Между строк

Эпизод 4. Глава 1

Эпизод 4. ' Карету мне, карету! '

— Разрыв в школе.

Арина окинула взглядом коллег. В офисе было всего двое охотников, при этом Рита только-только вернулась с охоты. Трижды взгляд Арины останавливался на лице Констанции, но это выглядело не как попытка определить, подойдет ли именно эта книжница для данного задания. Что-то в поведении зам начальника отдела казалось странным.

— Ну, я давай возьму, — произнесла Констанция с нотками сомнения в голосе.

Сомнение, разумеется, было вызвано нетипичным поведением Арины. Так-то Констанция была свободна, как раз закончила отчет по предыдущему делу.

— Хорошо, — очень коротко согласилась Арина и, отведя взгляд, предложила пройти в Абонемент.

В Абонементе подозрительно себя вела Маруся. Она суетилась, была крайне предупредительна, а в конце многозначительно посмотрела на Констанцию и, передавая ловец с формуляром, как-то очень эмоционально сказала:

— Вообще, ты не парься.

— Хорошо… не буду… — ответила Констанция, почти готовая учинить допрос.

Но где-то там ее ждал персонаж. Поэтому, проводив Марусю недоуменным взглядом, Констанция пошла прочь.

На задание она выезжала одна: Аврелию еще днем ранее было поручено самостоятельное дело, и сейчас он им занимался. Наученная опытом, Констанция созванивалась с ним каждые два-три часа. Прошлым вечером они проговорили по телефону более часа. Это было ново и даже интересно.

Школа, в которой произошел побег персонажа из книги, находилась в доме с самым классическим питерским желтым фасадом, какой только можно представить. Образовательное учреждение располагалось в историческом районе между каналом Грибоедова и рекой Пряжкой. Не самый центр, но до Мариинки и Никольского собора рукой подать.

По пути к школе Констанция изучила списки литературы: что в каком классе проходили. Столько знакомых произведений, с героями которых она встречалась лично! И еще больше романов и повестей, персонажей которых видеть не доводилось.

Разумеется, не было никаких гарантий, что сбежал кто-то из школьной программы: сотрудник школы мог читать в свободное время, ребенок мог зайти в библиотеку и взять книгу на свой вкус. Но ведь всегда хотелось надеяться на самый простой вариант. Скажем, ученик готовился к предстоящему уроку литературы и увлекся.

На входе Констанция сказала, что ей нужно было в канцелярию, подать заявление на питание. Она выдумала это, вспомнив случайно подслушанный разговор коллег, и ее пропустили. Если бы здесь учился ее ребенок, она серьезно озаботилась бы его безопасностью, но будучи книжницей, осталась довольна.

Шли занятия. Констанция добралась до школы от Библиотеки очень быстро: такси донесло ее всего за двадцать минут, поэтому по ее предположениям, если персонажа все же оживили на литературе, урок мог еще не закончиться. Но стоило поторапливаться, поэтому она стремительно шагала по школьным коридорам, полагаясь на интуицию. Ну и читала надписи на дверях. Нашла кабинет с надписью «Литература» и заглянула внутрь.

— Здравствуйте, я из театра, — уверенно заявила она в первом, — ищу коллег. Они должны были присутствовать на уроках литературы. Играть персонажей классических произведений.

Учительница недоуменно покачала головой.

— Меня ни о чем подобном не предупреждали, — заявила она, а затем попыталась задать вопросы, явно заинтересованная такой активностью.

Но у Констанции не было времени плести паутину лжи, поэтому она, довольно грубо оборвав даму, спросила:

— А где здесь еще литература? Мне нужно срочно коллег найти. Им свечи нужны были…

Учительница назвала номер еще трех кабинетов.

В коридоре Констанция достала ловец и вытащила антенну. У первого помещения он никак себя не проявил, и все же она заглянула внутрь.

Судя по всему, перед ней были старшеклассники, возможно — выпускники. Они о чем-то оживленно беседовали с учителем. Однако «актеров» тоже не видели.

У второго кабинета ловец стал ощутимо теплее. Констанция открыла дверь с надеждой, но здесь, похоже, писали сочинение: в классе царила тишина, дети склонились над тетрадями, учительница сонно листала журнал. Все дружно подняли на нее взгляды.

Было странно и приятно не ощутить когда-то привычного стыда. Сколько раз, будучи школьницей, Констанция вот так заглядывала в класс и мечтала сгореть на месте. Прикованное к ней одной внимание вызывало онемение. Ужасное, ужасное чувство нескладности, бестолковости, ненужности, с которым она жила.

Спустя девять лет после окончания школы Констанция, наконец, приняла себя и даже полюбила достаточно сильно, чтобы не испытывать ни смущения, ни стыда, оказываясь под десятком взглядов.

Из третьего кабинета доносились громкие голоса. Ловец стал горячим.

Кто же ждал ее за дверью? Обломов, развалившийся на парте? Булгаковский кот Бегемот? Игорь Святославович в своем княжеском облачении?

Констанция не стала стучать, она тихонько приоткрыла дверь. Хотела дать себе время оценить обстановку.

Дети — на вид класс восьмой или девятый. Тот возраст, когда одни выглядят как студенты вуза, а другие — как будто только убрали на полки кукол и машинки. Явно возбужденные, те, кто на задних рядах — стояли. Учительница возраста тоже неопределенного, ей могло быть как тридцать, так и пятьдесят. Она стояла у доски и спорила с молодым на вид мужчиной, одетым по моде прошлых лет.

— На что вы рассчитывали? — вопрошала она. — Вас не было три года! Ни строчки не написали.

— Хотел объехать целый свет, и не объехал сотой доли. Я думая о ней встречал рассвет, да ей уж до того ли?

Молодой человек картинно прошелся вдоль школьной доски, и Констанция смогла получше разглядеть его костюм. Кажется, что-то Пушкинских времен или около того. Уже не пышная барочная елизаветинская эпоха с париками и золотым шитьем, но еще не сдержанный чеховско-горьковский стиль. В общем, определенно — девятнадцатый век.

— По-вашему, Софья должна была все это время сидеть у окошка и ждать вашего возвращения? — поинтересовалась учительница язвительно.

— Я упрекать неверностью не стану, любви девичьей короток век. Но думал, что приду к фонтану, а оказался у иссохших рек.

— Сами и виноваты, — прокомментировала это учительница.

— Но если бы она любила, дождалась бы! — воскликнула девочка с первой парты.

— Настенька, ей было четырнадцать, когда он уехал. Вещи собрал и привет семье.