Компаньон

— Конечно, нет. — хмыкнула Гермиона. — Я просто оставила книги здесь на случай, если кто-то заинтересуется… — толпа шумно выдохнула. Гермиона сделала вид, что так и было задумано, переведя взгляд на пергамент, исписанный её собственным почерком. — Что ж, начнем. Нетрудно догадаться, что главной нашей идеей будут равные права для каждого человека, независимо от происхождения. На всякий случай, поясню, что именно я имею ввиду: я считаю, что маглорождённые имеют такое же право занимать высокий пост в Министерстве и принимать активное участие абсолютно во всех действиях власти, включая приём или отклонение определённых законопроектов. Сейчас на всех постах, с которых теоретически хоть как-то можно повлиять на ситуацию, находятся чистокровные. Или полукровки, которые чаще всего держатся конкретного политического курса в зависимости от своего чистокровного покровителя. Магглорождённые же, по сути, без этих должностей лишены права хоть сколько-нибудь значительно влиять на ситуацию или оспорить что-либо из действий властей. — Гермиона подняла голову, обвела задумчивым взглядом застывшие лица присутствующих, и тяжело вздохнула. — Ну хорошо, поясню на примере. Все помнят скандал, когда приняли новую резолюцию, ограничивающую права и свободы оборотней? — присутствующие отозвались согласным гулом, Гермиона удовлетворённо кивнула. — Так вот, если бы решение принимал не только ограниченный круг лиц, а вообще все, включая маглорождённых, исход этого дела мог бы быть совершенно другим. Допустим, я и вы, будучи совершеннолетними волшебниками, могли бы проголосовать против и тем самым облегчить положение профессора Люпина. Это понятно? — услышав одобрительный ропот со всех сторон, Гермиона снова улыбнулась и продолжила более воодушевленным тоном. — Я подумала начать с примера того, что не всем из нас доступны те должности, на которые мы хотим попасть, но потом подумала, что это и так ясно. Мало ли, кто-то из нас захочет стать Министром Магии, а у него не получится просто из-за происхождения, абсурд ведь, правда?

— Кто спорит. — согласился Колин Криви. — Да только, что мы можем? Вряд ли в Министерстве только и ждут наших предложений, как бы устроить жизнь лучше.

— Это правда. — неохотно согласилась Гермиона, нахмурившись. — Но все мы здесь, потому что не намерены опускать руки и примириться с происходящим. Пока что мы можем только в теории проработать то, что реально внедрить в будущем.

— Иными словами, мы — революционеры. — азартно усмехнулся Ли Джордан.

— Мы отличаемся от других, у нас нет цели развязать войну или что-то в этом духе. — осторожно ответила Гермиона. — Но в общем и целом, да. Это своеобразная подготовка…

— Государственного переворота! — вскинул кулак в воздух Дин Томас, в комнате до самого потолка грянул смех.

— К которому нужно подойти ответственно! — повысила голос с улыбкой Гермиона и тряхнула головой. — А если серьёзно, то кто будет действовать, если не начнем мы? Давайте всё обсудим, выдвигайте предложения. И, может, однажды мы добьёмся не только равноправия, но и того, что волшебники вроде Амбридж и Малфоя перестанут воспринимать магглов, как диких зверей, неспособных на что-то путное.

***

Следующие несколько часов я понимал только, что явно чего-то не улавливаю. Все так легко согласились с тем, что они готовы в будущем выступить против правительства? Министерства магии? Как Гермиона себе это вообще представляет? Пока я над этим размышлял, она громко постучала по столу неизвестно откуда появившимся молотком. От этого стука я нервно вздрогнул. Все тут же прекратили писать, подняв глаза. Мой свиток всё ещё оставался пустым.

— Есть ещё один вопрос, который нам нужно взять на вооружение. — начала на сей раз без вступительных слов Гермиона. — И он касается частной собственности.

— А с ней что не так? — сбился с мысли Рон, который в основном за всё собрание занимался только тем, что «поддерживал» Гермиону. Иными словами, просто соглашался со всем, что она скажет.

— В основном в магическом мире всем владеют чистокровные, иногда полукровки, которые… — окончания речи я не услышал, отвлекшись на раздраженный вздох где-то позади меня и едва не подпрыгнув на месте. Я и забыл о присутствии Драко! Украдкой оглядев комнату, я немного успокоился. Удивительно, но даже в переполненном помещении никто ничего не заметил. Надо будет потом спросить, в чём секрет.

Расходились все после собрания ближе к отбою, шумно переговариваясь. На меня накатило ощущение какого-то отупения и бесконечной усталости. Дверь в очередной раз закрылась, и мы остались в комнате втроем. Не считая Драко, который прятался под мантией-невидимкой. В полной тишине, нарушаемой только равномерным тиканьем часов, Гермиона перевела горящий взгляд с меня на Рона, и обратно.

— Ну, как по-вашему я справилась?

В этот момент я понял, что абсолютно не знаю, что ответить. К счастью, Рон на этот раз был более красноречив.

— Блестяще! — хмыкнул он, довольно откидываясь в кресле. — Не знаю, что у нас получится после Хогвартса, но тебя уж точно все слушали, открыв рты. И ты объясняешь гораздо лучше этой жабы Амбридж! Правда, Гарри?

— Кхм-кхм. — кашлянул в ладонь я, невольно передёрнув плечами. Вот надо было сейчас вспомнить об Амбридж? При мысли, что она узнает о том, что именно тут происходило, у меня невольно мурашки прошли по спине.

— Спасибо вам. Честно. — с придыханием проговорила Гермиона, подозрительно заблестев глазами. — Если бы не вы, я бы ни за что не смогла этого всего организовать. Особенно ты, Гарри! Просто подарок судьбы, что ты нашёл эту комнату!

— Точно, классное место, дружище! — поддержал её Рон. — Думаю, её можно использовать и для вечеринок. В смысле, комната ведь создает что угодно, верно?

— Гермиона, ты серьёзно в это веришь? — вернулся к теме я, всё-таки задав вопрос, который мучил меня на протяжении всего собрания.

— А ты — нет? — с вызовом вскинула голову Гермиона. И в качестве аргумента кивнула на исписанные стопки листов. — Посмотри на это, не я одна так думаю. К тому же, что изменится, если все будут бездействовать? Вспомни Добби.

— Сейчас речь не о домовиках. — нахмурился я и начисто проигнорировал пнувшего меня по ноге Рона. — Ты осознаешь, что будет, если об этом узнают?