Охотник

Глава 46

Она ждала его реакции. Боялась, смотрела ему в лицо с замиранием сердца. А вдруг он подожмет губы, или поморщится, или еще каким-нибудь способом выкажет неприязнь. Но он только удивился поначалу:

— Что? Прищемила, что ли?

И тут же, не дождавшись ответа, взял ее руку и стал без намека на страх или брезгливость мять пальцы, словно он был врач не хуже молодого хирурга Сергея Владимировича. Уже только за это, за то, что он не отшатнулся и не скривился, за то, что просто не побоялся прикоснуться, Света была очень, очень благодарна Владу.

— Офигеть! – Пахомов оторвался от ее пальцев. – Это что такое?

— Никто не знает, – отвечала девочка. – Я просила хирурга отрезать это, но он отказывается. Говорит, что нужно заполнить много бумаг.

— Ты хочешь отрезать пальцы? – искренне удивился Влад. – На фига? Не надо, так даже прикольно. И «фак» из такого пальца круто смотрится. Ну-ка, покажи мне «фак»!

Нет, Пахомов, конечно, дурак, но Света неожиданно для себя улыбнулась. Чуть-чуть. Но потом сказала:

— Влад, эта чернота растет. Она меня пугает.

— Да, это я понял, ты какой день сама не своя, волнуешься, уже стала просить до квартиры тебя провожать.

— Я хочу, чтобы эту черноту отрезали, – твердо сказала Света.

— Ну ладно. И для этого надо съездить к кожнику?

— Да, нужно съездить в кожвендиспансер, чтобы какой-то крутой дерматолог написал заключение.

— Ок, погнали, – сказал Пахомов и взял ее за руку, как раз за левую, на двух пальцах которой была чернота. И на которую Света не успела надеть перчатку.

И девочка опять была ему благодарна.

В диспансере народа было очень мало, не то что в поликлинике, а перед кабинетом доктора Гайворонского был всего один человек.

Так что Светлана попала на прием достаточно быстро.

— Удивительное дело, – у доктора были карие глаза чуть навыкате; он наконец оторвался от пальцев девочки, – так, значит, никаких неприятных ощущений вы не испытываете? – Он стал с силой давить на места, где кожа была черной.

— Нет. – Светлана покачала головой.

— По виду некроз, – вслух размышлял доктор, – но ткани абсолютно живые, и края у очагов ровные. – Он вздохнул. – Могу вас немного, совсем немного успокоить.

— Что? Чем? – У Светы появилась надежда.

— Ни на один вид кожной онкологии это не похоже. Впрочем, это вообще ни на что не похоже. На биопсию, как я понял, Серега у вас ткани взял?

— Кто? – не поняла девочка.

— Ваш хирург.

— А, да, взял, на той неделе уже будет готов результат.

— Это очень интересно, я тоже хочу на него взглянуть. Подождем.

— Сергей Владимирович сказал, что вы напишете мне заключение. – Вот чего-чего, а ждать девочка точно не хотела, она желала как можно быстрее избавиться от этой черноты. – Может, напишете сегодня?

— Послушайте, дорогая моя, я хочу вас немного понаблюдать, понимаете, случай уникальный, еще я хочу посоветоваться с одним человеком, с моим профессором, посмотреть анализы, биопсию, сделать соскоб.

— А я хочу избавиться от этого, – тихо сказала Светлана. – Это растет очень быстро. Хочу, чтобы это отрезали.

— Я обещаю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы ускорить процесс, но соскоб и биопсия нужны обязательно, иначе не исключена врачебная ошибка. Я не хочу, чтобы из-за моего головотяпства Сергей Владимирович отрезал вам здоровые ткани.

Нет, эти тупые врачи не понимали Свету, совсем не понимали.

— Давайте поскоблю немножко вашу кожу, – предложил врач, вынося из-за ширмы какие-то неприятные медицинские предметы.

Света молча протянула ему пальцы.

— Все? – спросил Пахомов, когда девочка вышла из кабинета.

— Пошли, – ответила она, забирая у него зонт и надевая на ходу рюкзак.

— Ну а что он сказал-то? Что это у тебя? – Влад пошел рядом.

— Слушай, Пахомов.. – Света остановилась и внимательно поглядела на него.

— Чего? – Он тоже остановился.

Светлана ответила не сразу, ему пришлось подождать, пока она обдумает следующую фразу.

— Ну, чего, Свет?

— Ты мне поможешь?

— Так говори, что нужно. Если смогу, то, конечно, помогу.

— Слушай, Пахомов.. Поможешь мне избавиться от этого? – Она подняла руку и поднесла черные пальцы к его лицу.

— В смысле? – удивился Влад. – Избавиться – это как?

— Пахомов, ты дурак? – строго спросила девочка.

— Ты что, отрезать хочешь? Пальцы отрезать? – уточнил он.

— Пахомов, чернота эта очень быстро растет. Вчера она была только на подушечках, сегодня добралась вот досюда, – она показала ему на сгиб под первой, дистальной фалангой пальца.

Кажется, он понял, о чем она просит. И сразу отвечать не стал.

— Если не сможешь, я сама все сделаю, – сказала Света, – я просто еще не знаю как. Ты мне хотя бы поможешь? Побудешь со мной?

А кого она еще могла об этом просить? Папу? Отца Серафима? Сильвию с Женей? Нет, для подобной миссии они все не подходили.

Сильвию, конечно, можно было попросить, кажется, для них с Женей такая просьба показалась бы пустяшной, Женя и зубами смог бы, наверное, это сделать. Но Светлана вообще не хотела с ними лишний раз встречаться, не говоря уже о том, чтобы просить их о чем-то.

— А может, мы не будем суетиться, может, подождем, пока врачи с этим разберутся. Они ж умные..

С одной стороны, Света порадовалась тому, что Пахомов употребил «мы», ей понравилось, что он не отделял себя от нее, но с другой стороны, она разозлилась, что он не понимает того, как ей страшно.

— Влад, я не хочу ждать, пока у меня оба этих пальца станут черными, мне уже и эту черноту прятать непросто.

— Да понял я, – кивнул он, – ну, значит, будем думать, как это сделать, а пока ты можешь перчатки носить медицинские и маску, мол, боишься свою маму заразить ковидом. Про твою маму все знают, все поймут. Пандемия же.

А Пахомов-то вовсе и не дурак! Она обняла его прямо в коридоре диспансера, пока тут почти никого не было. А он ее поцеловал в губы. Если бы не эти долбаные пальцы.. Он молодец; оказывается, Влад может дать толковый совет. Перчатки – это то что нужно. Света недавно видела в аптеке на Гастелло коробку дорогих черных медицинских перчаток. Такие как раз ей подойдут. На улице она носит розовые, дома и в школе медицинские, и даже папа этому не удивится. В общем, пока не избавится от черноты, это будет решением проблемы.

— Пошли поедим, – предложила Светлана; теперь даже неприятности не лишали ее аппетита.

— О, – сказал Пахомов и уважительно на нее посмотрел, – ты крута. Я так понимаю, что насчет потрескать ты всегда настроена серьезно.