Между строк

— Итак, как только Валера окажется под наблюдением, нам нужно будет вынудить его связаться с Калиостро, — заключил Илья, усаживаясь обратно за стол.

— Но нет уверенности, что он с ним встретится, а не просто созвонится… — заметила Констанция. — Это должно быть что-то очень важное.

— Давайте сделаем brainstorm, — предложил Кинг, слово «брейншторм» в его исполнении прозвучало с типично британским «сто-ом» вместо «шторм».

Констанция с интересом наблюдала, как это происходило. Оперативники быстро включились в процесс, они накидывали идеи как знатоки в «Что? Где? Когда?». Одна версия, вторая, третья — быстро, без повторов, иногда развивая мысль другого. Артур руководил, ничего не отвергая, только подстегивая к дальнейшим рассуждениям «еще, еще». Илья по большей части молчал, фиксируя некоторые идеи.

Во время брейншторма возникла версия, которую Констанция активно поддержала: нанести Валере физический вред, чтобы вынудить Калиостро помочь своему шпиону. Но когда обсуждения свернули в это русло, Илья многозначительно и неодобрительно прочистил горло, и Артур сказал «хорошо, дальше».

Вскоре они остались с тремя вариантами. Первый: скормить Валере якобы важную информацию, которую стоило бы передать Калиостро. Второй: убедить Валеру, что он раскрыт, и идти ему больше некуда — только «к своим». Третье: дать ему в руки якобы важный артефакт, который он наверняка захочет передать Калиостро лично в руки.

Последняя идея показалась Констанции наиболее удачной, так как все остальное Валера мог решить телефонным звонком.

Илья кривился: ему казалось неправильным брать за аксиому, что во главе заговора стоял Калиостро.

— Ну не Валера же всем этим управляет, — закатила глаза Констанция. — Ты видел его вообще?

— Он несколько лет водил за нос всю Библиотеку, включая Ю, — бросил Илья, разглядывая какие-то бумаги, — давай не будем полагаться на твою уверенность, что все вокруг идиоты.

— Но и не стоит слишком надеяться, что это не так, — проговорила Констанция, чем вызвала смешки у некоторых коллег.

— Нужно выбрать версию и проработать ее, — заключил Артур. — Сейчас Миша уже будет на Крестовском. Как только получим сигнал, что Валера под наблюдением, мы должны начать действовать.

— Еще бы сделать так, чтобы они встретились в правильном месте, — заметил Гоша. — На территории Калиостро мы снова можем его упустить.

Илья кивнул:

— У нас будет только один шанс использовать Валеру.

Констанция встала и начала прохаживаться по кабинету, остро ощущая направленные на нее взгляды.

— Что, если я с ним встречусь? — предложила она.

План еще не до конца оформился в ее голове, но что-то уже мелькало на краю сознания.

— Он знает, что ты в нашей команде, спасибо Нелидову, — напомнил Илья.

— Но не знает, что я знаю о его роли. Я смогу обмануть его.

— Что ты ему скажешь? Какую ложь? — спросил Артур.

— Погоди, я думаю… — она закрутила волосы в узел, как будто это должно быть помочь найти ответ. — Он выуживал… И Нелидов… Потом Лена…

Констанция бормотала себе под нос, пытаясь выцепить из клубка мыслей нужную нить.

— Он знает о «Джейн Эйр»! — воскликнула она с триумфом посмотрев на Илью и Артура.

Разумеется, остальные члены команды не поняли, о чем шла речь.

Илья кивнул, Артур поднял бровь.

— Смотрите, — заговорила она, обращаясь в первую очередь к ним двоим, — Лене о том, что стажер читал «Джейн Эйр», сообщил именно Валера. С чего он взял, что это важно или хоть кому-то интересно? Да просто он, возможно, давно знал об исследованиях и Егоре — и не от Нелидова, который сам был не в курсе. Очевидно, Валера ведет свою шпионскую деятельность уже какое-то время, и Нелидов с Леной — не первые, кто делится с ним секретами Библиотеки. И вот он, зная о Егоре, сопоставил факты. Учитывая, что Аврелий — именно мой стажер, он, возможно, догадался, что это за «Джейн Эйр».

Кивки в ответ побудили ее продолжить.

— Я попробую убедить его в том, что эта книга — мечта любого персонажа. Скажу, что еще Ю ею пользовался для… ну для своих дел. Наплету чего-нибудь. В общем, это — тот самый «артефакт», который нам нужен!

— Ему не покажется странным, что ты вдруг стала милая и открытая? — Артур потер подбородок. — Мне бы показалось.

Послышались смешки. Даже Илья хмыкнул. Констанция мрачно глянула на Кинга, и он уточнил:

— Я имею в виду с ним, а не со мной.

Стало только хуже.

— Не покажется, — твердо заявила она.