Титан

⠀⠀ ⠀⠀

* * *

⠀⠀ ⠀⠀

Алгебра и начало анализа. Господи, разве может кто-нибудь разобраться в этом? Вообще-то в их классе было человек пять ребят, что понимали в этой абракадабре хоть что-то. Они собирались сдавать экзамен по этому предмету, вот для них физичка Ирина Аркадьевна и вела урок, остальные ученики присутствовали на уроке в виде статистов. Светлана не задумывалась о ЕГЭ вообще, а тут ещё это.. Мозг можно сломать, она даже не пыталась понять то, что говорила и что писала на доске учительница. Маленькая, поджарая женщина вообще-то преподавала физику, но часто замещала учителей по алгебре и геометрии. Света уважала её и считала очень умной. Ну а как можно разобраться во всей этой абракадабре, не будучи семи пядей во лбу. А Ирина Аркадьевна не доставала Светлану, считая, что спорт — это большой труд, ставила ей трояки без упрёков, полагая, что девочке, так занимающейся спортом, как Фомина, начало анализа и тригонометрия в жизни пригодятся вряд ли. Кто-то из учеников слушал и записывал то, что говорила учительница, большинство класса бездельничало. Девочки на задних партах перешёптывались и тихонечко хихикали, чатились в телефонах, парни тоже либо болтали, либо смотрели смешные ролики.

Девочке не с кем было поболтать, единственная одноклассница, с которой можно было переброситься хоть словом, Илонка, сегодня не пришла. В кнопочном телефоне смотреть особо нечего. Светлана изнывала от безделья, подперев щёку кулачком. Малевала что-то в своей единственной тетради. И как-то само собой в пальцах девочки появилась нитка, шнурок с шеи, на котором болталось медное кольцо. Да-да, почти кольцо, а не смятый овал из медной проволоки. Теперь его можно было даже надеть на палец. На мизинец оно точно налезло бы. Света немного удивилась, ведь кольцо распрямилось само, она не прилагала к этому никаких усилий. Девочка крутила кольцо в пальцах, ей казалось.. Или не казалось, что оно холодное. И как-то само собой пришло желание сжать этот медный кружок. Сжать, сплющить. Попробовать, как работает. Мама-Тая, демонстрируя ей кольцо, показывала, как это делать. Света не думала о том, что она на уроке.. Просто взяла и сжала кольцо большим и указательным пальцами. Кольцо смялось, и на неё навалилась.. тишина. Ей даже показалось, что у неё заложило уши. Только что класс был наполнен десятками разных звуков, шёпотом девчонок, голосом учительницы, стуком мела по доске, какими-то шорохами, тихим хихиканьем, и вдруг всё это оборвалось.

Звуки исчезли. Совсем. А ещё всё вокруг стало чёрно-белым, как в старых советских фильмах. И замерло. Света подняла глаза и удивилась, ей хорошо было видно только то, что было рядом, до чего можно было дотянуться рукой, всё, что было дальше, было размыто, словно нарисовано серой акварелью на светло-сером мокром листе. И в этой неестественной тишине ничего не двигалось. Всё, включая её одноклассников и учительницу, было статично. Может секунду, может две, может три она оглядывалась, привыкала к произошедшим изменениям, а потом провела в воздухе рукой. Все вокруг сохранили свою неподвижность, а её рука двигалась. Хотя и далось девочке это движение с трудом, как будто рука находилась в воде, а может, и в чём-то более густом. И ещё руке стало горячо. Странно, вообще-то в классе было прохладно. Батареи были едва тёплые. Но она не обратила на это внимания. Ей было интересно, и Светлана решила встать со стула, хотя бы приподняться, и это далось ей нелегко. Её попа и бедра словно прилипли к сиденью, а когда она всё-таки от него оторвалась, её юбка едва не сползла с неё. А ещё ей показалось, что в лицо её пахнул горячий, да нет же, раскалённый воздух, как будто в полуметре от неё горело яркое пламя, языки которого дотянулись до её лица.

В общем, всякое движение девочки было серьёзно затруднено. Но она могла двигаться, двигаться среди окружавшей её полной статики. Девочка сделала шаг к доске, и снова её почти обожгло, но стоило ей остановиться, замереть, как воздух тут же стал обычным, по большому счету этот жар можно было терпеть, и она сделала ещё шаг, и ещё, и ещё, воздух обжигал ей лицо при каждом шаге, ей было очень горячо, но она дошла до самой доски..

— Ах! — воскликнула Ирина Аркадьевна. — Фомина, ты меня убить, что ли, решила?

Испачканная мелом рука учительницы лежала на её груди, Но Светлана ей не ответила, на неё обрушился страшный шум реальности и яркий ослепляющий свет, от которого ей пришлось зажмуриться. И пока девочка молчала, учительница продолжала:

— Ты чего так подкрадываешься? До инфаркта довести меня хочешь?

Тут уже Света пришла в себя, она поняла, что весь класс, кто бы чем раньше ни занимался, теперь смотрел на неё.

— Я просто хотела спросить: можно выйти? — пролепетала девочка первое, что ей пришло в голову.

— Господи, иди, — разрешила Ирина Аркадьевна и махнула на Свету рукой, — напугала меня как!

Девочка выскочила из класса и побежала в туалет. Там у зеркала над умывальником осмотрела своё лицо. Оно горело. Но это было не больно. Нужно будет просто купить крем. Сейчас её интересовало только кольцо. Она снова нащупала шнурок на шее и нашла кольцо. Вот только теперь это было не кольцо. А просто сплющенный кусочек медной проволоки. Девочка попыталась её растянуть, придать ей форму кольца, но всё было тщетно, проволока была крепка, как калёная сталь, и не поддалась.

«Значит, вот как это работает!». Светлана догадалась, что пока проволока сама не превратится в кольцо, использовать кольцо снова не получится.

⠀⠀ ⠀⠀