Страница 66 из 67
Когда мы вернулись в Осколок, я чувствовал себя разбитым, но довольным. Мы не только зачистили сложный Разлом, но и получили огромное количество ресурсов. У меня было всё необходимое, чтобы начать масштабное строительство.
Я разбросал часть накопленных очков характеристик, коих у меня скопилось уже аж 7. Влил два очка в Интеллект, подняв его до 32.9, и ещё два в Силу, догнав ту до 20. Теперь я чувствовал себя гораздо увереннее.
Следом я открыл меню Термитника и «заказал» новых воинов, уже улучшенных, с использованием новых материалов. Костяные и огненные термиты как раз стали доступны для массового производства, а там, глядишь, закрою их слабые места комбинированными «рисунками».
— Ну что, братишка, — обратился ко мне Валера, когда мы с ним вышли в наш мир, чтобы помыться и сходить куда-нибудь поесть. — Что дальше?
— Думаю, можно будет попробовать сходить в следующий проблемный Разлом.
— Если там будет также «сложно», как в этом, то я только за! — хохотнул Валера.
— Не засыпь мне тут всё песком, старичок, пока я буду мыться.
— Эй! С тебя не меньше сыплется! А я ещё молод и свеж!
— На счёт последнего я бы поспорил, — я с сомнением покачал головой, не обращая внимания на возмущённые вопли Валеры.
— Телефон глянь, — сказал мне приятель, когда я вышел из душа, благоухая свежестью и чистотой.
— Чего там?
— Понятия не имею. Я не смотрел. Но, по всей видимости, что-то важное. Кто-то настойчиво тебя хотел.
— Хм, да?
Я взял телефон и нахмурился. Вызов был от Сиволапова. И единственное сообщение тоже. В нём он просил о срочной встрече.
Глава 19
Я смотрел на экран телефона, и внутри закипало раздражение на Сиволапова. Ну вот что ему опять надо? Неужели снова какая-нибудь чрезвычайная ситуация, в которую он решил втянуть меня, даже не спросив моего мнения?
За прошедшие недели я пережил столько всего, что мне хотелось просто немного отдохнуть. Я чувствовал себя не просто уставшим, а выжатым досуха. И единственное, чего мне сейчас хотелось, это рухнуть на кровать в своей квартире (или, ещё лучше, в Осколке, на такую же мягкую кровать, но рядом с Троном), поесть горячего борща, с чесночком, сметаной и чёрным хлебом, и просто «выпасть из жизни» на пару дней.
Мы с Валерой переглянулись.
— Ты чего такой хмурый? — спросил он, отправляясь в душ. — Кто звонил?
— Сиволапов, — я поморщился. — Просит о срочной встрече.
— Ого! — удивился Валера. — А я думал, что он ещё в командировке. Что-то случилось?
— Спроси что-нибудь полегче, — я провёл рукой по влажным волосам. — Написал сообщение, чтобы я срочно к нему пришёл. Не нравится мне всё это. Только помылся, хотел отдохнуть после закрытия Дэшки, а тут на меня уже пытаются свалить какие-то проблемы.
— Слушай, ну может он хочет поговорить с тобой о чём-то другом? — Валера подошёл к столу и взял яблоко. — У вас же вроде с ним какие-то общие дела? Или может какой-то мега интересный и сложный Разлом открылся, где нужны твои уникальные навыки?
— В любом случае, отказываться от встречи не вариант, — тяжело вздохнул я. — Если он меня вызывает, значит, на то есть причина. Ладно, пойду, выясню.
— Может, мне стоит с тобой сходить?
— Да не, — я покачал головой. — Это, скорее всего, приватный разговор. Ты лучше отдохни хорошенько. Нам с тобой ещё четыре Разлома закрывать.
— Спасифо, фто напомнил! — Валера откусил большой кусок яблока. — Если фто, я на свяфи.
— Прожуй сначала, — усмехнулся я в ответ.
Одевшись в свежую одежду, я покинул квартиру и направился в кабинет главы Гильдии. В приёмной Алёна Павловна, та самая, что была копией моей бывшей музейной начальницы и её полной тёзкой, встретила меня с непроницаемым лицом. Она больше не пыталась мне напакостить, после моего последнего визита и жёсткого разговора с Егором Алексеевичем. Но и симпатии она ко мне не испытывала. Злопамятная женщина. И ведь сама виновата в наших напряжённых отношениях.
— Бонжур! — поздоровался я с радостной улыбкой, чтобы её немного позлить.
Ведь, как известно, ничто не бесит так, как хорошее настроение другого человека. Особенно, если это твой нелюбимый коллега.
— Проходите. Анатолий Иванович вас уже ждёт, — сухо произнесла она, даже не подняв на меня глаз.
Я зашёл в кабинет. Сиволапов сидел за своим массивным столом из тёмного дуба, и выглядел он… уставшим. Под глазами залегли тени, лицо казалось бледнее обычного, и это несмотря на загар, а рука, сжимающая перьевую ручку, слегка подрагивала. Но взгляд его был по-прежнему цепким и внимательным.
— Здрасти, Анатолий Иваныч.
— Здравствуй, Коля! Проходи, присаживайся. Спасибо, что пришёл так быстро.
Я сел на стул напротив и вопросительно на него уставился.
— Вы написали, что срочно. Что случилось?
Сиволапов отложил ручку и посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Несколько секунд в кабинете царила полная тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем напольных часов. Я чувствовал, что он оценивает меня, взвешивает, прежде чем сказать то, что собирался.
— Коля, — наконец произнёс он, и его голос звучал неожиданно тихо и серьёзно, без обычной властной нотки. — Я в курсе про твой Осколок.
Внутри меня всё сжалось в тугой ком. Сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой. Я постарался не выдать себя ни единым жестом, ни единой эмоцией. Моё лицо осталось непроницаемым, хотя внутри бушевал ураган.
— Не понимаю, о чём вы, — начал было я, но Сиволапов прервал меня, подняв руку.
— Не надо, — мягко сказал он. — Я не для того тебя вызвал, чтобы устраивать допрос с пристрастием. Я знаю, что у тебя есть Личный Осколок Мира. Я в курсе, что он у тебя довольно давно, и, зная тебя, ты наверняка выстроил там уже целую инфраструктуру, — он с лёгкой усмешкой посмотрел на меня.
Я похолодел. Откуда? Неужели Егор всё-таки решил меня слить? Если это так, то я его потоплю, чего бы мне это ни стоило.
— Не надо так напрягаться, Коля, — Сиволапов откинулся на спинку кресла, и в его глазах блеснула насмешка. — Я не собираюсь тебя шантажировать или отбирать твоё добро.
— Нет? — с сомнением спросил я.
— Нет. Я не для того вызвал тебя сюда. Напротив, я хочу сказать тебе, что у меня нет никаких претензий к тебе и к твоим… скажем так, нестандартным активам.
— И зачем вы мне это тогда говорите? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.