Бездарыш

Нет, не ловушка. Действительно, ранен. В конце оказавшегося не таким уж и длинным грота на холодных камнях лежал человек. Раз не может подняться, мне даже без света всё ясно. Он уже не жилец.

Тем не менее, я подхватил человека под мышки и потянул к выходу. Мне нужна информация. Попробую растянуть его мучения.

— Как он тебя достал?

— Не он. Йоков лев.

На свету всё в момент разлеглось по местам. Левая штанина пропитана застаревшей кровью. Выше колена затянут ремень, заменяющий жгут. Разорвав ткань, я тотчас убедился, что помощь с моей стороны опоздала на пару дней минимум. Тут уже не спасти, ни конечность, ни её хозяина.

— Но льва ты убил, – пробормотал я, разглядывая без пяти минут мертвеца.

Изодранные грязные лохмотья, когда-то были приличным нарядом. Сапоги сохранились получше. Ни оружия, ни вещей. Всё осталось в гроте?

— А толку? – простонал человек. – Лечилок нет. Даров тоже. А ведь я в том числе и лекарь. Был лекарем..

На долгие разговоры нет времени. Неизвестно, насколько ему хватит оставшихся сил. Сначала о важном, потом, если будет возможность, о прочем.

— Давно ты на Суши?

— Примерно седмицы три. Последние дни слились в долгий один. Есть вода?

— Сейчас.

Я сбегал к кустам, в которых спрятал свои вещи.

— Пей, – вернувшись, приложил я горлышко тыквы к пересохшим губам.

Воду жалко, но разговор того стоит. Прийди я чуть позже, и нашёл бы в пещере остывающий труп. Он еле живой.

— Где твоё оружие? – спросил я, когда человек напился.

— На плоту в основном.

Раздавшееся следом карканье было не кашлем, а смехом.

— Я сюда угодил только с луком и стрелами, – тяжело дыша, пробормотал человек. – Ну и пара ножей. Ими льва и убил. Сквозь глазницы до мозга достал. Где-то в гроте валяются.

— До меня людей не встречал?

— Здесь, на Суши? Нет. Только этого.. Но он не считается.

Внезапно человек трясущейся рукой схватил меня за рукав.

— Ты видел? – упёрся он в меня полным обиды взглядом. – Это у него дар был. Я такой знаю. Удар-стенобой. А у тебя? У тебя есть дары?

— Были, – отчасти слукавил я. – На Суши все бездари.

— Так я и знал, – закатил глаза умирающий. – Не во мне дело. Весь пояс – глушь. Насмешка Единого..

Я зря трачу время. Он знает не больше моего.

— А, кроме ножей, – перешёл я к хозяйственной части вопроса, – Остальные твои вещи тоже в гроте остались? Я их не видел.

Умирающий снова закашлялся смехом.

— Я тебя расстрою, дружище, – прохрипел он с издёвкой. – Нечем тебе поживиться. Даже стрелы закончились. Жадная Сушь. Всё забрала и ничего не даёт. Что за норы, скажи мне, такие? Ни даров, ни бобов, ни семян. На кой мучался, вообще, закрывал?

— Ты был в Бездне? – мгновенно проснулся во мне уже было угасший интерес. – Уже здесь, на Суши?

— Был, – прохрипел человек. – Треугольная нора. Серая. Если встретишь такую, не суйся. Обманка. Наградой лишь выход наружу.

Осенённый догадкой, я резко убрал волосы со лба умирающего. Так и есть! Не звезда, но частица её. Словно некой мерцающей краской на коже выведен небольшой треугольник. Равнобедренный, с острым углом на вершине. Теперь ясно, что нужно искать.

— Испытание? Какое там было?

— Ерунда, – фыркнул раненый. – Простая загадка – про ноты. От пустышки чего ещё ждать? Дай ещё воды.

Хорошо, что я успел поговорить с ним. Получена важнейшая информация. Но больше он мне уже ничем не поможет.

— Тебе нужна не вода, – покачал я головой и резким движением рук свернул человеку шею.

Милосердие мне не чуждо. Он помог мне, я ему.