Между строк

Когда до двери оставался один виток, а выход оказался ровно над ними, Артур замедлился, взял с одной из полок пару пухлых томиков и аккуратно положил их на пол.

Уже наверху шепотом обратился к Констанции:

— Там сидит охранник.

Он подвел ее к двери и вынудил прижаться к стене.

— План будет таков: я сейчас попрошу охранника зайти, проверить, что кто-то уронил книги. Дверь тебя скроет, он не заметит. Я поведу его вниз, буду отвлекать. Когда мы будем там и тебя будет не видно, в этот момент ты должна аккуратно выйти. Дальше нужно пройти в мой кабинет. Нам повезло… то есть, тебе повезло, он располагается близко сюда. Иногда в коридорах пусто, но иногда бывают люди, поэтому прежде, чем идти, посмотрись. Я постараюсь задержать охранника на дольше, но не тяни. И не вздумай там околачиваться.

— Околачиваться? — усмехнулась она тихо — какой, однако, словарный запас!

Кинг прижал палец к ее губам, замер на пару мгновений, отнял руку и как-то очень сухо продолжил:

— Если ты не прямо пойдешь в мой кабинет, я доложу Илье. Это не шутка.

— Хорошо, хорошо. Как дойти?

Артур достал из внутреннего кармана пиджака ручку, взял ладонь Констанции и принялся рисовать маршрут. Она старалась сохранять отстраненный, безразличный вид, как будто это прикосновение не вызвало у нее никаких щекочущих ощущений в животе.

С корявой схемой и с колотящимся сердцем, она прижалась к стене. Кинг открыл дверь, спрятав тем самым Констанцию, и громко произнес:

— Алексей Иванович, а кто в последнее время был в хранилище?

Раздался приглушенный, трудно различимый ответ.

— Это просто что книги лежат на полу уронены.

Охранник снова что-то ответил, что, кажется, поставило Кинга в тупик. После небольшой паузы он укоризненно заметил:

— Это ведь может быть что-то важное. Кто бы стал просто так кидать ловцы с полок?

Неясное бормотание.

Кинг изобразил язвительный смех.

— Алексей Иванович, даже если это действительно мыши — особенно если это мыши — мне кажется, это требует вашего внимания. Пойдемте, я покажу.

Наконец, послышался скрежет стула по полу, глухие, шаркающие шаги. Артур и Алексей Иванович стали неторопливо спускаться по дорожке — Кинг держался стеллажей, а охранник совершенно беззаботно топал вдоль поручня, то и дело брякая по нему рукой. Как будто его совершенно не заботило, что за этим ненадежным на вид ограждением открывалась бездна.

Так или иначе, скоро мужчины прошли первый виток, и теперь Констанция была вне поля их зрения. Она обошла дверь и проскользнула в небольшое помещение без окон. Тут стоял стол с компьютером, стул с накинутым на него дутым жилетом, какой-то старенький стеллаж. Очевидно, вотчина охранника. Воздух был тяжелый, но зато после весьма освежающего хранилища — теплый.

Констанция торопливо прошла к двери и выглянула из-за нее. Налево уходил коридор со множеством дверей. Артуровская была за поворотом. То есть нужно было пройти мимо двух помещений, одно из которых являлось туалетом, затем свернуть налево — и вот он, офис Кинга.

Не мешкая, Констанция поспешила вперед, но не успела преодолеть и половину расстояния.

— Разумеется, это нужно сделать быстро, — услышала она голос Нелидова в тот же момент, как отворилась одна из дверей.

Еще пара секунд, и Констанция столкнулась бы и с ним, и с его собеседником нос к носу.

Времени на раздумья не оставалось, пока ее не обнаружили, она юркнула в дверь, что была перед кабинетом, и оказалась в туалете. С писсуарами, но, к счастью, без посетителей.

Облегченно выдохнуть не удалось: ручка дернулась, что вынудило Констанцию стремительно влететь в одну из кабинок и запереться там. Она взобралась на унитаз, снова порадовавшись кроссовкам.

Конечно же, посетителями уборной оказались Нелидов и кто-то еще, кого Констанция пока так и не смогла распознать.

Делая свои дела, они продолжали беседу.

— Ну сам посуди, если бы Торин хотел закрыть дело, уже б закрыл, — это был Нелидов. — Зуб даю, у него там какая-то выгода.

— А че за выгода-то?

Констанции не был знаком второй голос. Она попыталась разглядеть что-то в щель, но быстро вспомнила, где находилась, и что делали эти люди, поэтому стыдливо прикрыла глаза.

— Да элементарно хотя бы — бабло: этот Калиостро рубит миллионы. Башляет Торину, тот его прикрывает. А может, Торин всю эту схему сам и нарисовал.

— Да ну, думаешь, он бы стал…

— А кто б не стал! Ну, я бы, конечно же, не стал, и ты бы не стал. Но этому закон не писан. Он всегда сам себе хозяин, и пора его приструнить. Так что наша завтрашняя проверка будет очень кстати. Небольшая, так скать, бюрократическая проволочка никому еще зла не делала. Кроме тех, кто что-то нарушает, уж конечно.

Нелидов хохотнул.

— А Кинг-то что-нибудь говорит полезного?

Мужчины переместились к рукомойнику, включили воду. Теперь Констанция без зазрений совести стала разглядывать в щель собеседника Нелидова, и ей это, пожалуй, удалось, но человек все равно не показался знакомым. Рыжеватые волосы, пышные сверху и почти сбритые по бокам, светлая рубашка, темные брюки. Лицо с мягкими, невыразительными чертами — столкнись в столовой, прошла бы мимо.

— Илья везде пихает свою эту Непейпиво, Кинг сказал, что если где-то чето она, то это значит, Торин что-то планирует. Так что я за ней приглядываю.

— Приглядываешь? Не переусердствуй приглядывать-то, а то тебе Торин яйца оторвет.

Оба рассмеялись этой шутке.

— Ты видел видео? К чему там приглядываться-то? Плоскодонка.

— В видео, говорят, не она. Монтаж или чет такое. Ну и сам-то ты ее видел? Там сиськи нормас такие, видно, что свои. И жопа что надо.

Констанция прикрыла глаза, борясь с раздражением. Она понимала, что, надевая платье, подчеркивающее фигуру, вызывает у некоторых мужчин — у многих мужчин, возможно — желание оценить ее тело. Ее устраивало, что они могли подумать о том, какая красивая у нее грудь или какие сесуальные бедра.

Но черт возьми, как ужасно вульгарно звучали подобные обсуждения! И что это за неуважение к женщине: «плоскодонка», «сиськи»?

— Еще сказал, что пока потеряли Калиостро. Это мы тоже, кхм-кхм, еще обсудим.

Двое вышли, оставив Констанцию кипеть, как чайник. Сделав несколько глубоких вдохов, она все же немного успокоилась и торопливо прошла к двери. Приоткрыла ее: тихо и пусто. Нелидов со своим приятелем куда-то ушли. Путь к кабинету Кинга был открыт. Констанция преодолела последние метры и, наконец, оказалась в относительной безопасности.