Компаньон

Белый том. 74. Переходный этап

Дни до экзаменов полетели до умопомрачения быстро. И теперь просто невозможно было думать о чём-то другом. Даже Гермиона, у которой с успеваемостью всё более, чем хорошо, не расставалась с учебниками. Она умудрялась повторять материал даже за едой, чем жутко раздражала Рона. И меня бы, наверное, тоже это бесило, если бы я не был слишком погружен в собственные мысли.

Конечно, меня волновали не только экзамены. Голос во время моих медитаций так и не затыкался, но последние несколько дней я почувствовал нечто новое. Как будто постоянное присутствие под боком чего-то пушистого и теплого. Время от времени это «что-то» могло подставится под ладонь, или остановить меня на половине движения. Я прислушивался к этим ощущениям. И не зря.

В один из таких случаев прямо передо мной рассыпалась на каменную крошку лестница. Ученики вокруг меня заговорили все разом, обсуждая произошедшее, профессор Макгонагалл бросилась исправлять ситуацию, а я в этот момент размышлял… Интересно. Похоже, у моей аниформы есть чутьё на опасности. И только лишь на них?

Так получилось, что вместо того, чтобы повторять Зелья с друзьями, я набрал на свой стол справочников по магическим животным. Скоро к этим справочникам прибавился и огромный талмуд по анимагии. Почему-то прямо сейчас решение вопроса о моём внутреннем я казалось более важным, чем всё остальное.

Когда казалось, что всеобщая истерия по поводу экзаменов достигла пика, в школу прибыли экзаменаторы. За каких-то несколько часов слухи об этом облетели весь замок. И не удивлюсь, если большинство учеников, входя в Большой зал на обед, ожидало увидеть по меньшей мере мифических рогатых и хвостатых существ разной степени жути. Мне первой на глаза попалась маленькая, будто высохшая старушка, которая громко о чем-то разговаривала с профессором Амбридж. Дамблдор тоже разговаривал со смутно знакомым мне волшебником, тоже почему-то невысоким, с идеально блестящей лысиной и острыми, ровными, белыми зубами. Не успел я подумать о том, как отражается на внешности примесь крови волшебных народов, как кто-то пихнул меня в спину, пришлось проходить в зал.

— Это действительно экзаменаторы, правда? — в волнении переспросила Гермиона, в очередной раз откладывая вилку в сторону. — Как думаете, они очень строгие?

— Не строже моей бабушки. По крайней мере, мадам Марчбэкс точно нет. Она довольно часто гостит у нас в доме. — вмешался до сих пор молчавший Невилл и кивнул на старушку рядом с Амбридж.

— Тогда тебе уж точно будет проще. — воодушевился Рон, придвигая к себе блюдо с отбивными.

— С чего бы? — переспросил Невилл, иронично хмыкнув. — Совсем наоборот. Не удивлюсь, если бабушка попросила мадам Марчбэкс заставить меня выложиться по максимуму.

— В любом случае, мы скоро обо всём узнаем. Нет смысла переживать. Давайте лучше поедим, уроки никто не отменял. — ответил я. Гермиона привычно поставила на столе книгу заклинаний и принялась за еду, с бешенной скоростью перелистывая страницы. Невилл глядя на неё только покачал головой. Остаток обеда мы между собой не разговаривали.

***

— Ещё минуту внимания, пожалуйста. — прочистила горло профессор Макгонагалл, все в классе замерли на своих местах, многие сели обратно на стулья. — Как вы знаете, это наш последний урок в этом году. Экзамены СОВ будут проходить в течение двух недель. Утром — письменное тестирование, вечером — практика. Экзамен по Астрономии будет последним в списке и пройдет в полночь. Расписание вывесят сегодня после ужина перед дверьми Большого Зала, письменный экзамен тоже будет проходить именно там сразу после завтрака, если у вас есть вопросы…

— Что будет с теми, кто не сдаст? — обронил Дин Томас, после его слов и без того полная тишина в классе буквально стала осязаемой.

— Что ж, резонно. — чуть нахмурилась профессор Макгонагалл. — Но давайте сразу запомним и закрепим, что за долгие годы моей работы в Хогвартсе случай, когда кто-то не сдавал экзамены СОВ — практически беспрецедентный. Учебная программа школы специально составлена так, чтобы её мог освоить буквально каждый. И, как вы должны были заметить, последние полгода вся наша с вами работа в классе заключалась в повторении пройденного. — многие закивали головами, действительно, с начала второго семестра новые темы можно пересчитать по пальцам. — И даже если вдруг случится так, что кто-то из вас провалит один из основных предметов, то вы просто пересдадите экзамен отдельно на следующий год, заплатив пошлину в Министерстве. Или можно попробовать сдать экзамен ещё раз, но на седьмом году обучения, вместе с программой ЖАБА. — профессор подождала пока схлынет оживленный гул и продолжила. — Как видите, на возможном провале жизнь не заканчивается. Но это вовсе не означает, что вы можете вообще не прилагать никаких усилий. И я очень вас прошу воздержаться от жульничества. Все варианты обойти правила с помощью самопишущих перьев, зелий и волшебных порошков были испробованы вашими предшественниками и не принесли им успеха. Помните о том, что ошибиться не стыдно. Стыдно — не попытаться вообще. — в классе снова установилась тишина, профессор улыбнулась. — Не нужно так пугаться. Я тоже была на вашем месте. И я справилась. Значит, справитесь и вы. А теперь, если ни у кого больше нет вопросов…

— Позвольте? — поднял руку Драко, профессор благосклонно кивнула. — Чисто из теоретического интереса: я знаю, что Феликс Фелицис невозможно определить сторонними зельями или чарами. Следовательно, вычислить такого ученика сложно, а помешать действию зелья невозможно в принципе. Неужели за всю многолетнюю историю школы никому из учеников не пришло в голову прибегнуть к этому пусть дорогому, но явно действенному способу?

— Почему же не пришло? Одному ученику, как и вам, действительно пришёл в голову подобный… Выход из положения, скажем так. — с долей иронии в голосе проговорила профессор Макгонагалл и начала мерить шагами класс. — Хотя, я надеюсь, что все вы понимаете, что жертвовать удачей и счастьем своей дальнейшей жизни ради школьных экзаменов, к которым можно подготовиться, как минимум, безрассудный подход.

— Почему жертвовать? — спросил кто-то с задней парты. — Ведь никто не говорит о том, чтобы пить это зелье каждый день.