Охотник

И жук полетел. Света поспешила за ним: попробуй еще успей, когда вокруг нет ни метра ровной земли. Хорошо, что летают такие жуки медленно. И вот в один момент жук нырнул в стену темного стекла. Света запомнила место и устремилась за ним. Горячий воздух, плотный и с привкусом гари, обдал девочку, рванул на ней одежду, растрепал волосы, кинул в лицо горсть песка.

Светлане казалось, что она может разглядеть цвет воздуха. Ей пришлось прищуриться: в воздухе висела пыль, колючая, горячая. Девочка принялась оглядываться по сторонам. Именно эту пыль ей и нужно было собрать, но сильный раскаленный ветер, дувший вдоль Черты, поднимал пыль в воздух. А сама земля была похожа на гладкий, почти черный растрескавшийся бетон. Света поняла, что ей придется поискать то, за чем она сюда пришла. Девочка огляделась, насколько это было возможно сделать в пыли и чаде, и, к своей радости, увидала складку на грунте метрах в двадцати от того места, где она вошла за Черту. Там, как ей казалась, собралась пыль. Девочка обернулась на стену за спиной, чтобы запомнить, где она вошла, но разве тут что-нибудь запомнишь? Кругом все одно и то же: гарь и ровное «стекло» Черты. Ладно, она разберется, Светлана была в этом уверена.

Она двинулась к складке на грунте, и чем ближе подходила, тем отчетливее видела нужное ей вещество. Подошла, встала на колено, положила палку рядом и стала, обжигая руку, сгребать раскаленную пыль. Пыли тут было много, ее просто нужно собрать в кучку, и тогда можно зачерпнуть прямо банкой. Обжигаясь и торопясь, Света сгребала пыль рукой и сразу наполнила треть банки. Обрадовалась. Она собиралась набрать полную банку. Света, в очередной раз обжигая ладонь, приступила к следующей кучке и, когда уже сгребала ее в банку, поняла, что за спиной кто-то есть. Не почувствовала и не догадалась, а именно поняла!

Это было глупо, но от неожиданности девочка не развернулась к опасности лицом, а замерла. Прождала так пару секунд и лишь потом оглянулась. Прямо в пяти метрах от нее белело пятно. Во всей местной багрово-черной палитре оно показалось девочке.. ну, неуместным как минимум. Или даже странным. А еще спустя секунду Света поняла, что это светлое пятно напоминает ей женщину. Да, это была женщина, очень легкая и слегка прозрачная, как туман, ее можно было бы принять за видение, если бы раскаленный ветер не трепал ее одежду так же, как и на Светлане. Не волновал ее белые-белые волосы. Женщина висела сантиметрах в десяти над землей, и девочке стало ясно как день: перед ней был.. страж! Тот самый страж, о котором ей рассказывал Лю. Боже, ну конечно.. Это был страж Черты! Господи.. Как? Ну как Светлана могла позабыть про него? И Лю! Этот идиотский Лю ей не напомнил про стража, ну как ему вообще можно теперь доверять? Тут она даже разозлилась.

«Лю.. Лю.. Ну почему ты не напомнил мне о них?»

Несомненно, Любопытный был виноват в том, что Света забыла, что тут есть стражи. Светлана взглянула на женщину, а потом на то место, где был выход. В принципе, если побежать.. Догонит ли ее белая старуха? И как бы там ни было, девочка почти не ощущала страха. Наверное, она была уверена, что ей удастся уйти. Может, поэтому. А белая женщина так и висела над землей, не приближаясь. Да, это была старая женщина, девочка даже смогла рассмотреть ее лицо. Глаза старухи были полуприкрыты, словно от боли или от усталости. Старуха рассматривала Свету, и ей показалось, что во взгляде не было злобы, скорее сожаление и усталость. Да, усталость. Как будто видела таких, как Света, уже тысячу раз и заранее знала, чем все закончится.

А девочка тем временем пришла в себя, оцепенение ее прошло, и она закрыла крышку неполной банки. Две трети – этого хватит. Светлана не глядя, стараясь не отрывать взгляда от белой старухи, закинула банку себе за спину, в рюкзак, и, все так же глядя на стража, присела и подняла с земли свою палку. Страж не шевелился, так и висел в десяти сантиметрах от земли, на том же самом месте, позволяя девочке спокойно встать. И лишь когда Светлана поднялась во весь рост, старуха пошевелилась.. Она протянула вперед обе руки, словно приветствовала девочку или предлагала ей вложить руки в свои.

— Чего вам? – шепотом произнесла Света и покачала головой. – Нет..

Конечно, она не собиралась прикасаться к этим полупрозрачным белым рукам старухи. А старуха не сдвинулась с места, но и рук не опустила. Так и висела над землей, мало того, она и не приблизилась к девочке, она ждала, что Светлана сама подойдет к ней.

Да вот уж фиг.. Света не собиралась к ней подходить, она уже поправила рюкзак и готова была побежать к стене, а белая старуха все висела с протянутыми руками, а черный ветер трепал и трепал ее одежду и волосы.

Девочка взглянула в ее лицо и вдруг поняла, что Старуха.. плачет, что ли? Да, лицо Белой женщины было.. грустным? Нет. Печальным? Нет, опять не то. Оно выражало скорбь. Безутешную скорбь. И Светлана догадалась: причиной этой скорби являлась она сама.

— Что? – резко крикнула Света.

А Старуха так и висела на месте.

— Что вам? – Девочка без нужды поправила рюкзак. – Что вам нужно?

Но ничего не изменилось, и скорбь на лице женщины не исчезла. Светлане даже показалось, что Старуха склонила голову, словно умоляя ее.

— Зачем вам это? – не понимала Светлана.

А женщина все так же не двигалась и не шевелилась. Теперь девочка была уверена, что Старуха умоляла прикоснуться к себе. К своим рукам.

— Это вам нужно? Да? – Света очень, очень не хотела этого делать. – А я не пострадаю от этого?

И лицо Старухи сразу прояснилось. Выражение скорби сменилось выражением просьбы, даже мольбы. Да-да, ты не пострадаешь. Не пострадаешь. Женщина улыбнулась. И девочка поняла, что это была самая добрая, самая теплая улыбка из всех улыбок, которые она видела за свою жизнь.

«Может, это и не страж?» – сама себя успокаивала Света, делая шаг, и еще шаг, и еще..

Она переложила палку в правую руку и протянула Старухе левую, черную от сока фикуса. Белая женщина все так же улыбалась. Света не спешила, она все ждала подвоха и была готова кинуться прочь в любую секунду, но причин на то не было. Старуха и не шелохнулась. И все равно девочка побоялась прикасаться ко всей руке и лишь коснулась двумя пальцами пальцев женщины. Едва-едва дотронулась, как дикая и острая боль скрючила ей пальцы, пронеслась по руке, взвилась к затылку и взорвалась в голове так, что у девочки заломило глаза, и она их тут же зажмурила. Ее ноги подкосились, вялые и слабые, она, выронив палку, упала на колени, едва не свалившись на бок..