Страница 71 из 125
«Что насчет ужина двух равнодушных коллег?»
«Я готова. А ты точно готов?»
«Нет никого готовее меня»
«Сможешь сохранить хладнокровие, как будто я тебе совершенно безразлична?»
«I’ll do my best»
Констанция скривилась, глядя на эту милую переписку.
«Тогда завтра в семь»
«Отлично. Открылся один новый ресторан на Лесной»
Она фыркнула: какое совпадение, недалеко от его дома! Ну уж нет, она не потащится на другой конец города.
«Нет, пойдем в тот, где мы тогда встретились. Я была с Ильей, а ты со своей девушкой»
«Ок! Не могу дождаться увидеться с тобой. С безучастием и равнодушием, твой коллега»
На следующее утро Констанция встала пораньше: ей нужно было выглядеть идеально и даже чуточку лучше.
Именно поэтому она уложила длинные волосы в голливудскую волну, или, по крайней мере, в то, во что она научилась укладывать их благодаря ролику в интернете. Потратила на макияж чуть больше времени, чем обычно. Достала самое вызывающее платье — темно-красное, как кровь, что бурлила сейчас у нее в венах от обиды и ярости — с глубоким прямоугольным декольте, в котором грудь смотрелась особенно привлекательно, и с разрезом на подоле до середины бедра. Считалось моветоном одновременно показывать и грудь, и ноги, но здесь длина казалась почти монашеской, пока Констанция не садилась. Тогда ткань тут же оголяла колени, ниспадая аккуратными складками. Кстати пришлись чулки с черными стрелками сзади — пикантная деталь, которая придавала образу сексуальности. Констанция достала из шкафа не самые удобные, но очень элегантные туфли. На персонажей в таких охотиться не стоит, а вот на мужчин — в самый раз.
Она посмотрела на себя в зеркало, представляя на мгновение Кинга у своих ног. Буквально. Она так легко могла вообразить его сидящим на полу, разглядывающим ее щиколотки, аккуратно, почти с опаской касающимся ее коленей в капроновых чулках.
Этот образ она пронесет через весь день.
На улице ее действительно провожали взглядами. В Библиотеке первой Констанция встретила Милу, и та сразу ощутила перемены.
— Что случилось? — прошептала она, оглядывая Констанцию.
Ответ в духе «что ты имеешь в виду?» ее, разумеется, не удовлетворил.
— За дуру меня не держи.
— Давай не будем обсуждать то, что еще не произошло? — предложила Констанция.
— В том-то и дело: мне кажется, что что-то произошло. Ты выглядишь как жена дьявола.
Мила искренне переживала, но сейчас это было ни к чему. Чтобы все прошло успешно, важно было сохранить эту агрессивную сексуальность, которую Констанция целенаправленно в себе пробуждала.
— Пойдем, попьем кофе в столовой, — сказала она.
— С утра? — Мила схватилась за сердце. — Разве мы уже заслужили это?
Констанция широко улыбнулась, и ее собеседница с тревогой заглянула ей в глаза.
— Солнце, что случилось, кто тебя обидел? Расскажи Миле, и я откушу ему голову.
На это Констанция жестом предложила оставить холл и пройти в столовую. Громко цокая набойками, разнося эхо своих шагов по главному холлу Библиотеки, она произнесла:
— Сама откушу.
Предприняв еще несколько попыток выяснить, что случилось, Мила, наконец, сдалась и стала рассказывать о себе, о последней охоте и об очень хорошем кондиционере для волос, который попробовала тем утром. Констанция молча слушала, иногда кивая.
Вскоре, как и ожидалось, в столовую вошел Кинг. Он был в компании незнакомого Констанции коллеги. Кажется, она видела его в Основном фонде, когда Нелидов отчитывал всю команду за плохую работу по делу Калиостро… Уверенности не было, но и разницы тоже. Ее интересовал только Артур.
Взяв поднос, он выбрал булочку, налил себе чай, сел за стол. В этот момент Констанция встала со своего места и, покачивая бедрами, прошла к кулеру, чтобы налить воды. Наполнила стакан, направилась к своему месту. Почти пройдя мимо столика Артура, бросила на него взгляд и, будто бы только заметив, улыбнулась и кивнула в знак приветствия. Он не отрывал от нее взгляда, и только когда она почти вернулась к своему месту, будто опомнившись, произнес «доброе утро».
Мила, едва Констанция села, тут же склонилась чуть вперед и зашептала:
— Так вот для кого это. Но почему у тебя вайбы самки богомола, а не матки пчелы?
Констанция скривилась:
— Что за энтомологические метафоры?
— Я чувствую энергию разрушения, а не созидания, — не сдавалась Мила. — Когда женщина хочет, даже чисто теоретически, создать новую жизнь, у нее особая аура. Когда она хочет эту жизнь отобрать — аура совсем другая.
— Ты невероятно тонкий психолог, — мрачно заявила Констанция, бросая вызывающий взгляд на Кинга, и тут же отворачиваясь.
— Что он сделал?
— Он просчитался. И теперь будет страдать.
Мила разочарованно подперла лицо ладонями.
— Эх… А мне только показалось, что у вас дела пошли на лад… Жаль, что он все испортил.
Констанция с теплотой взглянула на Милу: подруга была на ее стороне, даже не зная, что случилось. Это как будто на время наполнило Констанцию светом, но то была лишь короткая вспышка. Следом сердце снова покрылось корочкой льда.