Страница 54 из 60
Глава 34. Цена обещания
Солнечный свет, пробивавшийся сквозь жалюзи, резал глаза. Я щурилась, ощущая, как внутри головы стучат сотни молоточков. Диван подо мной казался чужим, странным, а запах кофе смешивался с лёгким ароматом мужского одеколона — и это одновременно успокаивало и тревожило.
Попытка сесть заканчивалась головокружением, и я снова падала на подушку. В памяти всплывали отрывки вчерашнего вечера: музыка, смех, танцпол, смутные моменты, которых я не могла собрать в одну картину.
Тихие шаги за дверью заставили сердце подпрыгнуть. Я приготовилась к худшему — но это был Максим, с кружкой горячего чая в руках.
— Ты жива? — осторожно спросил он, садясь рядом. Его взгляд был спокойным, но внимательным.
Я слабо кивнула:
— Вроде да…
Он улыбался так, будто между нами не было всего того, что мы писали друг другу.
— Максим, это твой дом? — спросила я тихо, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
— Да. — улыбнулся он, и этот смех показался мне одновременно родным и страшно близким.
— А что я здесь делаю?
— Катя позвонила… и я забрал Вас с бара, — прошептал он.
Я схватилась за голову:
— Я ничего не помню!
— Всё ясно… — сказал он, наблюдая за мной. Затем Максим протянул кружку чая и я почувствовала тепло, которое успокаивало. Но когда я спросила, где Катя и Наташа, его лёгкий смех заставил моё сердце снова биться быстрее.
Я сделала глоток чая, чувствуя, как нервозность медленно тает. Но когда он вдруг встал, достал телефон и открыл видео мне стало почему-то страшно.
* * * * * * * *
Я держала в руках телефон Максима. Как только он вышел из комнаты, я нажала на кнопку «плей», и видео запустилось. На экране я увидела себя. Отчётливо было видно: съёмка велась дрожащей рукой с заднего сиденья. Я сидела спереди, рядом с Максимом. Я была ужасно нетрезва и слишком расслаблена — возможно, именно поэтому так спокойно и открыто смотрела на него, поворачиваясь раз за разом в его сторону. Через несколько секунд я услышала голос Кати:
— Лиз, у Макса что-то не так с лицом? — усмехнулась она, тут же добавив: — А то ты на нём скоро дырку прожжёшь!
Я нервно поправила ремень безопасности:
— Ты придумываешь… — еле пробормотала я.
— Может быть, — не стала спорить Катя. — Просто странно. Обычно, когда человеку всё равно, он так не смотрит…
В машине повисла пауза. Видно было как я сжала пальцы, лежавшие на коленях, и глубоко вдохнула. Боковым зрением я заметила пристальный взгляд Максима, но так и не повернулась к нему. Он тоже ничего не сказал — просто промолчал. Поэтому Катя решила сделать вывод сама:
— Значит, я права! — удовлетворённо произнесла она и с улыбкой добавила: — Похоже, ваша история ещё не закончилась?
Я сглотнула. Губы задрожали, и сквозь пелену опьянения я выдавила:
— Я не могу быть с ним… Я обещала… — очень тихо сказала я. — И на этом давайте закончим!
После моих слов в машине снова повисла тишина. Запись завершилась.
Я сидела и пыталась вспомнить поездку в его машине, но в голове была пустота. Лишь это видео подтверждало, что вечер закончился многозначительно. Пока я пыталась всё вспомнить, Максим вернулся в комнату. Я вздрогнула. Он присел рядом.
— Лиз… — начал он и тут же замолчал, будто подбирал правильные слова. — Нам нужно поговорить. По-настоящему!
Я молча кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Максим сел напротив, опёрся локтями о колени и сцепил пальцы.
— Знаешь, я очень рад, что Катя записала ваш с ней разговор… — сказал он тихо.
Я посмотрела на него:
— Почему рад? — выдохнула я.
— Потому что теперь я знаю одно: ты чего-то не договариваешь, — сказал Максим тихо, но твёрдо. — Я пересматривал это видео много раз. И каждый раз слышал одно и то же. Сначала ты говоришь: — Я не могу быть с ним… — а потом, почти шёпотом… Я обещала….
Эти слова повисли между нами тяжёлым грузом. Я опустила взгляд в пол, словно он мог укрыть меня от этого разговора.
— Максим… ты же понимаешь, я была пьяна… — голос предательски дрогнул. — Мало ли что я могла наговорить…
Слова снова повисли между нами как невидимая преграда. Я опустила взгляд, стараясь укрыться от правды.
— Пьяные не выдумывают, Лиз… Они просто перестают прятать то, что давно хотят сказать, — продолжил он, медленно приближаясь.
Я сжала руки в кулаки, сердце стучало безумно.
— Всё гораздо сложнее… — прошептала я.
Максим глубоко вздохнул:
— Я понимаю и знаешь я не смогу жить пока не узнаю правду.
* * * * * *
Я не сводил глаз с Лизы, ожидая, что вот-вот она скажет правду. Но она молча встала и направилась к выходу.
— И куда ты? — схватив её за руку, спросил я.
Лиза остановилась, но не повернулась.
— Максим! Прости! Я не должна была всего этого говорить! Мне жаль!
— Жаль чего? — тихо спросил я, продолжая держать её руку. — Того, что ты сказала правду? Или того, что я её услышал?
Она наконец повернулась. В её глазах стоял страх — не передо мной, а перед словами, которые всё равно придётся произнести.
— Я не могу, — выдохнула Лиза. — Я делаю это ради тебя… ради твоего будущего!
Я рассмеялся, не сдержав раздражения:
— Что ты такое говоришь? — вспыльчиво спросил я, глядя ей в глаза. — Ты это сейчас серьёзно?
Лиза опустила взгляд:
— Ты должен быть с кем-то другим, не с такой, как я… — тихо произнесла она, затем добавила, с отчаянием в голосе: — Пойми же это наконец!
Я схватил её за плечи, пытаясь понять, что происходит, почти сорвался:
— Лиза, скажи внятно, почему мы не можем быть вместе и кому ты дала обещание!
Она вздрогнула от моего прикосновения. В её взгляде был явный испуг. Лиза осознавала, что скрывать правду бессмысленно, но всё равно пыталась улизнуть.
— Максим, прошу! Дай мне уйти! — тихо произнесла она, убирая мои руки от себя.
Моё терпение лопнуло. Мне было важно узнать правду любой ценой, даже если она окажется горькой.
— Не дам! — отрезал я, еле сдерживая раздражение. — Отпущу только тогда, когда ты скажешь правду!
Она отвернулась, будто пыталась защититься. И я видел — Лиза понимала: это не просто тайна, а решение, принятое за нас двоих.
— Прости, я не могу назвать имя того человека, не могу его предать!