Страница 117 из 164
Глава 9
За окном было ещё темно, когда я резко проснулся от сильного стука в дверь наших покоев. Дверь в спальню я оставил чуть приоткрытой, чтобы слышать, когда встанет кто‑то из семьи. Стук повторился, кто‑то от души стучал кулаком, без особых церемоний.
– Именем царя Иннокентия Двенадцатого, откройте! – громко заявил чей‑то зычный недовольный голос.
Я принялся быстро одеваться. Через щель двери я увидел, как князь Пожарский направился ко входу прямо в ночной рубашке и босиком.
– Ночь же на дворе, имейте совесть! – возмутился Фёдор Алексеевич, открывая дверь.
– Князь Пожарский? – спросил тот же голос уже чуть тише.
– Собственной персоной, – буркнул князь. – Что случилось?
– Ваш бастард совершил преступление в царском замке, это возмутительно! – заявил мужчина.
Я тем временем уже надел штаны и рубашку, затем направился в общий холл покоев, надевая на ходу камзол, жабо нацеплять не стал.
– Какое ещё преступление? – удивлённо спросил я, подходя ближе. – Я спал всю ночь, был насыщенный день, потом ещё этот бал.
– Есть свидетель, который утверждает, что видел вас бегущим с места преступления, – доложил мужчина. – Он узнал в том числе знак на вашей груди. К тому же на месте преступления обнаружены признаки применения магии воздуха.
Только теперь я увидел, что в коридоре позади мужчины стоят несколько стражников в полном облачении. За мной прислали целый отряд.
– Любезный, вы разбудили нас посреди ночи и предъявляете ложные обвинения, – начал возмущённо говорить Пожарский. – Перед тем, как их выдвигать, надо сначала перепроверить.
– Обвинения выдвигает суд, ваше сиятельство, – невозмутимо ответил мужчина, теперь я увидел на его кителе воинские знаки отличия, но не знал, что они обозначают. – Меня направили арестовать вашего бастарда для полного выяснения обстоятельств.
– Ну хорошо, – неохотно ответил Фёдор Алексеевич. – Подождите минуту, я оденусь и пойду с вами.
– Это вовсе не обязательно, ваше сиятельство, – немного раздражённо ответил офицер дворцовой стражи. – Но вы имеете на это право.
– Значит воспользуюсь, – буркнул князь и ушёл в свою спальню, откуда выглядывала встревоженная супруга.
Все остальные тоже высунулись в холл, переводя взгляд с меня на офицера и протирая сонные глаза. Я тем временем полностью застегнул камзол и окончательно проснулся. Похоже, кто‑то решил меня подставить. Что же они там такое натворили? Надеюсь, что никто серьёзно не пострадал.
Князь вышел одетым довольно быстро. Я первым вышел в коридор и меня сразу окружили кольцом стражники. Пожарский шёл впереди вместе с офицером. Мы спустились по лестницам на несколько этажей и очутились в подобии подземелий, а скорее всего это именно они и были.
Вот это дожили, только совсем недавно меня объявили княжичем, теперь обвиняют неизвестно в каком преступлении. Очень надеюсь, что ведут не в камеру пыток.
Офицер остановился и открыл дверь справа. Кто‑то из идущих позади меня стражников не особо вежливо подтолкнул меня вперёд. Я не стал сейчас выяснять отношения и вошел в помещение, похожее на допросную. За столом сидел лысоватый мужчина в чёрном сюртуке, недобро посмотревший на меня исподлобья.
– На стул, – буркнул он, указав пером на стул, стоявший в паре метров перед его столом.
Что‑то мне подсказывает, что с княжичем ему так обращаться по статусу не положено, но Пожарский всё это время молчал, я тоже не стал заострять внимание и сел, куда указали.
– Что вы делали в час ночи в коридоре третьего этажа, Михаил Фёдорович? – вкрадчиво спросил мужчина.
– В час ночи я спал в своей комнате, ваше благородие, – последние два слова я выделил интонацией, намекнув на должное обращение.
– У нас совершенно другая информация, – с ехидной улыбкой сообщил мужчина в сюртуке, игнорируя мой намёк. – В коридоре третьего этажа был обнаружен слуга Его Величества без сознания с ушибленной раной на голове. Одежда разорвана в лохмотья, ковровые дорожки собраны в кучу, это явные признаки применения магии ветра, а как нам стало известно, именно вы обладаете такой магией.
– С чего вы взяли, что это сделал именно он? – довольно резко спросил Фёдор Алексеевич. – Михаил Фёдорович не единственный человек, обладающий магией воздуха, а уж с первой ступенью – тем более. И я со всей ответственностью заявляю, что он в это время спал в своей комнате.
– Он мог выйти незаметно, ваше сиятельство, – возразил офицер, который пришёл меня арестовывать. – К тому же я упомянул, что у нас есть свидетель, который его видел.
– Кто же этот свидетель? – напряжённо спросил князь, его щёки начали покрываться красными пятнами. – Хотелось бы в глаза посмотреть.
– Пока что эту информацию мы держим в тайне, – ответил сидевший за столом мужчина. – Но обязательно проверим.
– Мы можем посмотреть на место преступления? – спросил я. – Возможно, я на месте смогу доказать, что это не я.
– Это мы можем устроить, – сказал мужчина в сюртуке, посмотрев на часы. – Хоть я и сомневаюсь, что вам удастся убедить нас в обратном.
– И всё же, – с нажимом сказал Пожарский. – Ведите нас туда.
Мужчина в сюртуке и офицер стражи переглянулись, мужчина неохотно кивнул и поднялся из‑за стола, неспешно направляясь к двери. Он буквально всем телом говорил: «да что тут смотреть, что тут думать, под стражу бастарда и спать всем идти».
– Идём на место преступления, – сказал мужчина в сюртуке, который здесь был по ходу главный, и меня снова вывели в коридор.
Потом мы долго поднимались на нужный этаж, шли по коридору, впереди я увидел вздыбленные половики. Мы остановились метрах в пяти от устроенного здесь беспорядка. Раненого слуги на месте не было, на оголённом полу я увидел лишь небольшое пятно крови, пятно чуть меньше было и на стене, видимо здесь он ударился головой.
Внимательно приглядевшись, я понял, что никакая магия ветра здесь не причём.
– Ваше благородие, вы когда‑нибудь видели применение магии ветра? – спросил я мужчину в сюртуке, что стоял сейчас с недовольным видом в паре метров от меня.
– А что тут непонятного? – просил он недовольно. – В человека запустили вихрь, который разметал половики, швырнул человека, и тот ударился об стену головой, потерял сознание, что вас в этой версии не устраивает?