Воскрешение

— Стесняюсь тогда спросить, что в минимуме.

— Общая марина, вакуум, выход в скафандрах, общая раздевалка. Как у нас на поверхность.

— Представила себе, что, допустим, надела бальное платье, сделала прическу и наложила мейкап. И после этого натянуть скаф?

— Убила бы, — подтвердила Мэг. — А мы вообще без бальных платьев.

Она посмотрела на себя и остальных, чуть не сказал «подруг». А как по мне, моя команда выглядела аппетитней так, в обтягивающей и не совсем коже. Этакий ховербайкерский прикид.

— Напоминаю всем, что у нас визит отчасти рабочий. А на сладенькое — вот, — я вручил каждой по карточке из папиного сейфа. — Только перед тем, как что-то покупать подумайте — говорю сразу — как вы будете это тащить. Я — пас.

— А как же… — только попыталась затянуть Дрилл, надув губки.

— Дорогая, я цисгендерная мужская шовинистическая свинья и спермобак, и считаю, что низшие существа должны сами переть свое шмотье. Так уж и быть, что я пошатаюсь с вами в качестве охраны, но носильщиком не.буду.

— Охраны? — прищурилась она. — А кто сказал, что она нам нужна?

— Не вам, а от вас, — уточнил я. — Иначе вы от расстройства, вызванного мелким размером лифчика, устроите тут бойню, кладя народ направо и налево.

— Вы не представляете, насколько это веский повод!

— Про что я и говорю, — вздохнул я. — Ладно, пошли!

— Я по своей программе! — сказала Мэг и первой выпорхнула из шлюза, махнув своей рыжей гривой.

— А мы куда? — спросила с затаенной надеждой Дрилл.

— Навестим старого друга, который должен мне очень много денег, — сказал я.

— Друга?

— Те, кто мне должны, пребывают в статусе либо друга, либо трупа.

— А шоппинг? — попыталась заныть Дрилл.

— Ты уж выбирай, либо твое корыто летает, либо нет.

— Все, молчу! — сказала Дрилл. — Надо, чтобы летало.

— Значит, пошли! — указал я головой на дверь.

Пройдя холл, мы вышли на территорию порта. А там… Было довольно многолюдно, если так можно сказать про нелюдей. Разумные всех рас, подданные Империи, шли по своим делам. Стриго, правда, тут нет, а вот эльфы-альваро и гномы-нагри здесь в товарном количестве. Да и орк-урукхай с огромным ящиком на плече прошел… Все на месте.

— Может, ховер наймем? — жалобно спросила Дрилл.

— Обязательно, но лучше в паре кварталов отсюда. Местные бомбилы дерут безбожно.

— Ладно, — вздохнула она.

— Я полагал, что ваша раса более выносливая…

— Ага, так, как я повкалывала на корабле, тут любой хвост отвалится, а не только мышцы…

— А еще собиралась развлекаться!

— Ну так отдыхать — не работать! — плаксиво сказала она.

Голди лишь покосилась на нее, но ничего не сказала.

Наконец мы вышли за ворота порта, прошли пару кварталов и…

— Ничего себе! — задрали головы Дрилл и Голди, задохнувшись от восхищения.

— Ага, — довольный произведенным эффектом, сказал я. — Это Денеб-6, детка.

Глава 14

Представьте себе площадь размером… ну даже не знаю, поменьше Красной, конечно, но тоже себе так немаленькую. Утыканную черте чем, всякими лотками, лавками и прочим — кто был в чайна-тауне или на рынке 90-х, тот поймет. Здесь была общая для прибывших часть, хотя, насколько я помнил, были и этнические ярусы, куда лицам не той расы или национальности заходить сильно не рекомендовалось. Ну прямо как гетто в штатах.

Но не это придавало особый шарм станции. Посередине каждой площади-яруса были круглые дыры размером с немаленькую городскую площадь, образующие этакий тоннель через всю станцию, сверху донизу. А вверху, как вишенка на торте — или, точнее, внутри него — висело нечто довольно странное, что-то из древности, от которого аж сводило олдскулы. Но вот только разноцветные огни, которыми было усыпано сооружение явно были не к месту и добавлены позже.

— Да это же… — начала Дрилл.

— … Тот самый сверхсветовой маяк, с которого все и начиналось. И вся станция строилась вокруг него. Теперь это самое дорогое и фешенебельное казино на станции, доступ в которое доступен немногим. Там ставки большие, проигрываются планеты и флотилии, да и вообще что-то такое, что нельзя приобрести буквально. Успешно используется для отмывки денег.

— Хочу! — загорелись глаза у Голди. — Я могу ободрать это казино как липку.

— Остынь, — посоветовал я. — Таких желающих было миллион. Большинство развернули на входе по черному списку, а вот кое-кого ободрали. В прямом смысле — сняли с живых кожу, не передергивайся. Так что меры безопасности там жестокие. И потом, как княжича Феликса Орлова со свитой меня бы туда пустили, а вот неизвестного босяка с горы без статуса и подтверждения большого счета пошлют подальше, как и эскортницу не из профсоюза. Здесь важно даже не сколько ты стоишь, но и кто ты есть такой.

— Умеете вы разрушить мечту девушки! — с чувством сказала Голди. — Тогда по шопам?

— По жопам, — в рифму сказал я, хотя это было правдой, одно и тоже. — Сначала по делам. Нужно навестить одного разумного с нижних ярусов.

— И как мы туда попадем? — спросила Дрилл.

— По лестнице, — невозмутимо ответил я.

— По… что? Лестнице??? — она аж рот раскрыла.

— А ты думала? — усмехнулся я.

— Хотя бы вон, такси, — она кивнула на бегающие в тоннеле веселые желтенькие ховеры.

— Туда, куда мы пойдем, здравомыслящие таксисты не ездят. Потому что там разберут и тачку, и водилу. Лифты туда тоже ходят с пересадками через Бордер — есть такой промежуточный уровень, граница между двумя мирами. И обитатели этих миров очень не дружат между собой.

— А ниче, что мы так вырядились? — Дрилл критически осмотрела себя и Голди. В таких нарядах у любого импа на нас встанет.

— Когда активируешь эмблему на косухе, опустится и у профессиональных гребарей по вызову. «Духи Бездны», слышала?

— Не-а, — сказала Дрилл.

— Дремучие вы разумные, — скривился я. — Байкерская банда такая. Отличается особой жестокостью. За любое непочтительное поведение типа пререканий или даже косой взгляд просто мочат. А уж сколько их раскидано по вселенной… Там целая армия.

— Что-то стремно такое надевать, — поежилась Дрилл. — Операция под чужим флагом, да еще с такими людьми. Может выйти боком.

— Не совсем под чужим, — усмехнулся я. — В любом случае у нас проблем не будет.

— Только не говорите, что… — Дрилл выразительно посмотрела на меня.

— Не скажу, — усмехнулся я.