Страница 40 из 78
Соль не доходят. Она и раньше делала всё по-своему, а теперь и вовсе
вытворяет, что хочет, пользуясь тем, что ради сына я всё ей прощу. Так может
и хорошо, что Яна высказалась? Оскорбилась бывшая, но вдруг что-то поняла?..
Сомнительно, конечно. Пацана до истерики довела своими глупостями, поцеловала
на ходу, и улетела, будто ничего не случилось, уверенная, что она ни в чём
не виновата. А кто будет налаживать то, что она разворотила?
Я попытался обнять сына, когда её проводили, но он вырвался.
— Пусти! Ты защищал эту Яну, а маму отчитывал! Она теперь может и не захочет
прилетать. Всё из-за вас!
— А ты, смотрю, снова подслушивал?
— И что? Я должен знать, это моя мама! — выкрикнул сын без малейшего смущения,
и убежал к себе. Вот и поговорили.
Конечно, я не собирался сдаваться, и велел слуге отнести ему ужин, но наверное
это бессмысленно. Вико в этот раз прямо трясло, как и сказала Яна. Мальчишка
только после прошлого визита любимой мамочки в себя приходить стал,
улыбаться и есть начал, и всё по новой. И главное, теперь он и на мачеху
зол. Получится ли у неё найти к нему подход снова?
Хотя, ещё вопрос, удастся ли мне найти подход к ней... Яростный рык через дверь
и что-то влетевшее в створку, ставили под сомнение успех предприятия.
И что она там на своём языке сказала, когда уходила? Послала меня к драконьим
прапредкам? Или к кому похуже? Тоже ещё характерец... А я всего-то велел
пойти в её комнату, чтобы Исольду угомонить и не терзать больше сына их
руганью. Хотел же потом спокойно всё обсудить! Но нет, разобиделась.
Одному мне не обидно, ничто меня не бесит, и убить никого не хочется.
Я метнул сюртук на кресло у кровати, а сам рухнул на постель. После вчерашней
драки тело ныло, пара ушибов болела, а ожог на ноге тянуло. Проклятые твари,
достали-таки огнём! Когда нажрутся уже?!
От усталости клонило в сон, но я попытался снова поговорить с сыном. Вико спал,
тоже прямо в одежде, на ресницах блестели слёзы, на бледном лице под глазами
залегли тени.
— Бедный ты мой...
Осторожно поцеловав его в лоб, я тихо вышел. Может и к лучшему, что не чувствую
искры истинности? Сын этого не перенесёт, а если Исольда и при мне тут
спектакли устраивает, так что начнёт творить, останься Вико с Яной вдвоём?
И всё же странно, что и не чувствую толком, и не исчезает она совсем. Может,
стоит поделиться с кем-то? С лекарем? Они же должны тайну больного
хранить?.. Но ведь я здоров, просто что-то не то со мной.
Хоть бы с кем-то поговорить! А нельзя. Вот если бы Яна приняла долголетие от
меня, тогда было бы можно. Тогда ни одна драконица уже не грозила бы мне
браком. Но как её уговорить? Везде тупик.
Я вернулся к себе и рухнул спать, а утром, ещё туман даже не рассеялся,
прибежала Санда.
— Хозяин, жену вашу похитили! Её крыса чуть живая, трясётся вся и еле дышит!
Существо летело по ветру, и пока не было признаков, что оно меня почуяло, а я
распласталась на холодных, острых камнях, накрывшись плащом с головой. Вдруг
не заметит?
Виверна была значительно меньше дракона, как и говорил Вико, хотя в остальном,
если не присматриваться, то и не отличишь. А вот если приглядеться, то сразу
бросается в глаза, что у этих созданий очень мощные задние лапы, более
тонкий и длинный хвост, гибкий, извивающийся, будто живущий своей жизнью, а
вместо передних лап перепончатые крылья с большими когтеобразными выростами
на сгибе и по краю.
Существо, издавая пронзительные крики, покружило над гнездом, и я заметила в
его лапе какую-то мелкую зверюшку, вроде зайца. Добыча была сброшена
детёнышам, нетерпеливо прыгающим и разевавшим пасти, а потом и сама мамаша,
хотя, может и папаша, спланировала вниз, уцепилась за край гнезда, помахала
крыльями, ища равновесие, и склонилась к отпрыскам, издав рычащий клёкот.
Нежничает. Даже виверны нормальные родители, в отличие от некоторых дракониц.
Н-да. Молодец, Пухова, нашла о чём подумать на пороге смерти...
И только мелькнула эта мысль, как ветер изменился, закрутился вокруг меня,
будто хотел собрать больше моего запаха, и швырнул его прямо в сторону
гнезда.
Виверна вздрогнула, склонилась к детёнышам, прикрыв их крыльями, и зашипела,
вытянув шею. Два небольших пластинчатых гребня на её голове поднялись и
воинственно застыли.
Сердце ушло в пятки, я съёжилась под плащом и тихо заскулила от ужаса.
— Не надо, птичка... Пожалуйста!.. — приговаривала еле слышно, во рту пересохло
так, что голос скрипел.
Было страшно смотреть, как виверна принюхивается, но закрыть глаза было ещё
страшнее. И вдруг тварь сорвалась с края гнезда спиной вниз, исчезла на пару
секунд и поднялась в воздух.
Она присматривалась и заметила меня. Кожу закололо от этого взгляда, я не могла
двинуться, явственно ощутив голод и ярость существа, тело перестало
слушаться, исчезли все звуки, кроме стука моего сердца.
Виверна двинулась ко мне, сначала медленно, и от этого зрелища дышать стало
нечем. Я делала судорожные вдохи, но воздуха не хватало, меня замутило.
Зверюга истошно заверещала и ринулась вперёд. Её лапы с острыми, загнутыми
когтями приближались, росли в моих глазах, и мелькнула идиотская мысль, что
лапы эти как у курицы с четырьмя пальцами.
Я затаила дыхание, мозг отказывался принимать, что это конец, требовал что-то
сделать, бороться, но тварь была в несколько раз больше меня. Я съёжилась
сильнее, будто это могло помочь, и...
Что-то произошло.
Сквозь панику до меня не сразу дошло, что вокруг потемнело, раздался яростный
рёв, а виверна дёрнулась к гнезду. В неё врезалась струя огня, пламя сразу
охватило барахтающееся тело, и тварь с диким криком полетела в пропасть.
Свет вернулся, и снова исчез, надо мной будто тень промчалась. Крупное драконье
тело, серое с красно-рыжими крыльями, мелькнуло в небе.
Тор-брахс! Он нашёл меня!
Зажав руками рот, я рыдала, ещё не веря, что спаслась, а дракон сшиб гнездо с
вершины, и жалобные визги почти оглушили, резанули по сердцу. Как бы то ни
было, а малыши есть малыши...
Киприан ринулся ко мне, и я встала на ватных ногах, чтобы ему было проще меня
подхватить. В этот раз я была счастлива полетать с драконом.