Воскрешение

Вот тут я и сел на жопу. Во-первых, о таких вещах напрямую и среди всех не говорят. Во-вторых — да, контора еще во времена оные поддерживала национально- освободительные движения по всему миру. Не знаю, как там с ИРА, но ветераны рассказывали, как они пассажирскими рейсами перевозили лямы баксов африканским царькам, которые выучили слово «сицилизм» и поставили у себя в кабинете бюстик вождя мирового пролетариата. Ага, голодранцы усих краев, сгопайтесь! Поэтому Империя-эсэсэсэрия и рухнула, что голодранцев слишком много, а чемоданов с баксами мало.

Так что я не думаю, что папа снабжает их по собственной инициативе, явно госпрогрвмма от спецслужб Российской Империи и Государя Императора. Ну а что? Бритты с нами на ножах со времен Ивана Четвертого — это которого на Западе Грозным величают. Он их отодрал без вазелина, а они круто обиделись… Ну об этом сами прочтете, в сети полно. С тех пор англичанка гадила, гадит и будет гадить. Всегда. Ну а нормальные правители гадят ей — в эту игру можно играть вдвоем. Так что приятно, что у врагов бриттов наше новенькое оружие!

Но распространяться об этом не стоило. Так что мое мнение о местной общине резко упало вниз. Хотя оно и так было на нуле.

— Так что, добро пожаловать!

Спасибо, спасибо. Хуже криминального элемента, который у мусоров под колпаком, только «борцы за свободу». Эти уже под другим колпаком, у контрразведки. Так что мое появление здесь будет зафиксировано, задокументировано и отправлено в МИ-5. А там узнает папА, взбеленится очередной раз… Хотя нет, я забыл. Он от меня уже отрекся. Так что ему мои выкрутасы не повредят, хотя мне по этой причине сугубо фиолетово.

— Ну, что встали? — прикрикнул он на собравшихся. — Свободны!

Толпа стала рассасываться, пряча на ходу стволы. Остались только пара слуг и Девлин, с которым у меня сразу возникла антипатия. Ну это точно на почве ревности. Вон как он смотрит на Мэг-Бренду, а она на него — ноль внимания. Вот и причина для неприязни. Еще лучше, блин! Когда общее дело, да еще такое, все личное убирается подальше до лучших или худших времен. Личное отношение способно погубить все и всех. В общем, буду приглядывать за умственно отсталым.

— Ну что же, вы с дороги! — натянул улыбку доброго дядюшки Даг, или как его там на самом деле. — Располагайтесь!

— Мы бы и рады, — сказала Мэг. — Но время не ждет.

— Что же у вас за такое важное дело? — изобразил удивление Даг.

— Важное и очень секретное, — сказал я.

— Ну тогда пойдемте обговорим наверху, — он кивнул на лестницу на второй этаж.

— Только втроем, — предупредил я, тормознув Девлина, явно желавшего погреть уши со старшими.

— Да, Девлин, — спохватился Даг. — организуй пока нам хороший стол, у нас сегодня праздник, Бренда в гости приехала!

Гримаса Девлина удовлетворила меня полностью. Но вот теперь есть я буду опасаться, в моей тарелке может оказаться любая отрава — от яда до слабительного. О, кстати, насчет второго — это мысль! Надо влезть в свою походную аптечку!

Кабинет у Дага был знатный. Старинная мебель в отличном состоянии, портьеры, золоченые корешки книг в необъятных шкафах, в общем, мне понравились. Немного вычурно,.но без перебора.

— Присаживайтесь, гости дорогие! — он указал нам на исполинские мягкие кресла.

Ну почему все используют мягкую мебель как оружие, стараясь вывести собеседника из равновесия? Меня этим не проймешь. Ух, а кресло глубже, чем я ожидал! Я с удовольствием поерзал в нем, причем ноги так и не коснулись пола. Маленький мальчик сел на диванчик, яички висят, наливай сто пятьдесят!

Даг словно услышал мои мысли и потянулся к бару.

— Что вам налить, гости дорогие? Айриш, потин или еще что-нибудь? Может, настоящей русской водки? — это уже ко мне.

— Я вообще-то не пью, тем более водку. — сказал я, и это была чистая правда. — Но отказаться от настоящего ирландского виски…

Мэг лишь кивнула.

Даг кивнул и плеснул в роксы на палец, подал нам.

— Слаун-ше! — он отсалютовал нам бокалом.

— Слаун-ше! — ответил я ему и отпил маленький глоток ароматной золотистой влаги.

Вот действительно, пить не пью, а дегустировать люблю. Обычно одну рюмку могу час тянуть и интересует меня лишь вкус, а не опьянение. Этот виски был превосходен, расписывать уж не буду. Но такого в двух жизнях я еще не пробовал.

— Так какое дело привело вас ко мне? Бренда, ты сказала по закрытому каналу, что это разговор тет-а-тет.

— Так и есть, — кивнула она. — Мы хотим изъять Лунное Яйцо.

Дядюшка чуть своим вискарем не подавился.

— Вы… что? — выпучил он глаза.

— Нам нужно это оружие и мы хотим его применить, — сказал я.

Тут дядюшка дар речи потерял.

— Вы понимаете, что это такое?

— Примерно представляю, — ответил я. — Белая дыра, маленький Большой взрыв.

— Вы представляете себе последствия этого?

— Вполне, — кивнул я. — В моем случае — никаких. Просто мы уничтожим одну секту вместе со всей планетой, где та обитает. Этим мы окажем огромную услугу всему человечеству. А поскольку мы вне закона, как и они, это будет справедливо. Месть никто не отменял. Вот и все.

— Хотел бы я, чтобы это было так просто, — покачал головой он. — Мы не стали применять из-за многих факторов, которые всплыли бы сразу. Первый — тот, кто получит Лунное Яйцо, нарисует себе на спине мишень. Оружие, способное уничтожить планету или даже систему — это джокер. И сохранить его, не подставив всех, очень трудно.

— Я так понимаю, что был какой-то договорняк с бриттами…

— Достоверно я не знаю, — прервал он. — Ходили слухи, что свиньи обещали за это уничтожить всех — абсолютно всех — ирландцев под корень, а Нью-Белфаст выжечь дотла бомбардировкой с орбиты. Не разбираясь, как и мы бы могли выжечь Нью-Лондон. Поэтому, надо было рыть две могилы, и обе братские.

— Но ведь не только это остановило лидеров?

— Не только. Ирландцы стали бы изгоями во всей вселенной и те, кого не добили бы англичашки, носили бы потом проклятие народа на себе.

— Политика, — усмехнулся я. — Противоположность Сунь Цзы. Искусство договорняков.

— А что вы хотите? — спросил Даг. — Так и есть.

— То есть вы боретесь с англичанами понарошку, так, в полпинка? Время от времени сверяя позиции?

— Мальчишка! — не выдержал Даг. — И вообще это не ваше дело, вы не ирландец и не можете понять боль и гнев моего народа!