Между строк

Эпизод 6. Глава 4

— Приве-ет, Маруся! — низкий голос Милы обволакивал, как мед, в который попадаются наивные мухи.

— Привет, — улыбнулась Маруся, чьи розовые волосы были собраны в высокий пучок.

Немного пообвыкшись на новом рабочем месте, она перестала одеваться в строгую одежду, но все еще старалась поддерживать некое подобие офисного стиля. Просто теперь ее рубашки стали ярко-розовыми, брюки кожаными, а юбки сопровождались мощными ботинками с кучей цепочек.

— Маруся, у меня к тебе дело на миллион, — заговорщически проговорила Мила. — Мне нужна книга из Абонемента, но я жутко боюсь этих передвижных стеллажей. Поможешь достать?

Разумеется, Маруся охотно согласилась. Как только они с Милой отошли, Констанция проскользнула мимо стола и, стараясь не скрипеть дверью, проникла в самое сердце Абонемента, туда, где светилась на стене карта города с активностями. Но этот книжный артефакт не был целью. Нет, Констанция открыла шкаф и, толкнув стенку, оказалась в потайном ходе.

То, на что она решилась, было скандально, безрассудно и крайне опасно. Но нужно было что-то делать. Что-то, что поможет вызвалить Егора и вновь почувствовать себя уверенно. Что-то, что заставит все ее существо сосредоточиться на одном единственном деле и не думать, не испытывать боль, не мучиться от обиды. Ей нужен был эмоциональный прыжок с парашютом.

Констанция решила проникнуть в Основной Фонд и найти хоть что-то по делу Егора или контролируемым разрывам.

У подножия лестницы она переобулась в предусмотрительно захваченные с собой кроссовки, оставила туфли на полу и полезла наверх.

Осторожно шагая, поднимаясь и спускаясь, проползая и пробираясь по коридорам и лестницам тайных ходов Библиотеки, Констанция тут и там слышала скрип мебели и стук дверей, разговоры коллег, звук льющейся воды, шагов, шелест книжных страниц.

Все это она пропускала мимо ушей, лишь между делом подмечая и быстро рисуя в голове образы. Но в одном узком коридоре, тихо, почти беззвучно ступая, она замерла. Внимание привлекли слова:

— В Новгород они ездили по моему заданию, я ж тебе сказал. Я им велел за две недели Калиостро поймать, вот они задергались.

Это был голос Нелидова.

— Но в Новгород они поехали его упустить, — хохотнул он после небольшой паузы, а потом развеселился еще больше: — Успешно! Может, из-за этого Кинг и психанул со своей Пейводкой, разбежались на фоне совместной неудачи. Хотя он сказал, что это, мол, из-за Торина. Не знаю, может, она уже и на Торине скачет, вот нашему англо-саксу это и не понравилось. Но чет я пока не заметил, чтобы Торин вообще хоть как-то к ней… Да и нахрен она ему, у него там такая секретарша сидит… ой, я б лучше ей вдул.

Констанция начала судорожно соображать, в какой части Библиотеки они находились. В любом случае, это точно был не Основной фонд. Кажется, Нелидов обсуждал секретную информацию с таинственным человеком в пустом кабинете третьего этажа.

Она принялась искать хотя бы крохотную щель, чтобы увидеть собеседника Нелидова, но тщетно. Тогда она внимательно прислушалась к разговору.

— Ну даже если Не-ешь-мясо теперь с ним, у меня есть, чем расстроить нашего руководителя департамента. Посмотрим, посмотрим, как ему понравится мой сюрприз завтра.

Нелидов противно смеялся, но звук становился все глуше — он уходил прочь. А Констанция так и не сумела выяснить, с кем он говорил! Ну… ничего… попробует узнать позже, когда выберется отсюда. Одно было очевидно: причиной утечек действительно был этот мерзкий тип, как они и думали!

Уже скоро Констанция оказалась у простой серой двери: даже здесь, в секретном месте, общее пространство Библиотеки было отделено от Основного Фонда. Только тут не было никаких контрольно-пропускных пунктов. Шаг, и она в запретной части здания. Шаг, и Илья никогда ее за это не простит. Шаг, и она совершила серьезное нарушение, ведь одно дело находиться здесь по поручению руководителя, другое — вопреки его запрету.

Все чувства обострились, сердце колотилось так громко, что его стук отдавал в висках, по коже пробежала волна дрожи. Констанция сосредоточилась на своем дыхании и громкости шагов.

Итак, теперь следовало понять, что искать. Где книжники хранили записи об экспериментах с Егором? Где Артур взял «Джейн Эйр»?

Время от времени Констанция останавливалась, прислушиваясь, но то ли коллеги здесь говорили очень тихо, то ли ход шел по самым безлюдным местам, но услышать хоть что-то интересное ей так и не удавалось.

Она намеренно не шла к кабинету Артура: ту часть она успела исследовать ранее (и уже знала, что там не было ровным счетом ничего интересного). К тому же опасалась встретиться с Кингом или еще хуже — с Ильей.

Изыскания Констанции долго ни к чему не приводили: Основной фонд в своей самой секретной части оказался похож на муравейник с бесконечным количеством темных коридорчиков, туннелей и лестниц. В них было душно. Констанция устала и взмокла. Она могла только благодарить себя за предусмотрительную смену обуви.

Однако, наконец, архитектура поменялась: коридор стал заметно шире, уходя чуть вниз, а затем вдруг завершился гладкой черной стеной с одной небольшой дверью. Сверху висел тусклый фонарь, который и дал возможность оценить детали.

Констанция подошла ближе, прислушалась — тишина. Осторожно надавила на дверь, та с тяжестью поддалась и медленно отворилась, впуская в затхлый коридор резкий порыв холодного воздуха. По ту сторону притаилось что-то темное, мрачное и загадочное.

Двигаясь с предельной осторожностью, стараясь не издавать ни единого звука — даже почти не дыша — Констанция протиснулась в образовавшийся проход и все же не сумела совладать с тобой, изумленно ахнула: она очутилась на ярусе очень странной библиотеки.

Помещение, похожее на гигантский колодец, спиралью опоясывали бесконечные ряды книжных стеллажей. Они начинались наверху, в мутной сероватой синеве, спускались в чернильную полутьму на уровне, где находилась Констанция, и утопали в непроглядной черноте внизу. Вдоль стеллажей вилась огороженная потускневшими металлическими поручнями дорожка шириной не больше обычного тротуара. По одну ее сторону зияла пустота колодца, по другую громоздились полки, сплошь уставленные одинаковыми томами.