристалла, как заворожённый, потом перевёл взгляд на парня, лицо которого светилось от счастья не меньше, чем сам кристалл.