Титан

— Не ведёшь, значит? — Виталий Леонидович взял под контроль захлестнувшую его злость и теперь говорил спокойно. — А я думаю, ведёшь, — он закурил. И достал из плаща телефон. Он нашёл фотографии семьи Маги и, развернув экран телефона к предпринимателю, стал прокручивать перед ним фото его детей. И при этом приговаривать: — А я думаю, ты ведёшь со мною дела, ведёшь.

Вот тут Мага потерял страх; он, разглядев фотографии, заорал что-то на своём и попытался выхватить из рук Роэмана его телефон. Но Виталий Леонидович, конечно, не позволил ему это сделать, убрав руку; а ещё он заметил, как от двери к нему кинулся один из охранников, но Роэ был к этому готов, он встал со стула и, даже не взглянув на охранника, даже не выпустив сигареты из пальцев, сделал всего одно движение локтем назад.

Удар получился очень сильный. Локоть попал в правую часть груди охранника, сломав ему пару рёбер у грудины. Охнув, человек рухнул на пол, и там уже схватился за грудь и протяжно закряхтел от боли. Роэман поглядел на второго охранника, тот так и стоял у двери, не двигался. Даже не попытался помочь коллеге, который корчился на полу. Виталий Леонидович узнал его, это был тот самый охранник, которому он на выходе недавно отвесил оплеуху, человеку она, судя по всему, запомнилась.

Роэман уже не глядел на охранников, он не боялся их, даже учитывая, что у кого-то из них могло быть огнестрельное оружие. Он снова уселся на стул перед предпринимателем и заговорил:

— Денег я у тебя не возьму, мне они не нужны. А дело ты доделаешь. Да-да, урод, доделаешь, доделаешь.. Даю тебе на это три дня.. Слышишь меня? — Роэман переложил сигарету в руку с телефоном и показал предпринимателю три пальца. — Три дня. Иначе я заплачу другим людям, чтобы твоим детям отрезали головы. И маме твоей в Сумгаите тоже. Слышишь меня, тупорылый? Или ты сделаешь дело за три дня, или всей твоей семье конец.

Она замолчал, а Мага таращился на него, и Роэ не мог понять, чего в том взгляде было больше, страха или ненависти. Поэтому Виталий Леонидович решил уточнить:

— Ты всё понял, — и добавил с акцентом, похожим на акцент Маги. — брат?

— Три дня? Это мало, — наконец произнёс предприниматель. — Я даже людей за это время не найду.

— И хорошо, эти твои люди всё равно опять налажают, поэтому ты сам всё сделай. Да, сам, сам.. Бери волыну, бери какого-нибудь своего холуя на руль и езжай вечером к её дому, она каждый вечер ходит куда-нибудь. Вычисли, дождись и хлопни девку. Чтобы больше не было косяков, сделай всё сам. И тогда у меня к тебе больше не будет вопросов. А иначе.. Ну, ты сам понимаешь..

Договорив это, Роэман встал и, перешагнув через копошащегося на полу охранника, пошёл к двери. Ему никто не возразил, и никто его не остановил. Теперь он был уверен, что коммерсант Мага что-нибудь предпримет. Он был напуган. Напуган как следует.

⠀⠀ ⠀⠀

* * *

⠀⠀ ⠀⠀

Вечер и дождь. Набережная канала Грибоедова в районе Казанского собора — наверное, единственное место в центре города, где велика вероятность найти парковочное место. Лёлик такое место отыскал, они вышли из машины. Вечер, дождь, по улице медленно ползёт непрерывный караван машин. Пока Роэман, подняв воротник плаща, курил, глядя в зелёную воду канала, Лёлик прошелся вдоль воды и, вернувшись, сказал:

— Сам он в «Не баре», его машина чуть дальше.

— Отлично, — произнёс Виталий Леонидович. — Я не хочу, чтобы меня видели с ним. Приведёшь его сюда?

— Хорошо, — произнёс Митрохин и хотел было уйти, но Роэ его задержал:

— Я с ним поговорю, но дела придётся вести тебе, дам тебе три миллиона, сам решишь, сколько кому платить.

Конечно, капитану всё ещё не хотелось влезать в это дело, но распорядиться тремя миллионами.. Он молча кивнул. Хотя подумал, что сумма могла быть и побольше. А Роэ, словно уловив эту его мысль, добавил:

— Когда всё будет сделано, ты получишь премию.

Лёлик снова кивнул, такой расклад его устраивал. Он только постеснялся спросить о размерах премии. Но зная, что заказчик денег обычно не считает, подумал, что и в будущем он будет щедр. Ещё полицейского интересовал вопрос о девке. Ну в самом деле, чего Виталий Леонидович взъелся на эту деваху, что она такого ему сделала? Но этот вопрос заказчику задавать не стоит, даже если тебе очень интересно; надо — значит, надо. И Митрохин пошёл в клуб, оставив Роэмана у машины.

Ещё было рано, и в клубе было немноголюдно, ещё не настал тот момент, когда уши закладывает от омерзительной музыки, которую и музыкой-то можно считать с натяжкой. За одним из столов сидело четыре человека, три парня и одна девица, все молодые, не больше двадцати пяти лет. Один из них, в идиотской бейсболке с плоским козырьком и прочей дурацкой одежде чёрно-белого цвета, выделялся из всех поведением.

Он сидел развалившись и что-то важно вещал остальным, те слушали его внимательно. Митрохин к столу подходить не стал, но остановился так, чтобы тип в бейсболке его заметил и рассмотрел. И когда это случилось, кивнул на дверь: давай выйдем.

Парень в бейсболке скривился, весь его вид говорил: ну что тебе от меня опять нужно? Но так как Лёлик уходить один не собирался, стал вылезать из-за стола.

⠀⠀ ⠀⠀