Страница 47 из 80
Глава 17
Кикимора, прошипев в направлении деда что-то неразборчивое, погрозила пальцем Антону и раскорячившись, как лягушка, скрылась в камышах.
— Целы? — поинтересовался Михайло Потапович у ошалевшего Антона.
Из-за его ноги донёсся продолжительный хрюк.
— И славненько! — заключил дед, вылавливая из воды резиновый сапог — а то, вишь, чего удумала, помощников самой Светланы Никитичны стращать.
Савушкин машинально кивнул, бросая ветку.
— Спасибо вам… Михайло Потапович! — пробормотал студент улыбнувшись.
— Да буде. В нашем мире же как, сегодня вы, завтра вам.
Дед наклонил сапог, и из него водопадом полилась мутная вода вперемежку с ряской. Капельки воды расходились кругами по зеркальной глади.
— Я ещё хотел спросить — Антон поудобнее сжал рулетку — нам этой дорогой может быть придётся пару раз воспользоваться.
Михайло Потапович проверил, не осталось ли в ботинке воды, стал натягивать его на ногу, облокотившись о тонкий ствол ивы. Лягушки, было присмиревшие, вновь залились разногласым хором.
Обувшись, дед поправил лямку у левой подтяжки и махнул рукой, словно давая разрешения.
— Ходите без боязни. Если Глашка начнёт опять кочевряжиться, то ты ей пригрози мной. Я ей, конечно, не прямой начальник, но пока здесь своего водяного нету, то за порядком слежу. А уж если совсем раздухариться — то добрым именем Светланы Никитичны. Та её быстро сдаст на опыты — губы его растянулись в хитрой улыбке, сделав похожим на персонажа из мультика.
— В каком смысле нет водяного? — Антон прошёлся взглядом по прорезиненному костюму.
Мимо деда с громким жужжанием пролетела стрекоза — тот удовлетворённо хмыкнул.
— Так, местный водяной, Тишка лет восемь, как с места снялся. Очень уж его строительство вон тех домиков — он кивнул в сторону высоченного забора, скрывающего коттеджный посёлок — задело. Перегородили его болото. Да ещё половину и высушили. Вот он плюнул, котомку собрал. Сейчас, по слухам, где-то за Уралом обитается… Поэтому я тут на полставки.
Михайло Потапыч приосанился.
— А по основному наделу я лесовик. Думаешь, чего я не сразу прибежал? Пока эту халабуду на себя натянешь, семь потов сойдёт — она похлопал себя по бокам. Резина отозвалась глухим звуком.
— Спасибо вам ещё раз! — сказал Антон.
Лесовик махнул рукой, зашагал, переваливаясь с боку на бок. Через полминуты на болоте остался только студент и минипиг. В кустах пела какая-то птица, водомерки лихо рассекали по изумрудной воде.
Фёдор осторожно вышел из-за ноги Антона и ловко перескочил на ближайшую кочку. Савушкин поспешил следом. Пока они выбирались из камышей, солнце уже перевалило за полдень. К городу Антон ехал с ощущением, что болото всё ещё цепляется за него запахом тины. Обратная дорога прошла спокойно с уже привычными пробками. Антон переключался между любимыми треками. Минипиг на заднем сиденье погрузился в чтение и лишь изредка недовольно похрюкивал.
Спустя долгих три звонка ведьма, наконец, открыла дверь. Пока Антон стягивал промокшие насквозь кроссовки — Фёдор обогнул его, бодро проскакав в свою комнату.
— Ну как? — раздалось на склонившимся над обувью Савушкиным.
— Как всегда с приключениями — буркнул он, отставляя кроссовок.
Ведьма протянула ему электрическую сушилку для обуви
— На вот засунь там розетка за шкафом. И пошли, чаю горячего налью, а то простынешь ещё, на мою голову.
Поставив пропахшие тиной кроссовки на просушку, Антон двинулся на кухню. Арбузова не было, но вазочка на столе ломилась от угощений. Савушкин оценил сладкое разнообразие, вытащил из середины горки марципан в ярко-красной обертке. Пошуршал, разворачивая фантик и отправил конфеты в рот.
Светлана поставила перед ним большую оранжевую кружку с дымящимся чаем. На поверхности кружились две дольки лимона.
— Пей давай, защитничек! — с усмешкой сказала она.
Антон с наслаждением сделал большой глоток пряного чая. Почувствовал, как по телу побежали волны тепла.
— Первый контакт состоялся! — пародируя чёткие армейские интонации, сказал Савушкин — цель опознана, связь налажена.
Дальше он коротко пересказал детали их пахучего визита к дому Лисицыной.
— Вот за что отдельно люблю Фёдора — ласково проворковала ведьма, примостившись на табуретке напротив — это за нетривиальный подход к делу. Не зря он все же свои институты заканчивал.
Она, задумавшись, намотала кончик хвоста на палец.
— Получается, Лариса Константиновна ждёт встречи с хозяином.
Жующий вторую конфету, студент кивнул.
— Так — ведьма обвела взглядом кухонные шкафчики на стене — значит должен быть кто-то представительный, способный сразу вызвать симпатию. Арбузов со своим канцелярским представлением о жизни сразу отпадает.
Антон проглотил марципан.
— Может Счёта попросите?
Ведьма всплеснула руками, задев вазочку.
— Ну уж нет. Лучше, когда чёрт должен тебе, а не ты ему. А то такому только дай возможность зацепиться, без исподнего останешься. Так что пусть Игорь Фёдорович лучше к отпуску готовится, кремами для загара запасается… Кто у нас ещё есть?
Женщина загибала пальцы, неразборчиво что-то шепча. Похоже, что перечень кандидатов на должность хозяина родовитого минипига резко сокращался.
— Акхак, конечно, когда всё своё фамильное золото нацепит, вид имеет грозный. Но боюсь, что, как тогда с казино выйдет — озвучила она последние мысли.
— А что с казино? — заинтересовался Савушкин.
— Плохо вышло. Не до конца поняли друг друга. Удивительно, но все хотели уйти с выигрышем. — пространно ответила Светлана, продолжая загибать пальцы, пока не на неё не остался смотреть один — указательный.
Она внимательно изучила подушечку, словно внутренне соглашаясь с неизбежным. Извлекла из недр платья телефон, положила на стол, пролистав телефонную книжку. Тыкнула на чей-то контакт, к Антону экран лежал верхом, не разобрать. По кухне разнеслись длинные гудки — ведьма включила громкую связь.
Через пару секунд мужской голос поприветствовал женщину без лишней теплоты в голосе.
— Русланчик, ты не представляешь, как я рада тебя слышать. Нога у меня отлично — твоими стараниями — бойко затараторила ведьма.
На том конце провода замолчали, похоже Руслан Данилович переваривал услышанное.
Заминка длилась всего мгновение, вампир взял себя в руки и с деловой интонацией проговорил:
— Чем обязан, Светлана?