Компаньон

Черный том. 51. Взвешенное решение

Холодный, промозглый ветер буквально пробирал до костей. Дождь хлестал по лицу. И чем выше приходилось подниматься, тем хуже становились условия. Передо мной назойливо мелькала спина ловца Хаффлпафа, от усталости всё чаще появлялась мысль сбросить его с метлы к Мерлину… Снитч, наконец, сменил направление и полетел вниз, прямо к гриффиндорским трибунам. Я заметил это чуть раньше, и сейчас из-за Нимбуса у меня оставалось небольшое преимущество…

Через какое-то время соперник поравнялся со мной слева, я не стал церемониться и просто пихнул хвост его метлы ботинком. Получилось не слишком сильно, но этого хватило, чтобы он на пару секунд потерял контроль над ситуацией, а мои пальцы сомкнулись на трепещущем снитче и взлетел вверх. С точки зрения квиддичных правил я ничего не нарушил, так как не целился в игрока… Да даже если бы попал по телу вместо метлы, вряд ли бы судья успела засчитать нарушение, учитывая, что она сама находится на другом конце поля.

Комментатор уныло объявил победу Слизерина, трибуны подняли шум… Я сделал круг почета над полем, посмотрел на табло и вернул снитч судье. Судя по очкам, мы уверенно лидируем в школьном соревновании по квиддичу, и в общем зачете по кубку школы держимся на первом месте. Хотя, конечно, многое будет зависеть от того, с каким разрывом гриффиндорцы сыграют с райвенкловцами.

Все эти мысли вихрем пронеслись у меня в голове, пока я вместе со всеми шел в раздевалку. И хотя победа меня по-прежнему радует, сейчас усталость пересиливает все остальные ощущения. К тому уже в раздевалке я снова почувствовал знакомое ощущение: как будто в груди быстро разгорается костёр. Моей выдержки хватило, чтобы не подать вида до того, как все разойдутся в душевые. И кашель снова прорвался наружу, такой сильный, что у меня заложило уши.

Это был самый длинный приступ за последнее время. В итоге я опустился на скамейку напротив своего шкафчика и быстро смочил платок зельем из флакончика, приложив к лицу. Несколько глубоких вдохов принесли огромное облегчение, горло немного болело, как никогда отчётливо я чувствовал собственную усталость. Внезапно за моей спиной раздался голос Крэбба:

— Знаешь, всё-таки эту проблему надо уладить…

— Я работаю над этим. — вздрогнул от неожиданности я и выпрямился, убирая платок от лица. — Только никому, ладно? Не хочу, чтобы косились.

— Да я молчу. — пожал массивными плечами Крэбб и направился к своему шкафчику. — Но, может, ну его, квиддич? Вдруг станет хуже, так и помрёшь на поле? Оно тебе надо?

— Нет, конечно, что за глупости. — поморщился я и убрал флакончик с зельем в свой шкафчик, платок отправился в карман моей мантии. — Но пока я могу играть, не хочу заканчивать. Хотя бы в этом году.

— Год, значит, н-да? — протянул Крэбб. — Ну, давай. Но если вдруг нужна будет помощь, мы рядом.

— Куда я от вас денусь, друзья мои? — насмешливо уточнил я и, взяв полотенце, отправился в душевую. — Всё будет хорошо. Увидимся в гостиной.

— Как скажешь.

***

Ритуал был назначен за день до начала зимних каникул. Разумеется, я тут же поставил в известность декана, что мне нужно раньше покинуть Хогвартс. Тот без раздумий согласился. Вообще в последние дни он пребывал в несколько разобранном состоянии, хотя и старался по-настоящему не подавать вида, но я замечал, что что-то не так. Правда, я не настолько бессмертный, чтобы лезть к нему с вопросами… Со временем сам расскажет, если захочет. Пока что хватило простого напоминания: если что, я в вашем распоряжении, сэр. Декан просто кивнул. Что ещё больше укрепило моё предположение. Ну и ладно… Подождём. У меня без того дел хватает.

Кстати, всего за пару недель об исключении Уизли говорить перестали. Люди довольно быстро переключились на другие события школьной жизни, да и профессора не ослабляли хватку в связи с приближающимися экзаменами. Хотя упоминания, конечно, остались. Но всё заканчивалось обычно фразами в духе «Лучше бы сдать эти идиотские зелья... Родители взбесятся, если меня исключат, как Уизли, на последнем году!».

И, честно говоря, меня ни капли не удивляет такой исход. Это не первый и явно не последний раз в истории Хогвартса, когда кого-то исключили, а у самих близнецов, так или иначе, хорошие перспективы. Они сдали СОВ с неплохими баллами и, что ещё важнее, оба приноровились неплохо использовать магию. Чистокровные сильные маги с большими амбициями всегда найдут своё место в жизни. Единственным, кто оставался до сих пор жутко недовольным, был Рон Уизли, но это его личные проблемы. Их сестра, например, вообще была больше занята своей личной жизнью, и не похоже, чтобы переживала за братьев. И Мерлин с ними, честное слово, главное, чтобы ритуал в итоге прошёл хорошо.

***

Последнее в этом году парное дежурство снова с гриффиндорцами. И в этот раз Панси категорически отказалась терпеть общество Грейнджер дольше необходимого минимума в общей комнате старост. Так что именно мне предстоит ходить с Грейнджер по коридорам. Не критично, но приятного всё равно мало. До каникул оставалось дай Мерлин, полторы недели, и мне не хотелось напоследок скандала. Но и не уступить Панси я не могу.

В общей комнате старост мы утвердили маршрут патруля и разошлись каждый в свою сторону. Сегодня на мою долю выпали подземелья и первые этажи. Грейнджер, что удивительно, молчала. Правда, при этом упорно буравила меня взглядом. Через полчаса я не выдержал и, не оборачиваясь, спросил:

— И? Говори уже, в чём дело.

— С чего ты вдруг решил? — с вызовом переспросила Грейнджер.

— С того, что ты меня взглядом сверлишь без конца. — устало отозвался я, насмешливо добавив. — Будь у нас другие взаимоотношения, я бы предположил, что ты влюблена, и был бы вынужден тебя огорчить, так как уже помолвлен.

— Кто в здравом уме может в тебя влюбиться, Малфой?! — вспыхнула Грейнджер.

— Потише, это уже тянет на оскорбление. — усмехнулся я. — И вообще, я шучу. Что за привычка всё воспринимать исключительно всерьёз… Чем спорить, лучше ответь на вопрос.

Грейнджер промолчала. Ну и ладно, оно мне не надо, настаивать. Передёрнув плечами, я ускорил шаг. Быстрее всё перепроверю, быстрее разойдемся. Миновав несколько лестниц вниз, я проверил классы, как вдруг услышал странный, глухой стук, как будто прозвучавший откуда-то издали.